Чтение онлайн

Молодой задумался, вдруг по его лицу проскочила гримаса досады.

– Приказ Короля, подразумевает официальность, получится, что мы от имени Короля объявили что-то вроде войны?

– Именно. До войны, конечно, не дойдет, но подумай, кого сделают во всем виноватыми?

– Нас. – молодой человек скис – Но этим то двоим зачем настоящие прощение выправлять?

– Представь, все получилось, но Гмакусу не удалось прикончить кого-то из исполнителей…

– Ну и что, они придут сюда жаловаться на него, тут мы их и зачистим. – молодой пожал плечами.

Пожилой покачнулся, перенося вес с пятки на мыски и обратно. Будучи ревнителем света, он столько раз сталкивался с подобной «зачисткой», сделанной второпях, которая не столько скрывала, сколько доказывала вину.

– Случай первый, прежде чем придти сюда он пошлет письмо в канцелярию ревнителей света. Убив его, мы распишемся в преступлении. Случай второй, перед приходом сюда он наносит визит к кому-нибудь из знакомых. Он исчезает, появятся слухи, которые рано или поздно дойдут до ревнителей, результат – в лучшем случае утрата доверия. Случай третий, самый возможный. Он сбегает с поддельным прощением, и предъявляет его где-нибудь в королевстве. Фальшивое прощение, заверенное настоящей личной печатью посла… – обряд лишения чести, и мы с тобой отправляемся на работу в каменоломни. – посол покачал головой – Риск конечно не велик, но нет необходимости рисковать всем ради выигрыша одной-двух недель.

– Но зачем заверять личной печатью? Вряд ли они знакомы с правилами выдачи подобных документов. – молодой хотел осветить все тонкости.

– Риск. Если кто-нибудь из них знает правила, которые, кстати, ни кто не скрывает, то сразу поймет, что их всех приготовили в расход, и хуже того, сразу поймет, кто именно их приготовил. А мы столько сделали, чтобы если что, единственным виновником был Гмакус. Всегда, когда риска можно избежать, его следует избегать. – посол открыл скрытый в стене сейф, и достал из него черный цилиндр и пузырек с желтой жидкостью. – Вот метатель яда. И кристаллизующийся яд двадцати четырех часового действия. Метатель стреляет маленькими кристалликами, которые способны пробить кожу с расстояния до трех метров. Это регулятор расстояния. До полутора метров выстрел бесшумный…

– Не нужно подробностей, мы проходили его в академии – молодой протянул руку.

Я отключил прослушку и поднялся с колен. Две недели вынужденного безделья, по видимому, все же повлияли на мою психику. Какой только фигней я в это время не страдал. Взять хотя бы вращающуюся «неоновую» надпись, выражающую мое мнение об умственных способностях начальника стражи, которая в темное время суток вспыхивает на пару минут через случайные промежутки времени над центральной площадью. А нефиг плеваться. Зачем плюнул в лицо дядечке жрецу, начальнику того балагана где я ночую? Пришел с проверкой документов – проверяй, а плеваться-то зачем? Теперь королевские маги площадь чуть ли не по кирпичикам разобрали, идиоты. Плетение-то я в уличные светильники засунул, а местные их трогать боятся. Притом распихал по одному «кадру» в каждый. Показ длиться около пол секунды, что бы эти убогие не успели определить оттуда создают иллюзию. Через десятую секунды активируется следующий, и так случайное число циклов. Двадцать светильников – двадцать положений надписи. Забавно, но не адекватно. Потом это мое регулярное присутствие на утреннем и вечернем призыве благодати? Пристроившись благодаря Харганку, жить с паломниками я приобрел хламиду такую же, как у них, и вполне удачно мимикрировал под их среду. Хотя если честно, у меня сложилось впечатление, что большая часть этих самых паломников – банальные люмпены, лишь с небольшим налетом веры. Но леший с ними, пусть косят под кого хотят, лишь бы мне под их маской было удобно.

