Чтение онлайн

Когда я стал плохо слышать, у меня в голове в полной тишине стали появляться разные звуки: пение птиц, игра оркестра, шум прибоя, работа двигателя автомашины и т.д.

Я в первоначальный вариант этой книги не включил рассказ о любимых насекомых, хотя без них и Сибирь не Сибирь. И вот сегодня перед рассветом я проснулся и слышу комариный писк. Оба-на, подумал я, но вспомнил о своей аномалии. Таким образом появилось это описание.

Расскажу ещё одну интересную историю, не связанную со службой в армии, а связанную с комарами.

В 1981 или 1982 году ремстройтрест, где я был, или числился начальником, ремонтировал Украинский театр и Филармонию. В связи с этим, я вместе с начальником областного управления культуры и его замом на машине облисполкома поехали в город Киев решать какие-то вопросы. Туда мы ехали, разговаривали о производстве, а назад, уже немного уставшие на разные темы. Оба они были интересными людьми, оба кандидаты наук и рассказывали мне, изощряясь в своих знаниях о Пушкине и его любовницах, о Некрасове, о Корнее Чуковском… Мне, строителю и мужлану, было всё интересно, но подошло время и мне, как говорят, "в разговор встрягнуть". Ехать нам было часов пять, и заговорил я.. Солдаты до обеда говорят о еде, а после обеда о бабах.

А так, как мы пообедали на полпути, а я бывший солдат (правда,.. бывших солдат, как и бывших алкоголиков, не бывает, даже в песне поётся:

 - и заговорил, сами понимаете, о бабах. И тут мне начальник областной культуры выдал коммунистическо – воспитательную лекцию, которая сводилась к следующему: "Уходя от нас товарищ Ленин, завещал нам хранить в чистоте и беречь, как зеницу ока великое звание члена партии". Эти дословные, очень красиво придуманные для Сталина слова, из якобы произнесённой им клятве при похоронах Ленина, я помнил с детства из кинофильма. Но дальше последовало, что супружеская неверность недопустима членом партии. Тот, кто может изменить жене, якобы сказал Ленин, изменяя Крупской с Инессой Арманд, тот может изменить и партии, и воинской присяге, и Родине.

Я был посрамлён. (Через год наша культура понесла утрату: он был снят с работы с партийным выговором за супружескую неверность, допущенную им с молодой женщиной, при турпоездке в Югославию, где идейный ленинец был руководителем группы.)

Я перевёл разговор на проведение отпуска. Эта тема его обрадовала, он повернул к нам голову (сидел рядом с водителем) и с большим удовольствием начал разговор:

– Вы знаете, Анатолий Васильевич, я разочаровался во всех поездках на море, в санатории, на воды. И вот почему. В прошлом году мне мой сосед, он рыбак и охотник, да Вы его знаете, посоветовал отдохнуть на Днепре, на островах. Я договорился с хлопцами в Светловодске, они мне организовали лодку, палатки, газовую плиту, ну, всё что надо. В обществе охотников и рыболовов мне дали удочки, спиннинги, и все рыболовецкие снасти и принадлежности. Переправили нас на моторке. Оставили и уехали.. Да я забыл сказать, что было нас там три семейные пары. Ловим рыбку, купаемся, в картишки, шахматы играем. Жёны еду готовят, когда на газовой плите, а в основном на костре. Ушица, когда дымком пахнет, объедение, пальчики оближешь. Но одна беда: комары. Днём на солнышке ещё ничего. Зайдёшь в тень под дерево, кусаются. А вечером и ночью – конец света. Сжирают они нас заживо. На четвёртый день выбросили мы условный сигнал. Говорим нашим шефам, что не можем больше терпеть эту ненасытную орду, которая и сейчас кружит над нами. Человек, сидящий за рулём катера, даёт нам канистрочку и говорит, что он это предвидел и захватил специально для нас солярку, ну дизельное топливо. Помажетесь и полдня ни один комар вас не тронет. Спасибо тому человеку. Мы с утра помажем лицо, руки, а кто хотел ходить в плавках, так весь намажется, и загорай, купайся и вообще для нас настал действительно рай. Мы ещё потом две недели так хорошо отдохнули, что в этом году только на Днепр, на острова. И вам советую, только сразу солярку возьмите.

Я очень внимательно его слушал и не верил, что он говорит серьёзно. Человек, которому доступны прекрасные, лучшие санатории Советского Союза, распложенные на море, в горах, пустыне, где угодно, предпочитает быть вымазанным вонючими нефтепродуктами, способными отогнать не только комара а и…

И вдруг, я, провернув в голове всё, что он рассказал, захохотал.

