Чтение онлайн

– Буду с вами вполне откровенен, – продолжал Гунарстранна после короткой паузы. – Пьянство и нарушение общественного порядка – не моя епархия. Я расследую убийства.

Глаза у менеджера по маркетингу перестали бегать.

– Почему в акционерной компании «ПО партнерс» вас до сих пор считают сотрудником?

– Руководство еще не получило моего заявления об увольнении.

– Значит, вы подаете в отставку?

– Да.

– Почему?

Свеннебю опустил глаза.

– У меня было несколько дней, чтобы все обдумать, и я пришел к выводу, что другого выхода у меня нет, – со вздохом ответил он.

Гунарстранна развалился в кресле, выдвинул нижний ящик стола и положил на него ногу. Брюки задрались, стала видна бледная голень в голубоватых прожилках. Ее пересекал красный след от резинки носка. Свеннебю как завороженный смотрел на ногу инспектора.

– Что вы можете сказать о компании «ПО партнерс»? Вам нравилось там работать?

– Можно воды?

Гунарстранна подошел к раковине у двери. Повернул кран, который тут же загудел. Вода охладилась не сразу; время от времени инспектор пробовал ее пальцем. И заодно наблюдал за Свеннебю, сидевшим к нему в профиль. Лоб у менеджера по маркетингу был весь в испарине. Гунарстранна представил, как ему сейчас плохо.

– Я взял на себя смелость и связался с вашими родственниками, – сообщил инспектор, сполоснув не слишком чистый одноразовый стаканчик и налив в него воду. – Ваша супруга считает, что вас не очень устраивала служба в «ПО партнерс».

Свеннебю схватил стаканчик и принялся жадно пить. Руки у него дрожали.

– Да, некоторое время назад я уже начал подыскивать себе другую работу, – еле слышно ответил он.

– Почему? – спросил Гунарстранна, садясь и пристраивая ладони на столешнице.

– Мне там не нравилось.

– Почему?

– Компания слишком маленькая, не развернуться…

– Я ждал от вас другого ответа.

Свеннебю замолчал и смущенно посмотрел на Гунарстранну.

– Ваша жена упомянула о какой-то странной командировке, в которую вы ездили несколько недель назад. Пожалуйста, расскажите о ней поподробнее.

Свеннебю с трудом улыбнулся. Его улыбка больше походила на гримасу.

– Вот именно, поездку иначе как странной не назовешь! – пробормотал он. Его передернуло; он накинул на плечи пальто и скрестил руки на груди. – Мы должны были представлять наше программное обеспечение на выставке в Лондоне. То есть Энгельсвикен, Брегор, я… и…

– Рейдун Росендаль, – быстро закончил за него Гунарстранна. – Когда вы ездили в Лондон?

– Ровно семь недель назад.

– Кстати, раз уж речь зашла о поездке, ответьте, пожалуйста, еще на один вопрос, который меня беспокоит… – Инспектор решил немного отвлечь своего собеседника. – Как вам, запойному пьянице, удавалось воздерживаться от выпивки в лондонских пабах?

Свеннебю сдержанно кивнул. Казалось, внезапная фамильярность инспектора помогла ему расслабиться.

– Ну, мне приходилось нелегко, но не в том смысле, о каком вы говорите, – ответил он. – Воздерживаться от спиртного нетрудно. Труднее было привыкнуть к такой… работе. – Губы у него скривились. Гунарстранна понял, что каждое слово дается Свеннебю с трудом.

– Рассказывайте, – велел инспектор, поняв, что его вопросы достигли цели.

Свеннебю кивнул, словно разговаривал сам с собой.

– Во всем с самого начала угадывалась какая-то путаница. Ничего невозможно было предсказать заранее, спланировать. Все происходящее казалось мне странным.

Гунарстранна молча разминал сигарету.

– До тех пор, пока ты кланяешься и пресмыкаешься, ты для всех лучший друг, но, как только начинаешь задавать вопросы, к тебе относятся совершенно по-другому… Постоянно высмеивают, издеваются…

– О каких вопросах вы говорите?