Совершая надлежащие поклоны, и другие необходимые телодвижения, я вышел из храма. Потянулся, потихонечку разгоняя кровь, застоявшуюся в конечностях. Предстояло поймать местное такси, что по вечерам возле этого занюханного храма могло стать проблемой. Но за удобства надо платить, и с транспортными проблемами приходилось мириться. В остальном, этот храм, находящийся в прямой видимости от посольства, являлся великолепным местом. Потрясающая некомпетентность жрецов, плюс их, мягко говоря, халатное отношение к своим обязанностям, позволило мне превратить несколько плит пола в антенну типа «волновой канал» направленный точно на кабинет посла, плюс приемник с временным хранилищем аудиозаписей разговоров. Наглеть с плетениями не стоило, хватит того, что я запитал конструкцию от штатной линии питания алтарного процессора, потому, памяти было мало, и я утром и вечером, очищал хранилище. Большую часть записей, я на повышенной скорости прослушивал прямо на месте, во время «процесса поклонения», копируя себе только самое интересное.

Поймать транспорт не удалось, и я не торопясь тащился пешком по полутемным проулкам, освещаемым только светом местной луны. Я внимательно смотрел по сторонам, высматривая «романтиков с большой дороги», но местная шпана, при моем приближении успевала толи сбежать, толи спрятаться, в общем, видно никого не было, только следы аур свидетельствовали о бурной ночной жизни. Обидно. Обычно, я совершал вечерние прогулки по местным клоакам для испытания своего нового «гениального» изобретения – плетения для парализующего амулета, в котором я немного накосячил, и никак не мог понять, в чем именно. Первые два испытателя-добровольца, обратившиеся ко мне с предложением отдать им все деньги и другие ценности, тем самым выразившие свое горячее желание участвовать в эпохальном эксперименте, были парализованы навечно, тихо без воплей. С тех пор я уже снизил интенсивность воздействия более чем в тысячу раз, но все равно, сводимые судорогой мышцы испытуемых продолжали ломать их кости. Может, стоит снизить интенсивность еще раз в пятьдесят, поближе к рекомендуемой? Но в документации написано, что рекомендуемая во первых парализует довольно медленно, в течении нескольких секунд, а во вторых сильный человек может преодолеть воздействие. Вполне очевидная идея, сократить время воздействия за счет пропорционального увеличения интенсивности динамически корректируемой по реакции организма, себя почему-то не оправдывала, приходилось подбирать параметры обратной связи методом тыка. А как подбирать, если через пару ночей интенсивных экспериментов, все потенциальные испытуемые в районе при твоем приближении начинают разбегаться и прятаться? Вот и этот район загадился. А ведь я так старался не спугнуть, специально никогда в него не заходил, и работал тут, только когда возвращался пешком. Пропал вечер. Раз такое дело, надо будет подумать об установке в храме ретранслятора, чтобы больше сюда не таскаться. Мне кажется с их главным жрецом пройдет и не такой номер.

От размышлений меня отвлекла фигура, вернее скрытая амулетом аура человека, прятавшегося впереди. Местные тоже интересные, это чем надо думать, чтобы додуматься прятать ауру коконом из силовых линий, который видно едва ли не за километр. На всякий случай я проверил активность плетения защиты, и двинулся дальше.

Пройдя мимо, я уже было решил, что товарищ здесь просто так стоит, но тут, отбивая арбалетную стрелу, сработала защита от быстро приближающихся предметов. И в сторону гражданина, бросившегося бежать, вылетел маленький шарик отлаживаемого плетения. Самонаведение, взятое готовым из базы знаний, как всегда сработало отлично, и пройдя пару поворотов, резвый однако товарищ попался, я подошел к телу. Пока медицинское плетение анализировало его состояние, я обшарил карманы. Ничего. Странно когда ничего нет. Не в смысле ни ничего интересного, а вообще ничего. Ни мелочи, ни безделушек, ни воровского инструмента. Запасной арбалетный болт, и все. Нет даже бляхи гражданина. Пискнуло медицинское плетение, завершившее свою деятельность, и я оставил товарища отдыхать. Наконечник болта содержал какое-то плетение, и отправляясь дальше я его прихватил, а шустрый гражданин остался лежать на мостовой. Ничего, к утру отойдет. Беглый просмотр медицинских результатов показывал, что я почти добился нужного воздействия. Чуть-чуть еще растяну воздействие во времени, что бы растяжений не было, и все можно релизить. Я его к рюкзаку прислюнявлю, маленький сюрприз для излишне любопытных.

