Чтение онлайн

После обеда, перешедшего в затяжной ужин, Максим перезарядил свой "узи", облюбовал в холле удобное кресло, а Маггу и Тофику приказал отдыхать.

– Утро вечера мудренее, - сказал он.
– Утром проведем большой хурал, мозговую атаку и так далее, а сейчас - спите. Я подежурю на всякий пожарный случай, а если скопычусь, - разбужу кого-нибудь из вас.

Ночью он то дремал, то бодрствовал. Когда сон отступал, приходили воспоминания - в основном из детства. Днепропетровск... Его друганы по садику и школе - Женя, Алеша Выходец, Стасик... Их детские и недетские проказы, подвиги и тайны... Правильно отец в какой-то из своих книг написал о том, что сущность жизни не в больших событиях, которые мы так или иначе ищем на земле, а в маленьких радостях и безмятежности духа. Мол, живой душе нужен, конечно, весь мир, но она умеет довольствоваться и крохой... Большие события в его жизни, кажется, только начинаются, безмятежностью духа сейчас и не пахнет, а вот маленькие, но дорогие сердцу радости были, они всегда с ним, в его памяти, и с годами ничуть не становятся тусклее или дешевле.

Под утро в холл вышел Магг с двумя рюмками и бутылкой шотландского виски в руках.

– Не спится, - пожаловался он.
– Мы столько пережили за последние дни, столько раз были на краю гибели, а этот подлец так ловко и просто избавился от нас. Просто зла не хватает. Теперь я, чувствую, не скоро увижу своих жен и детей.

– Женщин и на Земле на твой век хватит, - утешил его Максим.

Они молча "вздрогнули". Магг сел в свободное кресло, достал свои чётки. Максим закурил.

– А что за религия у вас на Нормане?
– поинтересовался Максим.

– Ничего особенного. Очень древняя и в отличие от вашей всегда составляла одно целое с познанием, наукой. У нас тоже есть "Библия", правда, несколько иная, чем у вас. Новый завет, например, составляет несколько томов - у нас было двенадцать канонизированных мессий. А вот вместо "Ветхого" у нас "Грядущий завет". Словом, главное отличие нашей религии в том, что ученые и теологи Норманы за тысячелетия так и не нашли в нашей вселенной Бога. Нет его и не было! Но он обязательно будет, грядет! И в этом сходятся воззрения ученых, которые считают, что матери присуща не только энтропия, но и стремление к упорядочению и осознанию самое себя посредством разума и духа, и утверждения наших мессий, то есть, пророков. Создатель придет к нам из другой вселенной, а с ним - очищение и благодать.

– Любопытно!
– Максима в самом деле заинтересовал такой неожиданный поворот вероучения.
– Значит, ваше "Бытие" начинается приблизительно так: "В начале сотворит Бог небо и землю. Земля же будет безвидна и пуста и тьма над бездной, и Дух Божий будет носиться над водою. И скажет Бог: да будет свет. И станет свет. И увидит Бог свет, что он хорош, и отделит Бог свет от тьмы. И назовет Бог свет днем, а тьму ночью. И будет вечер, и будет утро: день один".

– Все так, - подтвердил Магг.
– Но слова несколько другие.

– Одного не понимаю: если Бога, как вы утверждаете, пока нет, откуда мессии, посредники между Создателем и людьми, да еще столько?

– Наши мессии не отягощены Богосыновством, как ваш Иисус Христос. Они обычные люди, которые сумели при жизни возвысить свой дух до такой степени, что он стал проникать в спиритосферу вселенной, ее монады, где запечатлено не только настоящее, прошлое, но и будущее. Об этом, кстати, догадывался ваш Лейбниц. Наши мессии - прежде всего пророки, Как и ваш Иисус Христос. История его Богосыновства не более чем красивая сказка. А так как ваш разум в эпоху зарождения христианства не мог воспринять идею грядущего Бога, то эта история логически необходимый мостик, связующее звено между якобы извечно существовавшим Богом и искоркой разума людьми. Впрочем, у нас есть и неканоническая версия о том, что ваш Христос, учитывая те чудеса, которые он творил, его воскресение и вознесение на небо, вполне мог быть сыном одного из наших ранних миссионеров.

