Чтение онлайн

Святитель Макарий неустанно заботился о том, чтобы должным образом организовать церковную жизнь русского народа, а также дать ему как можно больше добрых примеров христианской жизни в лице святых. Его стараниями в Москве были собраны два Поместных Собора Русской Православной Церкви – в 1547 и 1549 годах, – оставшихся в истории под названием «Макарьевских». На этих Соборах было официально прославлено множество русских святых, в том числе такие подвижники, как Петр и Феврония Муромские, Александр Невский, Савва Сторожевский, Александр Свирский, Михаил Ярославич Тверской и Нифонт Новгородский. А в 1551 году стараниями митрополита Московского Макария был созван знаменитый Поместный Стоглавый Собор, названный так потому, что решения его были изложены в виде ста глав. На Соборе рассматривались самые разные вопросы: внешность христианина, его поведение, церковное благочиние и дисциплина, церковная иконопись, духовное просвещение и многие, многие другие. Хотя некоторые из решений Стоглавого Собора были впоследствии отменены на других Поместных Соборах, он все же сыграл большую роль в должной организации религиозной жизни на Руси.

Что можем мы сказать о личности святителя Макария? Из летописей вырисовывается образ человека деятельного, умного, проницательного и в то же время смиренного. Современники вспоминают о нем как о великом молитвеннике и подвижнике. «Митрополит святейший Макарий, на Москве неподвижно живший и правивший слово Божие истинное, – пишет один из них, – от великого воздержания едва мог ходить, кроток же был и смирен и милостив ко всем, нравом был как дитя, умом же всегда совершен».

Святитель не страшился обличать пороки сильных мира сего, в том числе самого царя Ивана Васильевича. Нередко приходилось подвижнику прибегать к юродству, чтобы заставить гордецов задуматься. Так, однажды царь передал ему просьбу прислать во дворец какую-либо душеполезную книгу – и святитель отправил ему чин погребения. Суеверный царь, разгневанный на столь явное напоминание о неизбежной для всех смерти, приказал передать святителю: «Ты прислал мне чин погребальный, а в наши царские чертоги такие книги не вносятся!» Макарий же отвечал царю просто и без всякого страха: «Я, богомолец твой, послал спроста по твоему приказу, что ты велел прислать книгу душеполезную; и эта книга всех полезней: если кто ее со вниманием почитает, тот вовеки не согрешит».

О, если бы грозный царь внял увещеваниям святителя, если бы действительно задумался о своей жизни! Скольких бед избежала бы в будущем Русь! Но увы – уже тогда Ивана Васильевича больше занимали вопросы снятия любых (в том числе и богоустановленных) ограничений своей власти… А в 1563 году святитель Макарий скончался – и тем легче стало забыть его мудрые наставления, до этих пор хотя бы как-то сдерживавшие безумные порывы жестокого царя.

Дорогие во Христе отцы, братья и сестры! Как можем мы почтить святителя Макария? Воздать ему честь, спеть торжественные песнопения о нем, может быть, даже воздвигнуть храм в его честь?

Но ведь подобные знаки внимания и уважения оказывал Московскому святителю и царь Иван Грозный – однако это оказание подвижнику почестей не спасло самого царя от страшных грехов.

Нет, дорогие мои! Лучший способ почитания святых – подражать их жизни, следовать их заветам духовным. Конечно, не каждый из нас призван к монашескому пути, не каждый может стать архиереем, не каждый может и приобрести такой всенародный авторитет и сыграть такую роль к истории родной страны, как это сделал святитель Макарий Московский. Но главное – подражать не внешней, а внутренней сути подвига святых угодников. Чему можем мы, простые люди, поучиться у святителя Макария? Конечно, его верности Господу и святой Православной вере, его желанию служить Богу и ближним, его мужеству и забвению собственных интересов в этом служении, его смирению и духовной мудрости. Все это нужно и важно для каждого христианина.

Будем же по мере сил подражать святителю Макарию, митрополиту Московскому, и просить у Господа укрепления на этом пути, восклицая вместе со всей Святой Православной Церковью: «Яко великим пастырем единонравна и учителем вселенныя единомысленна, Божия Премудрости служителя изрядна, иже блаженству тезоименита, днесь, вернии, вси воспоим: Христа Бога моли, святителю Макарие, умирити мир и спасти души наша!»

Аминь.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Дорогие во Христе отцы, братья и сестры!

Сегодня Святая Православная Церковь празднует память святителя Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийской (330–379), одного из святых Вселенских учителей и отцов Православной Церкви. Близкий друг святителя Василия, также великий святой и один из отцов Церкви – святитель Григорий Богослов (330–389), – так характеризовал этого человека: «Он был опора веры, правило истины, образец в Церкви, обитель Духа, муж, превзошедший меру и жизни человеческой, и добродетелей, муж многообъемлющий, великий и святой; душа его была божественна, он был мужественный подвижник истины, который не иным чем дышал, как благочестивым и спасительным для всего мира учением; для всех был он образцом веры и добродетели, слово его было высокомудренно, глубоко и совершенно».

Житие святителя Василия, так же как и его многочисленные творения, являет собой замечательный пример подлинно христианской жизни.