До храмовой ночлежки добрался без происшествий. По дороге выкинул стрелу. Забавное плетение в ее наконечнике было предназначено для «раздвигания» силовых магических линий. По-видимому, эта фигня, должна была пробивать физические щиты, создаваемые как сеть магических линий. Не знаю, у меня все щиты сплошные, да и в базе знаний щиты-сетки рекомендовались только в качестве полумеры, при серьезной нехватке магической энергии для защиты крупных сооружений.

Одним из последних получил в столовке, при храмовой ночлежке, положенные каждому паломнику кружку пива и миску безвкусной каши. Большинство местных бездельников предпочитала питаться по окрестным тошниловкам, где и харчь вкуснее и пиво крепче, но я, с самого начала решивший строго выдерживать маску упертого фанатика, питался исключительно пищей благословленной местным центровым жрецом. Мой «фанатизм» не остался незамеченным «комендантом» этой «общаги», вначале отнесшимся ко мне несколько предвзято, но позднее, под впечатлением моего радения, выделившим отдельную келью. Вообще, местные служители культа – это государство в государствах, связывающих их в единую империю подконтрольную верховному жрецу, по совместительству, возглавляющему еще и магов. Мужик очень неплохо устроился. Хотя подробности взаимоотношений жрецов магов и властей мне во многом не понятны. Я так и не понял, каким образом маги оплачивают предоставляемую им манну. Торча на ритуалах, я многократно видел процесс «заправки», но при этом, оплата, ни разу не производилась. Предоплата или абонемент? Непонятно. Рассуждая подобным образом, я не торопясь поужинал, и прошествовал в свою келью. В ней на специальном каменном ложе расстелил постель. Тоненькая тряпочка снизу, такая же тряпочка сверху, и булыжник в качестве подушки, вот и вся не хитрая постель истинного подвижника веры. Едва успел расстелить, раздался стук в дверь, это «комендант» с вечерним обходом. Именно для него была предназначена расстеленная постель. Тот вошел, благословил меня, постель, еще что-то, я не прислушивался что, и свалил. Закрыв за ним дверь, я аккуратно свернул постель, достал из тайника, вырезанного мной в ложе, две перины, подушку и теплое одеяло, разделся, и улегся спать. Перед сном, я прокрутил сегодняшние события и прикинул свои действия на завтра. Знание сила. Теперь зная суть интриги посольских хитрованов, можно спланировать свои дальнейшие действия. Мои фантазии о дальнейшем паломничестве, которыми я усердно делился со всеми знакомыми и не знакомыми, имеющими хоть малейшее отношение к посольству, были вызваны только очевидным желанием добиться заочного рассмотрения дела. Тут мои интересы совпадали с интересами посла. А вот умирать, согласно его планам я не собирался. Буду требовать «прощалку» вперед, а так как, судя по всему, обман в таких делах не редкость, мое требование ни кого не удивит. Наверняка заставят поклясться, на какой-нить фигне детектирующей честность, что не сбегу, не предам и т.п. Так что если я их кину, скорее всего, стану изменником, и смогу этой «прощалкой» только подтереться. Не хотелось светится, а так, проще всего было бы самому все установить. Например, также как у посла, которому я расширил функционал плетения настольного светильника, включавшегося по голосовой команде, еще и возможностью радиопередачи. Навороченная защита кабинета совершенно не прореагировала на малюсенький алмазик, который я принес под ногтем указательного пальца. Случайное прикосновение к абажуру светильника, выполненного в стиле настольных ламп, которые показывают в старых советских фильмах, и смазанный клеем алмаз остался в кабинете посла. А ночью мое плетение активизировалось. Защита разумеется сработала, но пока прибывшая по тревоге охрана сначала искала несуществующих злоумышленников, потом ждала дежурного мага, в светильнике произошли необходимые изменения, а плетение в алмазе полностью развеялось. Работая над этим проектом, я не раз добрым словом помянул свое любопытство, заставившее меня экспериментировать гостинице искателей, над вроде бы бесполезными вещами. Но это не важно. Вернемся к нашим баранам. Подслушку будет делать какой-то маг. Хотя, скорее всего, делать он ничего особого не будет, так, активирует какой-нибудь амулет, вот и вся работа. Вряд ли на такое дело подпишется маоло-мальски квалифицированный специалист. Как бы этот рукозадый товарищ не подставил нас, случайно накосячив со взломом защиты. Попадать в руки местной стражи меня не тянет ни сколько. Пожалуй, стоит заранее наведаться и немного доработать их защиту. Приняв такое решение, я заснул со спокойной совестью.