Свеннебю его не слышал. Он погрузился в себя – видимо, вспоминал насмешки и издевки бывших сотрудников.

– Чем больше я обо всем думаю, тем все становится яснее. Все сотрудники компании делятся на два лагеря. Те, кто в курсе, и те, кто нет. Я принадлежал к последним. – Он посмотрел на Гунарстранну. – Вы спросили, какие я задавал вопросы? – рассеянно повторил он, думая о чем-то своем. Потом сам себе мрачно ответил: – Понимаете, каждому хочется увидеть результат своей работы!

Гунарстранне все больше нравилась их беседа.

– Вы поэтому так напивались?

Свеннебю закрыл глаза и откинул голову на спинку кресла; оно заскрипело. Инспектор не торопил его с ответом.

– Мы с Рейдун поступили в компанию вместе, в один и тот же день, – все так же мрачно продолжал Свеннебю. – Нам сказали, что фирма «ПО партнерс» собирается расширяться. В компанию требовались сотрудник отдела по работе с клиентами и менеджер по маркетингу. Мне уже за пятьдесят. – Свеннебю постепенно оживлялся. Даже саркастически хмыкнул. – Близилась досрочная пенсия.

Гунарстранна посмотрел на него в упор. Нездоровый румянец, мешки под глазами. Хотя пальто и брюки грязные и воняют мочой, они сшиты из дорогой, добротной ткани. Инспектор легко представил себе, как Свеннебю утром ведет планерку – разумеется, предварительно почистив костюм…

Тем временем бывший менеджер по маркетингу «ПО партнерс» рассказывал о том, как попал в компанию.

– В наши дни всем нужны молодые сотрудники… молодые и креативные, вот как это называется! – Свеннебю не очень верил, что его возьмут. И когда ему сообщили, что по результатам собеседования он проходит, он почувствовал небывалый прилив сил.

– Мне уже за пятьдесят, – с улыбкой повторил он. – И все же я обошел более молодых экономистов, специалистов по политэкономии, по бизнес-экономике и бог знает еще каким наукам! Правда, – чуть суше продолжал он, – мои обязанности трудно было назвать простыми.

Гунарстранна узнал, в чем заключались должностные обязанности Свеннебю. Он должен был повышать эффективность продаж и налаживать дистрибьюторскую сеть по всей стране. Кроме него, теми же вопросами занимались Соня Хагер и Брик, их юридический консультант.

Гунарстранна спросил, входит ли Брик в руководство компании. Свеннебю точно не знал, но думал, что да. По его словам, во время собеседования представители компании – «вся их шайка» – произвели на него очень хорошее впечатление. А потом – ничего, пшик!

– Вы представляете, что это такое? – спросил Свеннебю. – Я очень старался, мне хотелось помочь, внести свой вклад, но все выливалось в пустую болтовню! В компании не было никакого тематического планирования. Руководство общалось со мной очень редко; в основном звонили домой и почему-то всегда поздно вечером. – Свеннебю подавил вздох отчаяния. – Когда звонил Энгельсвикен, фоном частенько громыхала рок-музыка. Он вызывал меня на производственное совещание… в половине двенадцатого ночи! – Он снова вздохнул. – Мне, конечно, не хотелось ехать, и все же я чувствовал себя обязанным… На совещаниях полупьяный Энгельсвикен сидел рядом со своим юрисконсультом. Они излагали наполеоновские планы, которые казались мне полным безумием. – Он замолчал, немного отдышался. – Проработав так какое-то время, невольно начинаешь задаваться вопросами, проверять, чем же ты занимаешься на самом деле. Я усомнился, что мои усилия принесут хоть какие-то плоды… Мне было непонятно, на что я трачу свое время… – Он сжал кулак на здоровой руке. – И главное, ничего нельзя было поделать! А бросить все и уйти у меня не хватало духу. – Свеннебю понизил голос. – Мне казалось, что я попал в мышеловку. Когда в понедельник нам позвонили из полиции, я понял, что больше не в силах терпеть… Я пошел и напился…