Сероглазый мальчик, радостная птица,Посмотри в окошко на далекий склон:Полосой сбегает желтая пшеница,И леса под солнцем – как зеленый сон.Мы пойдем с тобою к ласковой вершинеИ орловской песней тишину вспугнем.Там холмы маячат полукругом синим,Там играют пчелы над горбатым пнем…Если я отравлен темным русским ядом,Ты, веселый мальчик, сероглазый гном…Свесим с камня ноги, бросим палки рядом,Будем долго думать каждый о своем.А потом свернем мы в чащу к букам серым,Сыроежек пестрых соберем в мешок.Ржавый лист сквозит там, словно мех пантеры,Белка нас увидит, вскочит на сучок.Все тебе скажу я, все, что сам я знаю:О грибах-горкушах, про житье ежей;Я тебе рябины пышной наломаю…Ты ее не помнишь у родных межей?А когда тумана мглистая одеждаВстанет за горой – мы вниз сбежим свистя.Зрей и подымайся, русская надежда,Сероглазый мальчик, ясное дитя!..
1921
Мираж
С девчонками Тосей и ИннойВ сиреневый утренний часМы вырыли в пляже пустынномКривой и глубокий баркас.Борта из песчаного крема.На скамьях пестрели кремни.Из ракушек гордое «Nemo» [2]Вдоль носа белело в тени.Мы влезли в корабль наш пузатый.Я взял капитанскую власть.Купальный костюм полосатыйНа палке зареял, как снасть.Так много чудес есть на свете!Земля – неизведанный сад…«На Яву?» Но странные детиШепнули, склонясь: «В Петроград».Кайма набежавшего валаДрожала, как зыбкий опал.Команда сурово молчала,И ветер косички трепал…По гребням запрыгали баки.Вдали над пустыней седойСияющей шапкой ИсаакийМиражем вставал над водой.Горели прибрежные мели,И кланялся низко камыш:Мы долго в тревоге смотрелиНа пятна синеющих крыш.И младшая робко сказала:«Причалим иль нет, капитан?»Склонившись над кругом штурвала,Назад повернул я в туман.
2
«Никто» (лат.).
1923
Весна в Шарлоттенбурге
Цветет миндаль вдоль каменных громад.Вишневый цвет вздымается к балкону.Трамваи быстрые грохочут и гремят,И облачный фрегат плывет по небосклону…И каждый луч, как алая струна.Весна!Цветы в петлицах, в окнах, на углах,Собаки рвут из рук докучные цепочки,А дикий виноград, томясь в тугих узлах,До труб разбросил клейкие листочки —И молодеет старая стена…Весна!Играют девочки. Веселый детский альтСмеется и звенит без передышки.Наполнив скрежетом наглаженный асфальт,На роликах несутся вдаль мальчишки,И воробьи дерутся у окна.Весна!В витрине греется, раскинув лапы, фокс.Свистит маляр. Несут кули в ворота.Косматые слоны везут в телегах кокс,Кипит спокойная и бодрая работа…И скорбь растет, как темная волна.Весна?
1920 или 1921
«Здравствуй, Муза! Хочешь финик?»
Здравствуй, Муза! Хочешь финик?Или рюмку марсалы?Я сегодня именинник…Что глядишь во все углы?Не сердись: давай ладошку,Я к глазам ее прижму…Современную окрошку,Как и ты, я не пойму.Одуванчик бесполезный,Факел нежной красоты!Грохот дьявола над безднойНадоел до темноты…Подари мне час беспечный!Будет время – все уснем.Пусть волною быстротечнойХлещет в сердце день за днем.Перед меркнущим каминомЛирой вмиг спугнем тоску!Хочешь хлеба с маргарином?Хочешь рюмку коньяку?И улыбка молодаяЗагорелась мне в ответ:«Голова твоя седая,А глазам – шестнадцать лет!»
1923
Русская помпея
«Прокуроров было слишком много…»
Прокуроров было слишком много.Кто грехов Твоих не осуждал?..А теперь, когда темна дорогаИ гудит-ревет девятый вал,О Тебе, волнуясь, вспоминаем, —Это все, что здесь мы сберегли…И встает былое светлым раем,Словно детство в солнечной пыли…
Между 1920 и 1923
«Ах, зачем нет Чехова на свете!..»
Ах, зачем нет Чехова на свете!Сколько вздорных – пеших и верхом,С багажом готовых междометийОсаждало в Ялте милый дом…День за днем толклись они, как крысы,Словно он был мировой боксер.Он шутил, смотрел на кипарисыИ прищурясь слушал скучный вздор.Я б тайком пришел к нему, иначе:Если б жил он, – горькие мечты! —Подошел бы я к решетке дачиПосмотреть на милые черты.А когда б он тихими шагамиПодошел случайно вдруг ко мне —Я б, склонясь, закрыл лицо рукамиИ исчез в вечерней тишине.
1922
Стихотворения
1905–1913 гг., не вошедшие в сборники сатир и лирики
Чепуха
Трепов – мягче сатаны,Дурново – с талантом,Нам свободы не нужны,А рейтузы с кантом.Сослан Нейдгарт в рудники,С ним Курлов туда же,И за старые грехи —Алексеев даже.Монастырь наш подарилНищему копейку,Крушеван усыновилСтарую еврейку.Взял Линевич в плен спьянаТри полка с обозом…Умножается казнаВывозом и ввозом.Витте родиной живетИ себя не любит.Вся страна с надеждой ждет,Кто ее погубит.Разорвался апельсинУ Дворцова моста —Где высокий господинМаленького роста?Сей высокий человекЕдет за границу;Из Маньчжурии калекОтправляют в Ниццу.Мучим совестью, ФроловС горя застрелился;Губернатор ХомутовСледствия добился.Безобразов заложилПерстень с бриллиантом…Весел, сыт, учен и мил,Пахарь ходит франтом.Шлется Стесселю за честьОт французов шпага.Манифест – иначе естьВажная бумага…Иоанн Кронштадтский прост,Но душою хлипок…Спрятал черт свой грязный хвост, —Не было б ошибок!..Интендантство, сдав ларек,Всё забастовало,А Суворин-старичокПерешел в «Начало».Появился Серафим —Появились дети.Папу видели засимВ ложе у Неметти…В свет пустил святой СинодБез цензуры святцы,Витте-граф пошел в народ…Что-то будет, братцы?Высшей милостью трухаХочет общей драки…Всё на свете – чепуха,Остальное – враки…
1905
«От русского флота остались одни…»
От русского флота остались одниадмиралы —Флот старый потоплен, а новый ушелпо карманам.Чухнин, Бирилёв и Дубасов – все славныерусские лица,Надежда и гордость страны, опорапридворных и прочих.Чухнин с Бирилёвым себя показали довольно,А бедный Дубасов без дела сидитв Петербурге…В престольной Москве разгорается злаякрамола,Рабочий, солдат и почтовый чиновникмятежныйХотят отложиться от славной державыРоссийской…Последние волосы Витте терзаетв смертельном испуге:«Москва, ты оплот вековечный престолаи церкви,Не ты ли себя сожигала в войне с Бонапартом,Не ты ли Димитрием Ложным из пушкипалила?А ныне – почтовый чиновник, солдати рабочийСоюз заключают, поправ и закон, и природу!О горе, о ужас! Кого же в Москву мнеотправить,Чтоб был он собою ужасен, и пылок, и дерзок,Имел бы здоровую глотку и крепкие, львиныемышцы,Чтоб буйный почтовый чиновник, солдати мятежный рабочийВзглянули… и в ужасе бледном закрыли былица руками.Людей даровитых не стало – иные бесславнопогибли,Иные, продав свою ренту, позорно бежалина Запад…»И видит пророческий сон Сергей, миротворецПортсмутский:На снежном, изрытом копытами конскими полеКровавые трупы лежат – и в небо застывшиеочиБезмолвно и строго глядят… Ужасны ихбледные лица!Над ними кружит вороньё, и в хриплом,зловещем их крикеГраф Витте отчетливо слышит: «Дубасов,Дубасов, Дубасов!..». . . . . . . . . . . .Воспрянул от ложа Сергей, миротворецПортсмутский,И быстро садится к столу, и черные буквывыводит:«Дубасов в Москву на гастроли…»Чу, поезд несется в Москву, с ним ветер летитвперегонку —На небе зловеще горят багровые, низкие тучи,Навстречу кружит вороньё и каркает хриплои злобно:«Посмотрим, Дубасов, посмотрим…»
8 декабря 1905
«Пусть злое насилье царит над землей…»
Пусть злое насилье царит над землей,За правое дело мы подняли бой!Пусть много нас пало – другие придутИ дело святое к концу приведут…Мы жертв никогда не считали,Но с честью погибшие пали…От темного сна пробудился народ —Вы слышите мощные крики: «Вперед!»Земля подымается грозной стеной,Не чудо ль случилось с родною страной?Тупое терпенье упало —Терпели, знать, раньше немало!И тьма, и терпенье бесследно прошли;Отвсюду сбираются люди земли.Так пусть же исчезнет раздор и вражда:Нас общая крепко сплотила беда —Мы землю родную спасаемИ к храбрым и честным взываем:Кто зло ненавидит, кто иго клянет —За правое дело пусть с нами идет,Враги или братья, но нет середины, —Вступайте же, сильные, в наши дружиныЗа право и волю борцами!Мы знаем – победа за нами!
Декабрь 1905
Жалобы обывателя
Моя жена – наседка,Мой сын, увы, – эсер,Моя сестра – кадетка,Мой дворник – старовер.Кухарка – монархистка,Аристократ – свояк,Мамаша – анархистка,А я – я просто так…Дочурка-гимназистка(Всего ей десять лет)И та социалистка, —Таков уж нынче свет!От самого рассветаСойдутся и визжат, —Но мне комедья эта,Поверьте, сущий ад.Сестра кричит: «Поправим!»Сынок кричит: «Снесем!»Свояк вопит: «Натравим!»А дворник – «Донесем!»А милая супруга,Иссохшая, как тень,Вздыхает, как белуга,И стонет: «Ах, мигрень!»Молю тебя, Создатель(Совсем я не шучу),Я русский обыватель —Я просто жить хочу!Уйми мою мамашу,Уйми родную мать —Не в силах эту кашуОдин я расхлебать.Она, как анархистка,Всегда сама начнет,За нею гимназисткаИ весь домашний скот.Сестра кричит: «Устроим!»Свояк вопит: «Плевать!»Сынок шипит: «Накроем!»А я кричу: «Молчать!!»Проклятья посылаюРодному очагуИ втайне замышляю —В Америку сбегу!..
1905 или 1906
До реакции
Пародия
Дух свободы… К перестройкеВся страна стремится,Полицейский в грязной МойкеХочет утопиться.Не топись, охранный воин, —Воля улыбнется!Полицейский! Будь покоен —Старый гнет вернется…