Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Смертельная ночь
Шрифт:

— Ага. — она посмотрела на экран. — Хочешь получить распечатку записей?

— А ты так можешь?

— Я библиотекарь, — сказала она. — Я могу делать все, что угодно. — Хейли нажала кнопку, и принтер ожил. — Вот дерьмо. Стервятники кружат.

Я обернулась. Через стеклянную панель увидела несколько седых голов, собравшихся у входа в кабинет. Больше всего они напоминали стаю чаек. Затем раздался стук в дверь.

— Мне открыть? — спросила я.

Вздохнув, Хейли протянула мне распечатку.

— Да. У меня есть долг перед обществом.

Я открыла дверь и увидела женщину, опирающуюся на ходунки.

— Ты не Хейли, — обвиняюще сказала она мне.

— Я здесь, миссис Уоткинс. — Хейли помахала рукой со своего стула. — Как вы сегодня себя чувствуете? Рада снова видеть вас на ногах.

— Привет, Хейлт, дорогая. Я бы хотела спросить, если у тебя какие-нибудь книги о раковых опухолях. По крайней мере, я думаю, что это она. Позволь тебе показать. — с помощью ходунков она медленно приблизилась к месту для посетителей.

Наши взгляды с Хейли встретились.

— Беги, — прошипела она. — Спасайся.

Мне не нужно было повторять дважды. Я сунула книгу под мышку, а распечатку засунула в сумочку и поспешила на выход.

Я подождала, пока не окажусь за пределами библиотеки, прежде чем взглянуть в список Брюса. Последнюю книгу он брал год назад. «Фирму» Джона Гришэма. По большей части он читал книги в жанре триллер. У него с Рэем были похожие вкусы. Жаль, что они не узнали друг друга при жизни. Они могли бы основать книжный клуб.

Я не до конца понимала, что надеялась увидеть в библиотечных записях, но, чем бы это ни было, я не увидела. Затем подумала о водителе, который мог общаться с Брюсом, когда привозил книги. В таком маленьком городе, как Фэрхейвен, нетрудно выследить Пита Алтона.

Казалось, все в городе знали, что Пит Алтон был большим поклонником футбола, значит я могла найти его на игре внука. Кейден Алтон, очевидно, играл под номером четыре. Защитник, мечтающий стать центральным нападающим, если только номер девятнадцать порвет мениск или вывихнет коленную чашечку. Я и понятия не имела, что футбол в старших классах такой беспощадный.

— Сядь и смотри, — приказал Пит, как только я представилась, и кратко рассказал об игре.

— У меня не так много времени…

— У тебя есть на это время, поверь мне. Эти игроки великолепны для своего возраста. Такие умелые. Не такие, как я в детстве. — глубокие морщины на его лице и редеющие седые волосы говорили о том, что ему далеко за восемьдесят. Однако его глаза искрились молодостью.

— Ничего страшного. Групповые занятия спортом никогда меня особо не интересовали. — На самом деле, групповые занятия чем-либо никогда меня особо не интересовали. Слишком много неприятных воспоминаний оставалось о том, как дети не брали меня из-за того, что я была «странной», «непохожей» или «ненормальной». Их инстинкты, конечно, были верны.

Я была всем этим, но никогда бы не причинила им вреда. Дедушка очень рано научил меня быть осторожной в своих поступках. Я называла это паучьи чутьем. Тогда я не в полной мере не осознала свои способности, а без этих знаний было бы трудно нанести ущерб учащимся начальной школы.

— Что случилось такого важного, что вам потребовалось выслеживать меня как кролика? — он открыл банку с орехами и предложил мне горсть. Я вежливо отказалась.

— Мне нужна информация о Брюсе Хонге.

— Затворнике?

— Нет, отшельнике. Затворник это Отто Висконти. Или все наоборот?

Пит рассмеялся.

— Вижу, вы начинаете разбираться в наших жителях.

— Но не в Брюсе. Боюсь, он мертв.

Выражение лица Пита помрачнело.

— Жаль это слышать. Можно подумать, в моем возрасте проще привыкнуть к таким новостям, но легче не становится. — он сунул в рот горсть орехов и принялся шумно жевать. — Как это произошло?

— Он упал, — сказала я, стараясь говорить более расплывчато.

— Я обычно приносил ему книги из библиотеки и уносил, когда он их заканчивал. Раз уж вы упомянули о нем, я давненько там не был.

— Я подумала, что вы могли с ним иногда общаться.

Пит покачал головой.

— Не я. Я оставлял книги на пороге и звонил, чтобы Брюс их забрал. Затем я снова находил их на пороге.

— Вы его когда-нибудь видели?

— Только однажды, когда заглянул в окно. — Он остановился, чтобы поболеть за Кейдена, который отобрал мяч у нападающего противника. — Я забеспокоился и заглянул внутрь.

— Что вы увидели?

Пит закинул в рот несколько орешков и задумчиво прожевал.

— Я и по сей день не осень уверен. Мойра, моя покойная жена сказала, что это, возможно, от лекарств против аллергии, которые я принимал. У меня начались галлюцинации.

Теперь мне действительно хотелось узнать, что Пит увидел в доме в тот день.

— Вы разожгли мое любопытство.

Он бросил на меня косой взгляд.

— Вы посчитаете меня чокнутым.

— Готова поспорить, что нет.

Он прочистил горло.

— Думаю, у него был аллигатор или другое экзотическое животное.

Ладно, не такого ответа я ожидала.

— Аллигатор? Вы уверены?

— Нет. Я только мельком видел чешую. Потом она исчезла в мгновение ока. Я не смог спросить Брюса об этом, поскольку мы никогда не разговаривали. Я решил, что именно по этой причине он не подпускал людей близко. Не хотел, чтобы у него забрали экзотического питомца.

Более вероятно, что Пит увидел Брюса в облике дракона. Пит, вероятно, активировал защиту при доставке книг, и Брюс скрылся из виду.

— Вы никогда не замечали в доме никаких посетителей, когда были там? — спросила я.

— Вроде, нет. Думаю, я бы запомнил, раз он был отшельником. Было бы удивительно увидеть там кого-нибудь. — он хлопнул в ладоши и подбодрил, когда кто-то из команды Кейдена забил гол. Он подтолкнул меня локтем. — Вы должны поаплодировать этому парню. Это отличный гол.

— Разве это не девятнадцатый? Я думала, он ваш соперник.

— Нет, забил номер десять. Он нам нравится.

Я без энтузиазма похлопала в ладоши и начала жалеть, что не подождала Пита в библиотеке или в другом тихом месте.

На другом конце поля, рядом с трибунами, я заметила бесформенную фигуру, и мое сердце замерло. По крайней мере, мне так показалось. Приглядевшись, я увидела мать, держащую младенца в слинге на груди. Казалось, она покинула трибуну, чтобы покормить ребенка грудью.

Поделиться с друзьями: