Чтение онлайн

— Об убийстве никто и не говорит, — в голосе её собеседника прорезались нотки, режущие слух ледяной крошкой. — Она — моя семья. Моя кровь. Я хочу, чтобы она оставила трон, не более.

— Прости, но ваши трогательные семейные взаимоотношения меня всё равно не вдохновляют.

Взгляд Герберта, задумчиво щёлкавшего костяшками длинных пальцев, сделался каким-то оценивающим.

— Она знает, как оживить тебя, — сказал он. — И как вернуть домой.

Ева внимательно посмотрела на него.

— Знаешь, почему-то я тебе не верю, — с сомнением произнесла она пару секунд спустя.

— Жаль, — без всякого сожаления, ничуть не смутившись, откликнулся некромант. — Согласись, это стало бы для тебя хорошей мотивацией.

— Лживой мотивацией.

— Попытаться стоило. — Он откинулся на спинку кресла. — На самом деле я не знаю, известно ли ей это. Но если кому-то в Керфи это известно, то ей.

— Знаешь ли, я лучше попробую поискать способ ожить в других источниках. И без такого риска, — категорично заявила Ева. — Наверняка где-нибудь в библиотеках есть магические талмуды, в которых…

— И раз уж более цивилизованные мотивы не являются для тебя достойными, возможно, тебя порадует шанс отомстить.

Девушка осеклась.

— Отомстить? За…

И в этот миг разрозненные мысли, фразы и факты вдруг сложились в единый паззл.

— Она убила меня. Королева. Твоя тётя. — Произнести это вслух оказалось крайне странно. — Она знала о пророчестве. Знала, когда я приду. И убила меня, чтобы оно не воплотилось.

— И потому в отместку ты свергнешь её. Так гласит пророчество, и поверь мне: так будет, — непререкаемо закончил Герберт. — Надеюсь, это тебя мотивирует?

Ева посмотрела на него исподлобья. С подозрением: потому что паззл в её голове продолжал собираться, и кое-какие выводы, последовавшие из всей этой ситуации, её совершенно не радовали.

— Согласно пророчеству, я стану невестой истинного короля. Ты — наследник королевы. Наследник, который хочет её свергнуть, — медленно озвучила она простую логическую цепочку. — Так не с тобой ли случайно я должна буду обручиться?

Эльен, до того очень успешно изображавший просто тень у камина, как-то странно кашлянул.

— Я понимаю, что тема свадьбы начинает волновать девочек, как только они обретают способность волноваться и познают значение слова «свадьба», но об этом тебе пока беспокоиться не стоит, — сухой, как старый пергамент, голос некроманта очень ясно подсказал, что развитие темы его не порадует. — Перед всей этой свадебной ерундой у нас будет много других хлопот.

Возможно, в другой ситуации Еву бы смягчило то, что тема помолвки явно воодушевляет Герберта не больше её самой. Может, даже насторожило бы.

Однако сейчас о его чувствах Ева склонна была думать в последнюю очередь.

— Так это ты! — опершись ладонями на стол, она гневно вскочила на ноги. — Ты… ты хочешь сесть на престол, хочешь править сам! Так вот зачем я тебе нужна! Я для тебя — Экскалибур на ножках! — Или это не его Артур вытащил из камня? Ева внезапно задумалась. Там же ещё была какая-то озёрная дева с каким-то мечом… Впрочем, сейчас это определённо было не самым актуальным вопросом. — Ты сказал, народ ждёт моего прихода; значит, все знают о пророчестве, так? И если я свергну королеву и убью дракона, а потом обручусь с тобой, никто не посмеет усомниться, что ты и есть тот самый «истинный король»!

— Надо же, — протянул некромант. — Быстро поняла. — Он вновь взялся за вилку. — Похоже, ты всё-таки умнее, чем кажешься. Но позволь узнать, что же вызвало в тебе такое возмущение?

Ева стояла, удерживая на языке всё, что ей хотелось высказать по этому поводу. Посмотрела на Эльена, взгляд которого был почти страдальческим.

Опустила глаза — на свои ладони, непроизвольно сжавшиеся в кулаки.

— Я не хочу во всём этом участвовать, — произнесла она наконец.

— Ожидаемо. Но, видишь ли, я тебя поднял, и ты выполнишь любой приказ, который я тебе отдам, — прохладно изрёк Герберт. — Учитывая предстоящую тебе задачу, я не хочу превращать тебя в послушную зомбированную куклу. Нам и без того предстоит скрывать факт твоей смерти: мёртвая спасительница может вызвать некое… предубеждение. Однако суть в том, что ты исполнишь то, что тебе предназначено, и будешь сотрудничать со мной; и я рассчитываю на то, что ты окажешься достаточно благоразумной, чтобы сделать это добровольно. Ведь иначе ты всё равно сделаешь это, просто с лишней морокой для меня и лишними страданиями для себя. — Он отстранённо подцепил серебряными зубчиками кусок безнадёжно остывшей колбаски. — Так что мы изменим мир. Ты и я.

— И выбора у меня нет.

— Никакого.

Глядя, как некромант безразлично дожёвывает свой завтрак, Ева подумала. И ещё подумала.

Разжала кулаки, вонзив ногти в пергамент старой карты.

И очень мило улыбнулась.

— Ладно, — сказала она. — Думаю, мы поладим.

Следующей ночью Ева впервые попыталась убежать.

Конечно, на успех она не рассчитывала. Но Дерозе и все прочие пожитки на всякий случай всё равно прихватила с собой — мало ли. В шкафу нашёлся плащ, в который она закуталась с ног до головы, дабы не смутить местных (если ей всё же удастся их встретить) странным нарядом, а людей королевы — потенциально подозрительным лицом. Там же нашлась просторная замшевая сумка на длинном ремне, куда она, недолго думая, запихнула серебряный подсвечник, который можно было бы обменять в ближайшем ломбарде (если в этом мире они существуют, что было весьма вероятно) на какие-то деньги.

Тихо спустившись на первый этаж, Ева с чистой совестью проследовала к выходу из замка. Пройдя через внутренний двор, представлявший собой брусчатую площадь с колодцем посредине, через каменную арку вышла во двор внешний, представлявший собой чрезвычайно запущенный сад.

Посмотрев на окутывавшую сад непроглядную тьму, остановилась.

— Ладно, — пробормотала Ева. — Попробуем.

Резко взмахнула правой рукой, точно отражая невидимый удар — и досадливо сжала пальцы, в которых так ничего и не возникло.

— Ну давай!

Вторая попытка призвать то, что было ей сейчас так необходимо, тоже не увенчалась успехом — и, покосившись на немногочисленные освещённые окна замка, Ева терпеливо воззрилась на свою ладонь.

— Послушай. Если ты считаешь, что сейчас мне не надо себя защищать, ты неправ, — рассудительно произнесла она, увещевая пустоту. — Я собираюсь спуститься к воротам через очень тёмное место, которое до этого видела только из окна. При таком раскладе споткнуться и свернуть себе шею — раз плюнуть. Я, конечно, и так мертва, но быть мертвецом со свёрнутой шеей определённо печальнее, чем с целой. Творить какие-нибудь волшебные фонарики, если они и есть, я пока не умею, так что ты мне очень нужен. Появись, ладно?