Будущий святитель родился в городе Кесария Каппадокийская (или же, по мнению некоторых исследователей его жизни, в Неокесарии Понтийской) в благочестивой христианской семье праведного Василия Ритора (преподавателя риторики) и его супруги, святой Эмилии. Отец Василия был понтийским греком, коренным жителем Понта (южного побережья Черного моря), а род его матери происходил из Каппадокии – области в центре Малой Азии (ныне территория Турции). Оба супруга принадлежали к богатой аристократии, владели значительными земельными угодьями в Понте, Каппадокии и Малой Армении, среди их предков и родственников были военачальники, крупные государственные чиновники, царедворцы, влиятельные землевладельцы, знаменитые адвокаты и ораторы. Однако главным достоянием родителей Василия было не знатное происхождение, не образование и не богатство, а христианская вера, истинность и искренность которой они засвидетельствовали всей своей жизнью, а их собственные родители – подвигами мученичества и исповедничества.

В начале IV века, когда святая Эмилия была еще совсем юной девушкой, в ее родной Каппадокии начались гонения на христиан. Правитель области потребовал и от родителей Эмилии, людей богатых и высокопоставленных, отречься от Христа. Когда же благочестивые супруги отказались сделать это, он приказал предать их казни, а все имущество раздать вельможам-язычникам. Так юная Эмилия в одночасье осталась бедной круглой сиротой.

Перед благочестивой девушкой встала тяжелая необходимость выбора дальнейшего жизненного пути. Ее чистая душа с ранних лет полюбила Христа, тянулась к Нему всеми своими силами, и Эмилия всерьез задумывалась о принятии подвига девства, чтобы полностью посвятить свою жизнь служению Господу. При этом девушка понимала, что положение бедной сироты-христианки в окружении язычников таило в себе немало опасностей. Эмилия отличалась редкой красотой, умом и образованностью, что привлекало к ней внимание множества каппадокийских юношей. При царивших в тогдашней, еще языческой Римской империи нравах кто-нибудь из потерявших голову влюбленных мог решиться похитить девушку даже из общины девственниц… Так как у сироты Эмилии не осталось земных защитников, она приняла решение вступить в брак с надежным человеком, который смог бы защитить ее от угроз и искушений языческого мира и с которым она могла бы построить настоящую христианскую семью.

Несмотря на то что Эмилия после мученической кончины родителей осталась бесприданницей, удивительные красота и ум давали ей возможность сделать любую, самую удачную партию и тем самым вернуть себе утраченные достаток и положение в обществе. Тем не менее мудрая и благочестивая Эмилия выбрала в мужья человека не столь богатого, сколь добродетельного, умного и целомудренного. Вот что пишет об этом один из сыновей Эмилии, младший брат Василия Великого святитель Григорий Нисский (335–394): «[Наша мать] была столь добродетельной, что во всем руководствовалась Божиим повелением, и так сильно стремилась к чистой и непорочной жизни, что и брак не избрала бы по своей воле. Но поскольку она была круглой сиротой, а в пору юности цвела такой красотой телесной, что молва о ней побуждала многих искать ее руки, возникла угроза, что если она не соединится с кем-либо по доброй воле, то ей придется вынести какое-нибудь нежелательное оскорбление, потому что обезумевшие от ее красоты уже готовы были решиться на похищение. По этой причине избрав человека известного и уважаемого за безупречность поведения, она нашла в нем защитника своей жизни».

Избранником Эмилии стал понтиец Василий, преподаватель основы античного высшего образования – риторики. Этот молодой человек, как и сама Эмилия, принадлежал к благочестивой христианской семье, пострадавшей за Христа в годы правления императора Максимина Дайи (305–311), жестокого гонителя христиан. Родители ритора Василия (мать его, духовная дочь святителя Григория Чудотворца (213–270), епископа Неокесарийского, впоследствии была прославлена в лике святых как Макрина Старшая) семь лет скрывались в горных лесах Понта от преследований язычников. Святитель Григорий Богослов (близкий друг Василия Великого и Григория Нисского) пишет об этом подвиге исповедничества следующее: «Настало гонение, и из гонений самое ужасное и тягостное; говорю об известном вам гонении Максимина, который, явясь после многих незадолго до него бывших гонителей, сделал, что все они кажутся перед ним человеколюбивыми, – такова была его дерзость и с таким упорством старался он одержать верх в нечестии! С ним препирались многие из наших подвижников, и одни подвизались до смерти, а другие едва не до смерти, для того только оставленные в живых, чтоб пережить победу и не окончить жизнь вместе с борьбой, но других побуждать к добродетели, быть живыми мучениками, одушевленными памятниками, безмолвной проповедью. В числе многих известных были и предки Василия [Великого] по отцу; и как они прошли весь путь благочестия, то время это доставило прекрасный венец их подвигу. Хотя сердце их было готово с радостью претерпеть все, за что венчает Христос подражавших собственному Его ради нас подвигу, однако же они знали, что и сам подвиг должен быть законным. А закон мученичества таков, чтобы как, щадя гонителей и немощных, не выходить на подвиг самовольно, так, выйдя, не отступать, потому что первое есть дерзость, а последнее – малодушие. Поэтому, чтобы и в этом почтить Законодателя, что предпримут они? Или лучше сказать, куда ведет их Промысл, управляющий всеми их делами? Они убегают в один лес на понтийских горах, а таких лесов у них много, и они глубоки и простираются на большое пространство; убегают, имея при себе весьма немногих спутников в бегстве и служителей. Другие станут удивляться частью продолжительности бегства, которое, как говорят, было весьма долговременно, длилось до семи лет или даже несколько больше, частью роду жизни для людей, живших в довольстве, скорбному и, вероятно, непривычному бедствованию их на открытом воздухе от стужи, жары и дождей, пребыванию в пустыне, вдали от друзей, без сообщения и связи с людьми, что увеличивало злострадания видевших себя прежде окруженными многолюдством и принимавших от всех почитание».