Чтение онлайн

— Пошли, Вик, не тормози. И, это. Колечко напяль.

— Не собираюсь! — гневно возвращаю ему коробок.

— Кудряшкина! — торопит меня голос Павла Викторовича. — Зайдите!

Мы оба, точно провинившиеся котята заходим в кабинет проректора, на ковер.

— Она не хочет, пап… — понуро опускает голову Веник.

Папа?! Веник, этот вечный шалопай, бездельник, прогульщик и бабник — сын проректора Университета?! Да быть того не может…

— А ты нормально попросил? — сдвигает брови к переносице грозный проректор.

— Конечно, — шмыгает носом Веник.

— Подождите, подождите! — останавливаю я мужчин. — Ничего не понимаю. Веня, ты сын проректора?!

— Да уж… — вместо сыночка отвечает Павел Викторович. — имел я неосторожность кхм… иметь с его матерью связь. Вот и вышло это недоразумение.

— Че это сразу недоразумение? — обиженно хлюпает носом Веник. — Кто с мамулей чикиприбамбонился? Ты? Так будь добр теперь…

— Заткнись, щенок! — немедленно одергивает паренька Павел Викторович. — Вот так, юная барышня, — обращается ко мне проректор, — за пятнадцать минут удовольствия, расплачиваюсь всю жизнь. А позвал я вас сюда вот для чего. Вы беременны? Это подтверждено справкой?

Проректор смотрит на меня не отрываясь, будто дыру прожечь хочет.

— Есть… — сглатываю я под этим взглядом.

— Отлично. — слегка сглаживаются его заостренные черты. — Тогда у меня к вам предложение. И судя по тому, что вы теперь в курсе нашей страшной семейной тайны, отказать мне вы не сможете!

— В чем дело? — трясу я головой.

— Спокойно, Виктория Викторовна, Вика, присаживайтесь сюда. — тон Павла Викторовича теплеет.

Проректор поднимается с кресла, проходит к двери, плотно закрывает ее. Возвращается ко мне, указывает на диванчик в зоне отдыха.

— Вениамин, налей девушке воды, не стой столбом. А может быть вы хотите чаю, или чего-нибудь еще? — снимает очки грозный проректор, опускаясь в рядом стоящее кресло.

— Нет, спасибо. Я-а лучше послушаю, что все это значит.

Проректор кивает и заводит длинный рассказ.

Оказывается, Веник достал не только всех в общаге и универе, но еще и самого Павла Викторовича. Он устал прикрывать большие и малые шалости тайного чадушки, которому как назло никак неймется. Нет, Веня в душе добрый, но дурной. И эта дурость никому покоя не дает.

И когда проректору на глаза попалась очередная информация по обмену студентов, его тут же пронзило озарением: отправить беспокойное чадушко в Америку. На целых два года. По программе обмена студентов. Авось он там идиотничать перестанет, язык подучит, ну и просто на другую жизнь посмотрит.

— А я-то тут причем?! — искренне не понимаю я.

— Дело в том, что обмен с каждым годом ужесточается. Ежегодно добавляются все более идиотские требования. И вот в этом году апофеозом стала преференция… брать на обмен женатых студентов. А если они готовятся стать родителями, то попадание — девяносто девять процентов!

С ужасом смотрю на проректора. Мысли летают в моей тяжёлой голове, никак не устаканиваясь.

— Ты поняла наш план, Вика?!

— Да. То есть нет. То есть не знаю. — проговариваю я весь спектр своих эмоций.

— Вениамин женится на тебе. Из-за беременности вас должны расписать без очереди. Далее, вы подаете заявления на обменную программу, предоставляете справку о том, что скоро будете родителями, и едите в Америку, на целых два года! На полный пансионат, плюс стипендии от Университета!

— Я не понимаю, зачем мне это надо… — бормочу я себе под нос.

— Это твоё будущее, Виктория! Ну откуда ты там родом? — кивает на папку с моим личным делом проректор: — из Сосенок. Родители далеко не олигархи. Ну, когда у тебя будет еще возможность поехать на целых два года в Америку?! К тому же, родишь ребенка именно там, — подмигивает мне Павел Викторович. — Понимаешь, да, какие перспективы это тебе открывает?

— У меня двойня. — обморочным голосом открываю я карты.

— Что?! — переглядываются отец и сын.

— Сразу двое детей. — злюсь я, — Не слышали о таком феномене?!

— Это сути не меняет, — быстро берет себя в руки Павел Викторович. — Веня не пойдет в армию, если все же вылетит из Университета, а ты, Вика, получишь серьезные выплаты. Но это еще не все. Если ты согласишься, то я обеспечу тебя жильем.

— В смысле? — не понимаю я.

— У меня есть квартирка. Однушка в Москве. От бабушки досталась. — продолжает соблазнять меня Павел Викторович. — По приезду из Америки вы не разводитесь, чтобы Вениамина не забрали в Армию, в случае чего. Но ты не требуешь с него никаких алиментов или участия в воспитании детей. За это получишь целую однокомнатную квартиру в Москве. Я оформлю куплю-продажу на твое имя, сделаю ремонт в пределах разумного, пока вы будете на стажировке, и это будет наша плата тебе за помощь.

— Послушайте… но я не люблю Веню! А он меня терпеть не может…

— А вам не обязательно любить друг друга. У вас сделка. Договор. Контракт. Как хочешь называй. Ни о каких чувствах речь не идет.

— Соглашайся, Кудряшкина! — с мольбой в глазах канючит Веня. — Вместе поедим в Америку! Лас-Вегас, Гранд-Каньон, Нью-Йорк, Голливуд… Мир поведаем! Ну классно же!

У меня самой кружится голова и захватывает дух от всех этих перспектив, но болезнь папы заставляет спустится с небес на землю и простонать:

— У меня папа больной. Родители не работают. Я им деньги каждый месяц посылаю… Как я смогу…

— Сколько ты ему посылаешь? — прерывает меня Павел Викторович.

— По-разному. От заработка зависит. В среднем пятнадцать тысяч в месяц.

— Пятнадцать ты-ы-ысяч, — протягивает проректор, почесывая аккуратную бороду, — это по курсу, где-то примерно двести баксов. Брось, Кудряшкина, у тебя будет такая стипендия, что запросто родителям сможешь присылать эти деньги, и еще откладывать на будущее! Ведь девушка ты экономная, хозяйственная, скромная! Вениамину так повезло с тобой. И это я без шуток. Тебя нам просто судьба послала.

— Согласны ли вы, Вениамин Павлович Алешин взять в жену Викторию Викторовну Кудряшкину? — обращается представительная тетя — сотрудница ЗАГСА.

— Да! — радостно ухмыляется Веник.

Уже небось предвкушает увидеть тебя среди небоскребов Нью-Йорка.

— Согласны ли вы, Кудряшкина Виктория Викторовна выйти замуж за Алешина Вениамина Павловича?

Я сглатываю. И хоть вся эта церемония — не больше чем фикция, но мне все равно не по себе. Ну как можно выйти замуж за чужого по сути человека?