Чтение онлайн

– Черт побери!
– Я бухнулся на стул, размышляя над услышанным.
– Вот это да! Нервы у него, должно быть, железные. Ведь Баллу окончил колледж. Он вполне мог увлекаться математикой и уж, по меньшей мере, слышать про Фалеса Милетского.

– Но знал ли он, что зять мисс Керр преподает математику?

– Вряд ли, - высказался я.
– Да, кто мог подумать, что у подлого шантажиста может быть столь своеобразное чувство юмора? Вы уже сказали Баллу о своем открытии?

– Нет. Он подождет. Я хотел бы выпить пива.

– А я не отказался бы от молока.
– Я встал.
– Что ж, теперь, похоже, нам уже есть, за что зацепиться.

И отправился на кухню. Фриц был внизу, в своей комнате, но мне его помощь не понадобилась. Наливая молоко, доставая из холодильника пиво и относя поднос в кабинет, я продолжал ломать голову над свежей задачкой и заодно вспоминал, как вел и что говорил Барри Флеминг днем в понедельник. Отхлебнув молока, я вспомнил, что у нас гости, заглянул в гостиную и осведомился, не хочет ли он чего выпить. Баллу лежал на софе, прикрыв глаза рукой. От выпивки он отказался. Пока я выходил, Вулф пропутешествовал к книжным полкам, снял том Британской энциклопедии и что-то читал. Когда я снова поднес к губам стакан, он произнес:

– Фалес усовершенствовал теорию неравностороннего треугольника и теорию линий на плоскости. Он впервые доказал, что стороны подобных треугольников пропорциональны - это теорема Фалеса. Он первый доказал, что диаметр делит круг на две части, и что противоположные углы, образованные при пересечении двух прямых линий, равны между собой.

– Обалдеть можно, - воздал я должное заслугам Фалеса.

Фред прибыл ближе к одиннадцати. Я провел его на кухню, поскольку Вулф продолжал копаться в энциклопедии, хотя с Фалесом покончил давно. Когда пришел Сол, я послал его на кухню к Фреду и сказал Вулфу, что все в сборе и ждут указаний. В ответ я удостоился свирепого взгляда, так как прервал Вулфа на середине интересной статьи. Я знал, что она интересная, поскольку во всех двадцати четырех томах Британской энциклопедии не нашлось бы ни единой страницы, которую Вулф посчитал бы неинтересной. Как бы то ни было, я прогулялся на кухню и привел нашу парочку в кабинет. Сол, как обычно занял красное кресло, а Фред уселся в одно из желтых.

Встреча оказалась рекордно короткой.

– Я прошу прощение за то, что извлек вас в столь поздний час, да ещё зимой, - начал Вулф, - но вы мне очень нужны. У нас появились кое-какие новости. Человек, который платил за квартиру мисс Керр - назовем его Икс, сейчас здесь, в гостиной. Он рассказал мне то, о чем должен был рассказать два дня назад. В сентябре ему позвонил некто и потребовал денег. Этот некто знал о визитах Икса к мисс Керр и вымогал деньги - тысячу долларов сразу и по тысяче ежемесячно. Деньги требовал присылать по почте, до востребования, на вымышленную фамилию. Икс уже уплатил ему пять тысяч. Икс убежден, в силу определенных причин, что шантажист - Орри Кэтер. В воскресенье вечером я интересовался вашим мнением, может ли Орри быть убийцей. Сейчас я задаю другой вопрос: может ли он быть вымогателем? Шантажировал ли он Икс? Фред?

Фред нахмурился. Вид у него был сосредоточенный.

– Все было, как вы сказали?
– спросил он.
– Чистое вымогательство?

– Да.

Фред потряс головой.

– Нет, сэр. Это невозможно.

– Сол?

– Я хочу уточнить, - сказал Сол.
– Это совпало по времени с тем периодом, когда Орри сам приходил к ней?

– Да.

– Тогда - нет. Как сказал Фред - невозможно. Для этого нужно быть законченным негодяем.

– Приемлемо, - сказал Вулф.
– Мы с Арчи уже пришли к определенному заключению, и я почти наверняка знаю, кто этот шантажист, но я хотел услышать ваши мнения. Но вызвал я вас не только для этого; завтра вам придется кое-чем заняться. Арчи, они могут подождать в твоей комнате?