С утра все пошло наперекосяк. Началось с того, что едва я успел убрать постель, примчался Харганк просивший меня сегодняшний утренний призыв благодати принять в центральном храме. Для разбирательства с глючным порталом приехали какие-то шишки, которые наверняка захотят пообщаться с моей персоной. Неприятно, данные подслушки за вчерашний вечер будут потеряны, но не смертельно. Будем, надеется, задержат меня ненадолго, иначе я опоздаю на аудиенцию к послу, назначенную на сегодня. По большому счету пофиг, я еще маленький мне простительно, но именно сегодня должны меня вербовать, а мне «официальное прощение за заслуги перед короной» совсем бы не помешало. После него, никакого следствия по моему делу не будет. Его закроют не глядя, и не откроют, пока не случиться что-то экстраординарное. Например, всплывет достоверная информация о синтезаторе. Хотя все равно, посещать Некварк не стоит. Но это мелочь. Теперь зная, что к чему, найду другой вход в подземный город.

В узком техническом помещении перед стоявшим на столе технологическим монитором сидели двое, и внимательно смотрели, но не на монитор, а на лежащий рядом с ним, планшет голографического ввода-вывода.

– Растяни еще в шестнадцать раз – серьезный дядька, одетый в скромную форменную одежду светло синего цвета, изготовленную из текалинового волокна, каждый грамм которого стоил около тридцати золотых, задумчиво запустил руку в шикарную бороду. Объемная картинка, изначально выглядящая как некое подобие фрагмента трубы висящей над планшетом, начала раздуваться под воздействием чего-то двигающегося внутри, потом вздутие неожиданно лопнуло, и кусок некоей бесформенной массы вывалился из разрыва.

– Назад, и растяжение еще в шестнадцать раз – второй, одетый в темно зеленый наряд, набрал что-то на некоем подобии клавиатуры, и картинка начала двигаться в обратном порядке в сильно замедленном темпе.

– Стоп. Увеличить. – над планшетом замерло изображение трубы за мгновение до разрыва.

– По шагам, вперед. – картинка начала изменяться рывками.

– Стоп. Еще увеличить. – На трубе появилось четкое поперечное черное кольцо.

Главный смотритель портальной сети, верный пес архимага, закрыв глаза, медленно откинулся на табуретке и прижался затылком к противоположной каменной стене. Когда-то он не один год потратил на воссоздание «прерывателя» – древнего оружия тайных убийц, одного из немногих способов убить носителя симбионта. Единственный экземпляр, созданный исключительно для ликвидации предыдущего архмага, был давным-давно уничтожен им лично. И сейчас появление в руках неизвестных оружия, способного убить человека, прошедшего высшее посвящение, его пугало. Он слишком давно привык к бессмертию.