Чтение онлайн

— Я никогда не видел, как это делается.

— Да уж такая операция намного легче, чем поднимать этого громилу на домкратах.

— А какой у гусениц запас хода?

— На новых исправных гусеницах танк проедет в пустыне и тысячу миль, может, чуть меньше.

Два дивана в носовом салоне «ВВС-1» раскладывались и превращались в две действительно удобные постели. Отпустив свой персонал, Райан повесил одежду и улёгся спать. Чистые свежие простыни и вся обстановка создавали иллюзию, что он у себя дома, к тому же он слишком устал. До Вашингтона было четыре с половиной часа лету, так что, добравшись до Белого дома, он сможет отдохнуть ещё несколько часов в собственной постели. В отличие от остальных пассажиров с покрасневшими от усталости глазами, он завтра будет нормально работать.

В большом хвостовом салоне репортёры последовали его примеру, решив, что вопрос о потрясающих разоблачениях Пламера может и подождать до утра. Вообще-то у них не было выбора; сенсация такого масштаба будет рассматриваться по меньшей мере на уровне заместителя главного редактора, если не выше. Представители пишущей братии с наслаждением думали о передовицах, которые появятся завтра на первых полосах газет, тогда как телевизионные репортёры ёжились при мысли, насколько эти откровения снизят рейтинг их передач.

Между хвостовым салоном, отведённым для корреспондентов, и носовым президентским отсеком находился салон, где размещался президентский персонал. Здесь царили улыбки.

— Наконец-то я познакомился с его темпераментом, — сказал Арни Кэлли Уэстон. — Ты не поверишь!

— Бьюсь об заклад, что он познакомился с твоим.

— И мой одержал верх, — заметил Арни, делая глоток виски. — Знаешь, события развиваются таким образом, что у нас может оказаться очень неплохой президент.

— Но он ненавидит эту работу.

Арни ван Дамму было сейчас наплевать на это.

— Ты пишешь ему великолепные речи, Кэлли.

— А он произносит их так здорово, — негромко произнесла она. — Всякий раз начинает напряжённо, нервничает, словно смущается, но затем его преподавательская подготовка берет своё, и он забывает обо всём, кроме того, о чём говорит. Он даже не замечает этого.

— Врождённая честность. Она заметна в его выступлениях, правда? — Арни замолчал. — Завтра состоится прощание с погибшими агентами.

— Я уже думаю об этом, — кивнула Уэстон. — Что ты собираешься предпринять в отношении Келти?

— Я думаю об этом, — заметил Арни, даже не заметив, что повторил её слова. — Мы покончим с этим ублюдком раз и навсегда.

Бадрейн снова сидел у своего компьютера, заглядывая в соответствующие участки всемирной сети «Интернет». Ещё день, и он начнёт беспокоиться, хотя в действительности это не было больше его проблемой. Если операция провалится, разве он виноват в этом? Свою задачу он выполнил идеально.

Пациентка «Зеро» открыла глаза. На это тут же обратили внимание все, кто находились в палате. Температура у неё снизилась до 37,9 градуса исключительно благодаря тому, что её тело обложили пакетами со льдом, словно рыбу на рынке. На лице женщины отчётливо читались изнеможение и боль, которые она испытывала. Внешне она ничем не отличалась от пациентов в далеко зашедшей стадии СПИДа — с этой болезнью врачи были хорошо знакомы.

— Здравствуйте, я доктор Клайн. — Голос профессора был глуховат из-за маски. — Хорошо, что вы пришли в себя, а то мы уже едва не начали беспокоиться. Теперь все в порядке.

— Больно… — пробормотала женщина.

— Да, я знаю. Мы поможем вам, но сначала мне нужно задать несколько вопросов. Вы ответите на них? — спросил Клайн.

— Хорошо…

— Вы путешествовали в последнее время?

— Что… вы имеете… в виду? — Было видно, что каждое слово даётся ей все с большим трудом.

— Вы выезжали из Соединённых Штатов?

— Нет. Летала в Канзас-сити… десять дней назад, вот и все. На один день, — добавила она.

— Понятно. — Профессору ничего не было понятно. — Вы встречались с кем-нибудь, кто выезжал из страны?

— Нет… — Женщина попыталась отрицательно покачать головой, но смогла повернуть её всего на четверть дюйма.

— Извините меня, но я обязан задать следующий вопрос. В настоящее время вы состоите с кем-нибудь в интимных отношениях?

Этот вопрос потряс её.

— У меня СПИД?.. — с ужасом выдохнула она, полагая, что хуже этого ничего быть не может.

Клайн выразительно покачал головой.

— Нет, ни в коем случае. Прошу вас не беспокоиться об этом.

— Я развелась с мужем, — ответила пациентка. — Всего несколько месяцев назад. В моей жизни… ещё не было других мужчин.

— Ну что ж, у такой прелестной женщины это скоро изменится, — заметил Клайн, пытаясь заставить её улыбнуться. — Чем вы занимаетесь в «Сиэрс»?

— Закупками… домашней утвари. Совсем недавно… большая выставка… в центре Маккормика… пришлось сидеть за канцелярской работой… заказы и тому подобное…

В её ответах не содержалось ничего, что могло бы пролить свет на причину заболевания. Клайн задал ещё несколько вопросов, и её ответы ничего не прояснили. Он повернулся и сделал знак медсестре.

— Сейчас мы постараемся облегчить вам боль. — Профессор отошёл в сторону, чтобы не мешать сестре, которая установила бутылочку раствора морфия на стойке для внутривенных вливаний. — Через несколько секунд боль исчезнет, о'кей? Я скоро вернусь.

Куинн ждал его в коридоре вместе с полицейским.

— Док, что случилось? — спросил коп.

— У пациентки очень серьёзная болезнь, возможно, крайне заразная. Мне нужно осмотреть её квартиру.

— Но ведь это не совсем законно, вы понимаете? Следует обратиться к судье и получить…

— Послушайте, у нас на это нет времени. Вот её ключи. Мы могли бы обойтись и без вас, но мне хочется, чтобы вы присутствовали и могли потом подтвердить, что нами не было совершено ничего противозаконного. — К тому же, подумал Клайн, если её квартира подключена к охранной сигнализации, не хватало ещё, чтобы их арестовали. — Нельзя терять ни минуты. Эта женщина тяжело больна.

— О'кей, моя машина у входа. — Они последовали за полицейским.

— Ты послал факс в Атланту? — спросил Куинн Клайна. Тот покачал головой.