Нет, со мной была истерика. Я плакал и через слёзы спросил его:

– А Вы не про-об-бова-али обмаза-а-ться битумом, или мазутом?

Не поняв ехидства в моём вопросе, он спросил:

– А зачем?.

– Обмазались ним один раз, и на весь отпуск. Класс!

До него дошло, что я уже издеваюсь, замолчал и отвернулся от меня. Его заместитель давно толкал меня в бок, чтобы я перестал смеяться, но я уже не мог остановиться. К счастью, мы подъехали к моему дому, я сквозь слёзы попрощался и вышел. Двери мне открыла жена и перепугалась:

– Что с тобой, что за слёзы?

Мне было трудно говорить, но я кратко рассказал Эмме эту историю.

В связи с этим задаю вопрос: "Смерть комарам?" Не знаю. Когда-то в Китае объявили смерть четырём вредителям: воробьям, мухам, комарам и крысам. Почти уничтожили первых троих. Не знаю, как с мухами, а вот оставшимся в живых воробьям и комарам объявили амнистию и стали разводить. Уменьшился урожай риса, а в реках и озёрах стала исчезать рыба.

Оказывается, воробей, когда кормит потомство, приносит ему вредителей, уничтожающих урожай риса, и ущерб принесённый серенькой птичкой, гораздо меньше, чем потерянный урожай.

Комар в процессе метаморфозы в своём развитии превращается из червячка (мотыля), единственного корма мальков некоторых пород рыб, которые начали вымирать в китайских водоёмах. Так, что, не знаю.

За двенадцать лет жизни в Германии рядом с судоходной рекой Майном и множеством других рек, я не видел ни одного комара, а рыбаков с рыбой и на Рейне и на Майне. Воробьёв видел только в вольерах у животных в зоопарке, а риса в Германии в любом магазине, звались, несколько сортов Так что опять, НЕ ЗНАЮ!

13 мая я получил из дому телеграмму, что Эмма родила нам сына, и я ходил гордый и радостный по этому поводу, ощущая себя на ступень выше как мужчина. Я был ОТЕЦ!

В начале июня прошли соревнования на первенство Томской области (По сути только одного аэроклуба). Я без труда занял первое место, второе укладчик парашютов инструктор Рахматулин, третье Лев Красильников, студент ТГУ (Томского Государственного Университета), четвёртое, знакомый вам "циркач" Суворкин. Мы были включены в команду для выступления на соревнованиях на первенство Сибири. Во многих аэроклубах того времени женщины были слабым местом, и их брали в команду, потому что иначе не допускалась бы и мужская команда. В Томском аэроклубе прыгало несколько начинающих девочек и одна замужняя женщина, которая имела достаточно прыжков, позволяющих ей выступать на соревнованиях, но она обладала уникальной способностью делать всё наоборот, то есть не так, как надо. Этим она мне запомнилась, да ещё длинным, тонким, как у Буратино, носом. Что бы она в воздухе не делала, у инструкторов вызывало раздражение, и, глядя на неё, они только и произносили:

– Ну б…!. Ну ё.! Ну мать твою!

Нам, спортсменам было смешно. Правда, до той поры, пока она не зависла на высоковольтной ЛЭП и чудом осталась жива. Тем не менее она тоже поехала с нами на соревнования.

Соревнования проходили в городе Омске. Город мне очень понравился. В нём было много цветов, много новых зданий. И Река Иртыш. Омск тогда называли цветником Сибири. Для парашютистов, и не только, Омск был известен тем, что в нём жила всемирно известная парашютистка Валентина Селиверстова, заслуженный мастер спорта и прочая. Я уже видел её на всесоюзных соревнованиях в Тушино, в 1958 году.

(Справка из интернета; Почти два десятилетия высочайшие результаты и мировые рекорды в парашютном спорте были связаны с именем омички, заслуженным мастером спорта СССР Валентиной Селиверстовой, ставшей 8-кратной чемпионкой СССР, 5-кратной чемпионкой мира, обладательницей 56 мировых рекордов!)

То лето в Сибири было очень теплым, даже жарким, а это чревато лесными пожарами. В Красноярском крае горели леса. Ветер был восточный и небо над всей центральной и западной Сибирью до Урала было закрыто дымом и солнце в Томске смотрелось как через закопчённое стекло. Самолёты не летали. Я встречался с людьми, работающими там, на пожаре, они рассказывали что в населённые пункты, спасаясь от огня, прибегали дикие звери: волки, медведи, лисы и др., и никто никого не трогал. Огонь сумел остановить только Енисей.