Чтение онлайн

– Стреляй, Тофик!
– крикнул он, хотя прекрасно помнил, что сам запретил друзьям брать оружие. Пуганем, а там посмотрим.

В следующий миг возле Тофика что-то беззвучно сверкнуло, будто сработала фотовспышка, и противник его рухнул на асфальт дорожки. В тот же миг Максим, получив очередной удар и отлетев на газон, увидел как Магг взмахнул рукой. Охотничий нож глубоко вошел в горло главного боевика. Он тупо посмотрел на Максима, потянулся, чтобы достать нож, вырвать из раны и упал к его ногам.

– Сматываемся домой, по-одному!
– негромко скомандовал Максим и первый ломанул в глубь ночного парка.

Минут через двадцать все были в сборе.

– Круто вас пасут, - заключил Петр Маркович, выслушав рассказ о разборке. Он расставлял в зале свечи, и Максим вдруг вспомнил, что именно после вспышки возле Тофика на Набережной и в парке погасли все фонари.

– Пойду гляну - не привели ли вы за собой хвоста, - сказал Петр Маркович.

– Вряд ли, - успокоил его Максим.
– Двоих мы отрубили, а третий смылся.

Про себя же подумал, что если люди Мудлака ведут наблюдение за пансионатом, то уж Ирка точно вляпается. Как же он не сообразил об этом и не предупредил ее в записке. Позвонить сейчас Машеньке? Нет, они могут прослушивать телефон и тогда уж точно выйдут на дом Петра Марковича.

Он скупо поблагодарил Магга за помощь, на что тот скромно ответил, что метание ножей его любимое хобби, да и вообще - он должен всегда и везде защищать хозяина.

– По этому случаю, правда, можно и вздрогнуть, - заметил Магг.
– Я еще не познакомился с многими вашими напитками.

ГЛАВА 4

Утром Петр Маркович позвонил друзьям в милицию и сообщил гостям, что боевик с ножевым ранением в горло скончался ночью в реанимации, а со вторым вообще что-то странное: убит током, разряд высокого напряжения, такой мощный, что парень обуглился.

– Как же ты его так уработал?
– тихонько спросил Максим у Тофика.

Джинн-недоучка пожал плечами:

– Ты, господин, крикнул: "стреляй". "Из чего стрелять?" - подумал Тофик. Вот я и сделал ему короткое замыкание.

Петр Маркович - сама деликатность - смиренно сообщил:

– Хуже всего, что какие-то люди видели разборку. Ничего и никого не запомнили, а вот ваш словесный портрет, - он кивнул Marry, - сообщили. Уж очень приметная внешность. По райотделам и участковым передана ориентировка.

– Все, Маг, - засмеялся Максим, - придется тебе срочно менять свою неповторимую внешность.

– Только не это, хозяин!
– взмолился Магг.

– Нет уж, только это. Во-первых, ты можешь подставить нас всех. Во-вторых, если тебя подметут, ты плохо представляешь наше КПЗ.

– Что это, не понял?

– Даю расшифровку для иностранцев: камера предварительного заключения. Даже если не докажут твою вину, тебя там могут держать два-три месяца. Кормят там желудями всмятку.

Магг порылся в своих мозгах и вдруг засмеялся:

– Это шутка? Я не знаю: желуди у вас едят только свиньи.

– Это не шутка, Маг. Шутки кончились. Мы в большой опасности, старина. Максим посмотрел в сторону как всегда невозмутимого Петра Марковича и приказал: - Короче, нужны ножницы, бритва и пакет басмы.

Через полчаса Магг был пострижен, лишен своей непревзойденной бороды и покрашен под цыгана. Осмотрев творение своих рук, Максим не удержался от дружественного смешка:

– Ну, вот, породу все-таки не испортишь. То был выкопанный Карл Маркс, теперь - молодой Брежнев. Самое интересное, Маг, что тебя в таком виде не признает ни одна из твоих жен. Придется заводить новых.

Из "черной хаты" зашел Петр Маркович.

– Машина подана, - доложил он.
– Во дворе.

Все, даже бедный Магг, пошли смотреть машину.

"Фирма веников не вяжет", - подумал Максим, увидев во дворе новую черную "Волгу" с закругленными катафотами и киевскими номерами.

– Вы, шеф, не подходите по возрасту, - деловито объяснил Петр Маркович. Поэтому я ксиву выправляю на Бороду, надо, кстати, сейчас его сфотографировать.

Через два часа хозяин торжественно вручил помолодевшему Маггу, удостоверение генерал-майора службы безопасности Украины, права и техпаспорт. Он объяснил, что хотел изготовить документы помощника Президента, но, увы, пока не доставили образцы, и добавил:

– Машину оставьте в Севастополе возле горсовета. Ключи отдайте дежурному он меня знает. На всякий случай я зарядил в багажник две канистры бензина и кое-что из еды.

Петр Маркович с сомнением глянул на фингал под глазом у Тофика, поинтересовался:

– Может, вам охрану выделить?

– Думаю, обойдемся, - ответил за всех Максим.
– Нам только по дороге забрать мою знакомую, а в городе, если верить Магу, нас ждут его люди.

К "Ласточкиному гнезду" доехали без происшествий. Усталая и злая Ируля сидела на бетонном парапете и курила. У ног ее стоял желтый чемодан с "товаром".

– Опять твои фокусы!
– сразу же набросилась она на Максима.
– Я, как клизма, тащусь со шмотками в пансионат, потом оттуда - сюда. Ты, подонок, даже ключа от номера не оставил.
– Она заглотнула воздух для новой филиппики, мельком глянула на машину.

– Что за люди и чья эта тачка? Ты мог хотя бы вчера позвонить?!

– Ируля, закрой на секунду рот и ответь мне на один вопрос: тебя в пансионате никто не пас? Ну, не следили за тобой? Ты сюда "хвоста" не притащила?

– Да кому ты нужен, горе-коммерсант, - ядовито расхохоталась Ирина.
– И не смей называть меня этой мерзкой кличкой! Сто раз тебе говорила.

– А я тебе второй раз говорю: закрой рот. Раз и навсегда. Если хочешь в номер - вот ключ. Но запомни. Ночью к тебе войдут два-три серьезных кента и начнут ласково расспрашивать, где это запропастился твой дружок, то есть я. А чтобы ты не выступала, один из них, например, будет держать возле твоей печени перо - не от авторучки, сама понимаешь. Потом, наверное они тебя по очереди трахнут и, может, отпустят. А, может, и нет. Усекла?!

Ирина усекла. Зло сверкнула глазами:

– Как же ты успел за три дня в такое дерьмо вляпаться?