Смерть всегда движется рядом
Шрифт:
– А ты что, тоже журналист?
Он засмеялся.
– Нет. Но я дипломат, поэтому тоже приехал, что бы получить хоть кроху информации.
– Лола то как?
– Нормально. У нас уже двое детишек. О тебе не спрашиваю, от Дорри все знаю. Лучше скажи, что у вас думают о выступлении вашего генсека?
– О минах что-ли?
– Ну да.
– Может оно так и надо, черт его знает.
– Вот это да. А до меня дошли слухи, что ты специалист в этом деле.
Джим испытующе глядит на меня.
– Может слухи и не врут. Я служил в хранилище. Все знаете черти.
– Конечно, мы даже знаем, что ты служил не только в хранилище ядерных боеголовок, но и прошел учебу о минировании ядерных фугасов и мин на другой площадке.
Я молчу, стараясь выиграть время, а Джим подождав немного продолжает.
– Тогда ты должен лучше меня разбираться в этих вопросах и можешь сказать мне, могут ли стоять мины вдоль границы ГДР?
– Навряд ли, здесь слишком много народа.
– Хорошо, пойдем выпьем, сведи меня куда-нибудь. Я здесь в первый раз.
Мы наподдавались и Джим вспомнил, что он оставил свою машину у дома прессы. Пришлось вернуться обратно и когда нашли ее и Джим сказал.
– Садись, довезу до дома.
– А ты в силах управлять,-заплетающимся языком говорю я.
– Я трезвей тебя в десять раз, садись.
Я влез в машину и, выдавив адрес, сразу уснул.
Свет непривычно резал глаза и пришлось их открыть. Это была незнакомая комната. Мебели никакой, кроме кровати, и во всю стену огромное окно, затянутое решеткой.
– Эй, есть кто-нибудь?
Дверь отворилась и вошла женщина в ярком кимоно.
– Простите пожалуйста, куда я попал?
– Вы в гостях у герра Джима Барта.
– А сам он где?
– Спит.
– Где мои брюки, костюм?
– Вот они. Я их отгладила и принесла. Вот все ваши вещи. Вот они. Здесь еще есть маленькая пилюля. У вас наверно частенько прихватывает сердце?
– Да. Простите не знаю как вас звать.
– Зовите меня просто, Магда7
– Магда, принесите чего-нибудь попить.
– Ой, извините, я сейчас. У меня же там кофе стоит
Она вылетает из комнаты и дверь как зверь клацкает замком.
Проходит еще немного времени. Я уже одет и вот появляется Джим и Магда с подносом.
– Джим, где я?
– У меня.
– Но я же просил тебя вчера привести меня домой.
– Ты и я были так пьяны, что я даже не знаю как, но провез тебя в западную зону Берлина.
– Врешь?
– Теперь уже нет.
– Что это значит?
– Выпей сначала кофе. Магда, большое вам спасибо. Можете идти.
Та ставит поднос передо мной и кивнув головой выходит.
– Я тебя вывез по другому, подложному паспорту. Полицейские на кордоне долго пытались тебя привести в себя, но ты нес такую чушь, что они побыстрей решили избавиться и вот ты здесь.
– Это твой дом?
– У меня нет дома. Это конспиративная квартира ЦРУ.
– Я так и предполагал. Еще тогда, когда ты продал Али египетской разведке и гонялся за мной в поисках документов, я уже знал где ты служишь.
– Значит мне с тобой будет легче говорить. Александр, мне нужны координаты мин и фугасов, которые вы понатыкали на границе с ФРГ.
– Я не знаю о чем ты говоришь.
– Посмотри фотографии.
Джим выбрасывает на одеяло пачку фотографий.
– Наши в тебя вцепились, после подземного взрыва в Берлине. Смотри вот ты лезешь в шахту, вот ты опять, в другой робе лезешь в другую шахту. Смотри дальше, тебя снимали еще во многих разных местах. Тут-то мы и занялись твоей биографией после Египта. Твоя умница, жена все нам рассказала.
– Катя? Она здесь?
– Зачем, она работает на своем месте и трахается с нашим агентом на полную катушку.
Он бросил мне фотографию, где голая Катя лежала лицом ко мне, а затылок какого-то парня покоился у ее груди. Сам он расположился между ее ног.
– Ну и дрянь же ты Джим.
– Ты не лучше. В Египте, ты трахал всех женщин слева -направо. Они ужом крутились, что бы попасть тебе в пастель. Я тогда очень завидовал тебе. Лола говорила, что в тебе есть изюминка.
– Я хочу сказать, что это не Катя, это дешевый фотомонтаж. Я знаю ее каждую складочку тела, а ты мне подсунул бабу из публичного дома.
– Ха... ха... ха... С тобой всегда было приятно поговорить. Но ты лучше расскажи нам все добровольно о своей деятельности, иначе...
– Иначе...
– Мы кольнем тебя одним препаратом и ты нам все выложишь, как на блюдечке.
Вот скотина, точно кольнет. Как бы оттянуть время.
– У вас безопасная бритва есть?
– Что?
– Мне побриться надо. Бритва есть?
– Оттянуть время хочешь? Хорошо, я тоже приведу себя в порядок, поем и тогда мы начнем. Не надо бритвы, к тебе придет парикмахер. Джим вышел из комнаты. Какое счастье, что я сохранил еще одну пилюлю. Я скидываю с подноса кофе и какой-то бутербродик, выковыриваю пилюлю из карманчика и кладу на пол. Потом сверху наваливаю поднос и шлепаю ногой. Даже если они видят как-то меня, наплевать. Я все равно ее успею проглотить раньше...
Дверь не открылась. Все впорядке, Через пять минут пришел парикмахер и побрил меня. Прошло еще двадцать минут.
Я уже почуствовал, в себе наливающуюся тяжесть. Дверь открылась и в комнату вошли: Джим, два охранника и человек в белом халате.
– Мы решили тебя не слушать. Все равно соврешь. Поэтому поговорим с укольчиком.
Первым попался на кулак охранник. Его оторвало от пола и он ударился головой в решетку. Врача я отшвырнул в угол. Другой охранник пытался вытащить оружие и мне пришлось поспешить, просто ударил его сверху по голове. Было такое ощущение, что шеи у него не стало, просто она ушла внутрь. Наконец я заметил, что в мой локоть вцепился Джим. Он пыхтит и пытается с ним что-то сделать.
– Джим успокойся, что с тобой?
Он как-то сразу после этой фразы успокаивается отпустил мою руку и мрачно смотрит на меня.
– Как я сразу не догадался, что это именно та пилюля. Что ты теперь будешь делать с нами?
Зашевелился человек в халате, он поднялся и очумело посмотрел на меня.
– Иди сюда.
Я поманил его пальцем. Он шатаясь подошел ко мне.
– Вот ему укол вколи.
– Не надо.
Джим рванулся к двери, но я успел подцепить его за рубашку и сделав в воздухе красивую траекторию он шлепнулся на кровать.