Чтение онлайн

Я невольно отшатнулась и спряталась за витиеватую стойку полога кровати. Вцепилась в неё на случай, если он решит меня силой тащить из спальни.

Что делать?

Понятия не имею, меня сейчас защитить некому.

— Простите, ради всего святого, и девы Марии, я сейчас вместо пропавшего лекаря обрабатываю рану Его Величества, а девица, как помощница, подаёт бинты и мази, она мне нужна, больше некому. Времени не было искать другого лекаря, пришлось срочно провести операцию.

Александр Львович опешил, а я готова расцеловать смелую женщину, но, скорее всего, она даже не поняла, что для меня сейчас сделала.

— Что это значит? Какую операцию?

— По приказу Её Высочества, мы обработали рану, но умоляю, не шумите, царю нужен покой.

Иванка настойчиво встала перед кроватью и загородила собой и царя, и меня. Но поздно.

— А-а-ах! — за нашими спинами раздался стон Петра Ивановича.

— Ваше Величество, всё уже хорошо, мы сейчас дадим вам лекарство и вновь полегчает, — шепчу, а сама думаю, куда подевался цесаревич, мне сейчас срочно нужна помощь, изгнать этого беспощадного монстра.

Орлов сделал шаг к кровати, убедиться, что царь всё ещё живой.

И тем самым внезапно сдал себя с потрохами. По моему обонянию резанул тот самый «аромат смерти». Стою, выпучив глаза, от ярости, злости и еле сдерживаюсь, чтобы не вцепиться в усатую морду. Это он глава заговора, он отравитель и он выкрал Волка?

Не сдержалась и прошипела:

— Куда вы дели лекаря? Сейчас же выпустите его! Это преступление, арестовав князя Волкова, вы подвергли жизнь царя смертельной опасности.

— Ах ты мелкая падаль! Прах на земле, а туда же! За такие обвинения я тебя сгною в подвалах.

— У меня есть адвокат Веденеев, ему отправляйте бумаги с обвинениями, я тоже свои права знаю. И я не ведьма, лечение проводила дипломированная акушерка, и если Его Величество выживет, то благодаря ей, а не мне или какой-то там магии. Оставьте нас!

Делаю шаг навстречу, чтобы убедиться в его причастности к отравлению, и сомнений не осталось, на нём есть едва ощутимый след, как аромат духов, но ядовитый. Очень странно, или он тоже под воздействием?

— Оставить? Чтобы ты продолжила наносить ущерб здоровью Его Величества. Когда царица спохватится, будет уже слишком поздно, и тебя ждет не каторга, а петля.

— Да хоть топор, честное слово, я устала доказывать свою невиновность, ещё раз прошу, все претензии направьте адвокату.

Нашу перепалку прервал долгожданный визит цесаревича. Орлов резко развернулся, поклонился и сбежал.

Павел недоумённо обвёл взглядом спальню, с немым вопросом: «Какого чёрта?»

Вышел и совершенно не по-царски отругал охрану, приказав привести сюда ещё человек шесть с заряженным оружием.

— Стрелять на поражение! Пищу отцу и его сиделке Еве Михайловне принесёт лично мой адъютант!

Прорычал и вернулся в покои, красный от бешенства как рак.

— Сударыня, искренне благодарю вас, пока можете идти, отдохнуть, но оставайтесь поблизости и не в одиночестве! Обстановка вокруг лекарей накалилась до кипения. Через час возвращайтесь.

— Слушаюсь, — Иванка с сочувствием взглянула на меня и вышла.

— Ваше Высочество, сейчас я дам Его Величеству лекарство, а потом уже ворчите, пугайте и делайте что хотите.

Снова наполняю стакан водой, делаю новый надрез на руке и жду, когда кровь каплями стечёт в стакан.

— Ева? Какого чёрта? — прошептал вконец испуганный Павел, и уже готов выбить стакан из руки.

— Ой, не пугайтесь. Это наука, меня укусила змея, моя кровь ещё какое-то время действует как противоядие. Через несколько дней приду в норму, стану обычной. Я как дистиллятор, каким спирт перегоняют, как вам объяснить-то? Коротко, моя кровь умеет бороться с ядом, и я ей делюсь, пока могу. Это не магия. И простите, ради Бога, я вообще неотёсанная служанка, этикет совершенно не знаю, мне стыдно за грубость и простое обращение, но в такой ситуации, я с трудом могу себя сдерживать в рамках приличного поведения, очень волнуюсь за лекаря.

Заговорила «зубы», но и правда манеры мои оставляют желать лучшего, как меня только терпят. Но терпят.

А кровь всё капает и капает, решила сделать чуть более «крепкое» лекарство, и никакая это не наука.

На самом деле, я прекрасно понимаю, что это как раз магия, сыворотка может и была, но в первые дни. У меня теперь метаболизм, как у настоящей ведьмы, наверное, можно есть всё подряд, и не толстеть. Но испытывать не собираюсь.

Тем временем вода в стакане окрасилась и цветом напоминает вино.

Павел сдался, его матушка ради этого меня и «наняла».

— Ваше Величество, надо выпить, и вам сразу станет легче.

Осторожно трясу за плечо царя, и сын бросился помогать, подсадил в подушках, поправил одеяло и сам подал стакан с «лекарством».

— Надеюсь, это «кровавое зелье» поможет. Отец, как ты себя чувствуешь?

— Намного лучше, Ева сказала, что меня травили ядом, и от этого рана не заживала, и все тело болело так, словно я упал под копыта табуна коней…

До Павла дошло, что слово «противоядие» не просто так я употребляла, наконец-то сопоставил факты!

— Яд? — на выдохе простонал вконец ошеломлённый цесаревич. Правда его добила, как я и предполагала.

Добавляю остроты деталями и подробностями:

— Да, ночью дозу яда увеличили, его капали в рану, или на повязку, потому князь Волков отправился караулить, чтобы не допустить этого, но его где-то перехватили. Но самое неприятное, что я…

— Что?

— Нет, мне показалось. Но меня тоже хотели вчера отравить, тем же ядом в бисквитном печенье.

— У нас все с ума посходили? Царь заболел, и теперь управы на придворных нет? Отец, я вынужден сделать донесение матери, и даже не знаю, Орлов должен этими делами заниматься, но он с нами явно не в одной лодке. Подозреваю его сопричастным, только с какой стороны и как к нему подступиться?

— Сын, твоя мать мудрая женщина, доложи только ей, и начинайте искать. Мне уже намного лучше. Спеши, найдите лекаря. Когда встану на ноги, сухого места от врагов не оставлю.

Царь прохрипел, на его губах кровавый след, и я скорее вытерла его салфеткой.

Цесаревич спешно ушёл, представляю, что сейчас творится в его душе, бедный мальчик, но пусть закаляет характер.

Его Величество снова задремал, позволяя и мне немного перевести дух и отдохнуть от водоворота событий.

А через минут двадцать пришла Иванка сменить меня и покормить Петра Ивановича обедом, пришлось осторожно разбудить царя.