Чтение онлайн

– Я помогу тебе, – пробормотал Алексей и посмотрел на меня таким пронзительным взглядом, что я почувствовала неловкость. – Только у меня условие.

– Какое?

– Если все пройдет успешно, то ты мне обязательно объяснишь, что здесь, черт побери, происходит. Я хочу узнать, наконец, кто ты такая.

– Без проблем. Тебе с раннего детства мою биографию рассказывать или со школы? Может быть, с института?

– Как хочешь.

Мы все-таки умудрились одеть толстопуза и присели, чтобы немного передохнуть, так как с нас градом катился пот. Вдруг зазвонил мобильный телефон шефа, лежащий в кармане его брюк. Мы замерли и посмотрели друг на друга испуганными глазами.

– Жена, наверно, звонит, – чуть слышно произнесла я и протянула Лешке полотенце для того, чтобы он мог отереть пот. Лешка отмахнулся и раздраженно сказал:

– Да затуши ты эти вонючие свечи, тут уже дышать нечем!

– Они не вонючие, а ароматизированные, – сказала я, затушила все свечи и вместе с Лешкой потащила шефа из спальни.

– И переоденься! Ты что, в этой сорочке поедешь?!

– Это не сорочка, а пеньюар.

– Какая разница! Все равно переоденься.

– Не кричи на меня.

– А ты не наряжайся так перед начальниками.

– Леша, ты что, ревнуешь?

– Чушь!

– Тогда реагируй спокойнее.

Затем Лешка взял ключи от машины толстопузика, которые мы обнаружили в кармане пиджака покойника, и решил выйти на улицу, чтобы подогнать иномарку шефа прямо к подъезду и разведать обстановку. Вернувшись, Алексей сказал, что все в порядке, и, посмотрев на лежащего на полу шефа, отметил, что нам обоим придется хорошенько потрудиться, чтобы дотащить труп до машины.

Завернув тело в огромный плед, мы вытащили его в коридор и поволокли по ступенькам со второго этажа, при этом мы оба надеялись на то, что нам не встретится никто из соседей. Я не знаю, откуда у нас взялись силы, в особенности у Лешки. Мне припомнился наш разговор во время ужина кафе, когда он хвастался мне, что поднимает штангу, и говорил, что даже выиграл какое-то первенство. Я не знаю, какое именно первенство он выиграл, но с толстопузиком управлялся довольно неплохо.

Развернув плед, мы усадили мертвеца на заднее сиденье и поехали подальше от дома.

– Если ГАИ остановит и спросит, что с пассажиром, скажешь, что он хорошо выпил и спит, – давал мне распоряжения Лешка.

Я кивала, постоянно оглядывалась на толстопузика и вытирала слезы.

– Что ревешь-то?

– Боюсь, – замотала я головой.

– Кого?

– Вдруг нас ГАИ остановит. А ведь у тебя даже доверенности нет.

– У меня деньги есть. С их помощью с гаишниками всегда можно договориться. Главное, чтобы никто твоего начальника тормошить не стал. Иначе мы попали.

Но в эту ночь нам определенно везло. Отъехав подальше от моего дома, мы остановили машину на каком-то пустыре и пересадили шефа за руль. Алексей расстегнул ворот его рубахи для того, чтобы со стороны казалось, что человеку стало плохо, и, взяв носовой платок, принялся стирать отпечатки пальцев. Я сидела в темноте рядом с машиной и наблюдала за его действиями.

– Боюсь, что от отпечатков мы вряд ли сможем избавиться, – произнес Алексей.

– Почему?

– Слишком много наследили. Тут везде «пальчики».

– Ну, хоть немного постирай, – грустно произнесла я.

– Если только немного.

– Нужно было все в перчатках делать.

– Я смотрю, ты неплохо осведомлена…

– А я много фильмов смотрела.

– Тебе фильмы противопоказано смотреть.

– Почему?

– Потому, что они плохо влияют на твою психику. У тебя любимый человек есть. Ты замуж за него мечтаешь выйти, ребенка родить. Ты же сама мне все уши прожужжала, какая у тебя такая невероятная любовь.

– А я его и в самом деле очень люблю.

– Тогда какого черта этот мужик в твоей постели делал?!

– Меня об этом мой любимый попросил, – устало ответила я и, присев на корточки, стала тереть виски.

Покинув машину толстопузика, мы прошли несколько кварталов и бросили плед, в который заворачивали труп, в мусорный бак, надеясь на то, что его в самое ближайшее время подберут бомжи. После этого мы вернулись ко мне домой и сразу прошли на кухню. Увидев, что я потянулась к коньяку, Лешка сам взял бутылку и наполнил наши рюмки.

– Мне тоже нужно выпить, а то голова идет кругом. Я еще никогда в такой ситуации не был. Паршиво как-то.

Выпив рюмку коньяка, я попросила Алексея налить мне еще, но он отрицательно покачал головой и отодвинул бутылку.

– Тебе не много будет?

– Мне очень плохо, – честно призналась я Лешке и вновь вытерла слезы.

– Тебе утром на работу идти.

– Я не пойду.

– Что значит я не пойду?

– А что мне там делать? – захлопала я глазами.

– Работать, – сурово ответил он.

– Я не смогу.

– Нужно идти. Хочешь не хочешь, а идти нужно. Зачем нагонять на себя лишние подозрения? Не забывай, что ты – последний человек, который видел шефа живым. А ты сегодня придешь на работу и узнаешь, что твой шеф умер от сердечной недостаточности в собственной машине.

Я взяла Алексея за руку и зашептала, округлив при этом глаза:

– Лешка, скажи, никто не узнает, что это случилось у меня дома?

– Если ты никому не расскажешь, то никто, – пожал плечами он. – Вроде бы нас никто не видел.

– А ты никому не скажешь?

– Нет, – твердо сказал Лешка. – Только бы ты язык за зубами держала.

– Я что, сама себе враг?

– Вы, женщины, все такие болтливые.

– Леш, скажи, а когда шефа в машине найдут, то уголовное дело заводить не будут?

– Если он умер ненасильственной смертью, то не будут.

– У него сердце остановилось.

– По идее не должны. А там кто его знает.

– А ты думаешь, это не сердце? – пытала я Лешку.

– Откуда я знаю? Я же не врач-патологоанатом. Вскрытие покажет.