– Мудрено, - заметил Максим.
– Хотя и не лишено смысла... А что это у тебя в руках - четки?

– Да нет, - Магг засмеялся.
– Вот уж что далеко от веры, так это Творящая Сила. Хотя, конечно, в ней сокрыт величайший божественный промысел, и она способна творить истинные чудеса.

– Я тебя разжалую, генерал-майор. Ты можешь говорить по-человечески?! Что ещё за Творящая Сила?

– Ну, это же елементарно, Ки-ихот! Это у нас личное богатство, состояние, эквивалент ваших драгоценных камней и металлов. Это мое Семя, Активные Сперматозоиды, Живчики!

Теперь пришла очередь смеяться Максиму. Он так расхохотался, что вынужден был отхлебнуть прямо из бутылки, чтобы перебить смех.

Нет, у меня точно поедет от вас крыша! Это с каких же пор сперма стала таким дефицитом?! И почему ты ее называешь Творящей Силой? Детородная - еще куда ни шло.

Магг, казалось, обиделся.

– Хорошее Семя - достоинство мужчины. Только избранные высокородные и некоторые рыцари могут похвастаться, что они взрастили за свою жизнь несколько тысяч настоящих Живчиков. Семя зреет в мужчине как жемчуг, потому мы и дорожим им. Кроме того, не так давно наши ученые открыли, что оплодотворение женской яйцеклетки - лишь одно из проявлений Творящей Силы Семени. При помощи простого преобразователя она может создавать любые материальные объекты, мгновенно прорастать через пространственно-временной континуум, может даже оживить человека. Но для этого, конечно, нужно много Семени.

Удивлению Максима не было предела.

– И ты носишь своих... живчиков в этих бусах?

– Это не бусы, а контейнеры, которые идеально приспособлены для хранения Активных Сперматозоидов. Самый большой из них, белый - преобразователь.

Максим вспомнил слова Мудлака, произнесенные им на берегу штормового моря: "Я потратил последнее Семя".

– Получается, что Мудлак перенесся к нам на пляж при помощи этой штуковины? Помнишь, он говорил принцессе...

Магг засмеялся.

– Не верь ни единому слову этого проходимца, благородный Ки-ихот. Он скорее удавится, чем потратит лишний Живчик. Если они у него есть вообще.

– Постой, - перебил его Максим.
– Неужели ты, воспользовавшись преобразователем, мог перенести нашу машину через ущелье без помощи Тофика?

– Элементарно.

– И ты, подлый жлоб, все время молчал об этом?! Даже пальцем не шевельнул... Ведь мы могли все погибнуть. Глаза Магга полыхнули недобрым огнем.

– Знаешь, Ки-ихот! Я твой слуга и слуга Ее Высочества. Но я прежде всего высокородный Мужчина! И никто под звездами, ни ты, ни принцесса, ни даже сам Король не вправе распоряжаться моей Творящей Силой!

– Да бог с тобой! Я не хотел тебя обидеть.
– Максима одолевала какая-то смутная мысль. Если Семя может мгновенно прорастать через пространственно-временной континуум, значит ли это?..

– Послушай, старина, - спросил он у Магга.
– А не может ли твой преобразователь... перенести тебя, например, на Норману?

– Исключено. На преодоление одного светового года нужно не менее тысячи живчиков. Умножь это количество на пятьсот... Исключено, благородный Ки-ихот.

– У тебя, случайно, нет еще такой штуковины?
– поинтересовался Максим. Запасной или лишней?

– Сколько угодно, - пожал плечами Магг.
– Я собирался перед отправкой на Норману подарить тебе хранилище Творящей Силы и научить им пользоваться. Однако этот подлый Мудлак разрушил все наши планы.

– Неси, - перебил его Максим.
– Скорее неси мне эту штуковину!

Пока удивленный горячностью хозяина бывший двойник вождя мирового марксизма возился с замками своего сейфа, Максим пытался вспомнить урок биологии, на котором им рассказывали в школе об этом. Сколько же у человека этих самых живчиков? Что много, это он помнит. Но сколько конкретно? И хватит ли их...