Даже не на кухне. Вулф ни в чем не полагался на случай. Вдруг, например, в окно кухни ворвется тигр-людоед, и Сол с Фредом бросятся наутек в прихожую и случайно заметят Баллу? Я сказал, что они могут располагаться в моей комнате, если не насвинячат там, конечно, и сыщики двинулись к ступенькам. Вулф выждал минуту, пока они поднялись, после чего велел мне привести Баллу. Президент корпорации по-прежнему лежал на софе, но при моем появлении вскочил и затараторил. Я посоветовал ему приберечь красноречие для Вулфа и провел в кабинет. Клянусь, что самый первый взгляд он бросил на стол, чтобы убедиться в том, что сверток на месте. Да, привычка остается привычкой, даже когда сидишь в такой луже.

Едва успев сесть в красное кресло, Баллу тут же заговорил:

– Я все обдумал. Я ответил на ваши вопросы и сделал вам щедрое предложение, более чем щедрое. Или вы принимаете его, или нет. В прошлый раз вы сказали, что Кэтер не убийца. Не пытайтесь только теперь убедить меня в том, что он не шантажист.

– Вы опережаете события, - сказал Вулф.
– Мистер Кэтер и впрямь не шантажист.

У Баллу челюсть отвисла.

– Вы... после всего, что я вам сказал...

Он встал и взял со стола свой сверток.

– Сядьте. Я могу назвать имя шантажиста.

– Я уже назвал его.

– Нет, вы знаете только его псевдонимы - Роберт Сервис Киплинг и Мильтон Фейлс. Его подлинное имя Барри Флеминг. Муж сестры мисс Керр.

– Какая чушь! Да ещё час назад вы даже не подозревали о том, что меня шантажируют!

Вулфу пришлось бы закинуть голову назад, чтобы сосредоточить взгляд на лице Баллу, продолжавшего стоять столбом перед столом, а поскольку Вулф терпеть не может запрокидывать голову, он вообще не стал смотреть на Баллу, и ответил в никуда:

– Для делового человека вы поразительно твердолобы. Вы попали в настоящий переплет, и я - ваша единственная надежда. Вам нужна помощь, но к адвокатам вы обратиться не рискнете, поскольку не хотите, чтобы вскрылась ваша связь с мисс Керр, а также причастность к убийству. Но говорите вы и действуете так, словно сами правите балом. Вот и сейчас вы вскочили и схватили сверток с деньгами. Пф! Либо сядьте и выслушайте меня, либо уходите.

Что ж, надо воздать должное президенту "Федерал Холдинг Корпорейшн". Все-таки он не поступился ни своей гордостью, ни гонором. Возвернуть сверток на стол Вулфа значило бы проявить слабость. Вместо этого Баллу положил сверток на маленький столик возле красного кресла, и сел в кресло, опустив на сверток руку.

– Слушаю, - сказал он.

– Так-то лучше, - промолвил Вулф.
– Начнем с мистера Кэтера. Одного лишь знания человека мало, чтобы твердо сказать, что он может быть убийцей, но достаточно, чтобы с уверенностью судить о том, что он не может быть шантажистом. Убийство может быть совершено внезапно, в порыве, шантаж нет. Четверо из нас уже многие годы знакомы с мистером Кэтером, и все мы единодушно пришли к выводу, что мистер Кэтер не мог вымогать у вас деньги. Теперь перейдем к шантажисту. Если произнести его имя и фамилию на английский манер, как и делает большинство американцев, то получится Мильтон Фейлс. Если же я произнесу его фамилию иначе - Фалес, - она что-нибудь для вас значит?

– А должна значить?

– Да.

Баллу нахмурился.

– Фалес... кажется, вспомнил. Древняя Греция... солнечные затмения... геометрия...

Вулф кивнул.

– Достаточно. Знаменитое имя в истории математики. Фалес Милетский. Мильтон Фейлс. Барри Флеминг, зять мисс Керр, преподает математику в школе. Мисс Керр рассказала про вас сестре, а та, в свою очередь - мужу. Вот вам и шантажист.

– Фалес, - нараспев произнес Баллу.
– Фа-лес. Милет. Фейлс. Мильтон. Черт возьми, кажется, вы правы. И Изабел - мисс Керр... она же клялась, что никому обо мне не говорила. Да, она солгала. Интересно, кому ещё она рассказала.