Чтение онлайн

Я машинально протянула ему правую руку, только сейчас обратив внимание на две бледно-розовые точки на предплечье. Выглядели они так, будто укус произошел неделю назад. Эльф поочередно коснулся каждого шрама (я почувствовала легкое покалывание - а вот это точно лечение), удовлетворенно кивнул.

– Поработай кулаком.

Я несколько раз сжала и разжала кулак.

– Пошевели пальцами. Не больно? Подвижность не нарушена?

– Нет, нормально. А что, в клыках вампира содержится яд?

– Фар-Зингаро слегка задел сухожилие. Ничего страшного.

Эльф поднялся, и я поняла, что осмотр закончен.

– Можно мне встать и одеться?

– Нет.

– Но я себя превосходно чувствую!

– Ты мне сама недавно жаловалась на упадок сил, так что о превосходном самочувствии речи в любом случае нет. Сначала позавтракай, а потом я посмотрю на твое поведение.

– Но…

Он наклонился, опираясь руками на кровать, - так, что его глаза оказались вровень с моими, и с бесконечным терпением в голосе произнес:

– Послушай меня, девочка. Я врач. Я держу тебя здесь не по собственной прихоти, а потому что это необходимо для твоегоздоровья. Мне нужно убедиться, что укус вампира и кровопотеря пройдут без осложнений. Как только я буду уверен, что моя помощь тебе уже не нужна, я первый отправлюсь к вождю и буду его умолять выставить вас отсюда как можно скорее.

– А что мы такого сделали?
– оскорбилась я.

Эльф выпрямился.

– "Что мы такого сделали"!
– зло передразнил он (видно было, что для него это наболевший вопрос).
– Просто уму непостижимо. Каждый раз, когда белль Канто появляется здесь, Зингар встает на уши. Два года назад, когда его привел Хилл Фар-Танаис, белль Канто обаял командира одного из отрядов, эти паршивцы самовольно покинули город и учинили разгром в замке какого-то лиркского министра. Нет, я понимаю, что держать в плену несовершеннолетнего вампира, да еще и производить над ним эксперименты - это жестоко и негуманно, но такие вещи решаются через Эльфийский Совет, а не силами десятка сопляков, которые едва вышли из возраста ученичества. В прошлый раз белль Канто притащил с собой эту извращенку Аль-Канаро, которая, извини меня, затрахала тут всех в самом прямом смысле…

– Ой, а что, Нимроэль - дочь Архимагистра Аль-Канаро?
– не удержалась я от любопытного возгласа.

– Племянница. Внучатая. Но от этого ее поведение не становится менее возмутительным. Не успел Зингар придти в себя, белль Канто появляется с новым сюрпризом. К твоему счастью, ты не видела лица Фар-Зингаро, после того, как отключилась. Он ведь в самом деле не простил бы себе, если бы по его вине с тобой что-то стряслось.

Я виновато отвела взгляд.

– И, как будто этого мало, - сердито продолжил врач, - твой полукровка подрался с Джанисом. Теперь один ходит с гематомой в полщеки, второй - со сломанной рукой.

– А что они не поделили?
– с деланным равнодушием поинтересовалась я, пытаясь понять, чего же я боюсь больше: услышать, что они подрались из-за меня или, напротив, узнать, что я тут совсем даже ни при чем.

– Не знаю, что они не поделили, - буркнул эльф, - и знать не хочу. Но лечить не буду ни одного, ни второго. Пусть так покрасуются, может, хоть чуточку поумнеют… Ладно, мне некогда с тобой болтать. Надо еще Руста навестить.

Я с запозданием осознала, что даже не поинтересовалась состоянием мальчика, уверенная почему-то, что с ним все в порядке. Эльф предупредил мой вопрос:

– Он все еще без сознания, но опасности для жизни уже нет.

Уже в дверях он обернулся и с самым свирепым видом погрозил мне пальцем:

– Из постели - ни ногой. Чтобы не было соблазна, я запретил отдавать тебе одежду.

Я раздернула шторки, отворила окно и с тоской выглянула на улицу. В комнату ворвался полуденный зной: воздух снаружи оказался ощутимо теплее, чем внутри.

Жизнь в городе била ключом: звенел детский смех, позвякивали ведра у колодца, молодые женские голоса перекрикивались в отдалении, с другого конца поселка доносились удары молота по наковальне, лаяли собаки. Но тот кусок улицы, который обозревался из моего окна, был пустынен.

– Доброе утро, - произнес приятный, чуть хрипловатый женский голос у меня над ухом.

От неожиданности я обернулась слишком резко и едва не потеряла равновесие. Возле кровати стояла девушка с подносом, полным дымящихся тарелок. Лицо у девушки было почти человеческое - вполне миловидное, но на фоне утонченных вампиров казалось грубоватым. Поначалу я вообще приняла ее за человека, но потом заметила ярко-голубые радужки, выдававшие в девушке носительницу стандартного для вампиров Дара Воздуха. И словно для того, чтоб окончательно развеять мои сомнения, девушка улыбнулась, застенчиво и чуть виновато, - под верхней губой блеснули аккуратные клычки.

– Я тебя напугала? Прости. Никак не могу привыкнуть, что вы, люди, не слышите наших шагов.

– Все в порядке, - смутилась я и зачем-то пояснила, - я просто в окно смотрела.

Девушка дождалась, пока я усядусь нормально, и поставила на одеяло поднос на невысоких ножках-скобочках.

– Доктор Эль-Ристафаль велел накормить тебя, даже если ты будешь сопротивляться.

– Я не буду сопротивляться, - пообещала я, с вожделением косясь на огромную - не меньше пяти яиц - яичницу с прожилками чего-то мясного.
– Я так хочу есть, что и доктора Эль-Ристафаля сожру, если он появится не вовремя.

Девушка в притворном ужасе округлила глаза:

– Ты что, не ешь его! Он же ядовитый!

– Ага, я заметила.

– Лесси, я все слышал!
– раздался под окном возмущенный голос эльфа.

Вампирка рассмеялась, нимало не смущенная его недружелюбным тоном.

– Подожди, я тебе сейчас еще одну подушку принесу, чтобы сидеть удобнее было!

Но мой рот уже наполнился вязкой голодной слюной, а пальцы сами собой вцепились в вилку - ждать такой мелочи, как подушка, не было никакой возможности…

Когда тарелки опустели и животные инстинкты, удовлетворившись яичницей, залегли обратно в подсознание, во мне проснулась совесть.

– Слушай, мне так неловко, - пробормотала я, когда Лесси пришла, чтобы забрать поднос.
– Я ведь не лежачая больная, я вполне могу сама за собой поухаживать. Только мне стыдно разгуливать по чужому дому в ночной рубашке.

– Да ну, брось, - отмахнулась она.
– Мне не сложно. Это такая ерунда по сравнению с тем, что ты сделала.

– Да что я такого сделала-то? Донорство - обычное дело.

– Обычное дело?!!
– вампирка вытаращилась на меня с таким изумлением, что я всерьез испугалась за судьбу подноса с посудой.

"Ты еще добавь - "у нас, в Реале", скромница, - мрачно посоветовал Умник.
– И сразу найдется тема для разговора."

– Ну, я хотела сказать, что мне ведь это ничем не грозило, - выкрутилась я.
– Подумаешь, в обморок свалилась - и то, как выяснилось, исключительно по собственной дурости.

Девушка бросила на меня странный взгляд.