Смертельный круиз
Шрифт:
– Ну, и что же ты сделал? – иронично спросила супруга.
– Пришлось прокатится на верблюде! – удрученно закончил Рудольф. – Мне совсем не хотелось залезать на этого грязного и вонючего верзилу. К тому же, появилась полиция, и погонщик погнал его рысью.
– Ты же любишь верховую езду! – не унималась Анита, давясь от смеха.
– Пока я не заплатил, этот хитрец не хотел его останавливать, – жаловался Рудольф. – Ещё чтобы слезть, пришлось 'бакшит' заплатить.
– Бакшиш, – поправил Марк своего растяпу-родственника, тяжело вздохнув. – Ещё немного и ты у нас по-арабски заговоришь.
Компания снова закатилась радостным смехом. Стефани забыла про свои тревожные предчувствия и вошла в пирамиду уже без всякого страха.
– Ты хоть в пирамиде свои солнечные очки сними! Ходишь в них весь день, не снимаешь… Так ведь ничего не увидишь, – посоветовала Стефани мужу, медленно продвигаясь по очень узкому каменному коридору.
– Ужасная нора! – бурчала сзади Анита. – Жарко, душно, тесно, пыльно. Как же мы будем выходить отсюда? Здесь два человека не разойдутся.
– Гид сказала, что коридор… один метр в диаметре… – прохрипела сзади Стефани с одышкой.
– А длиной он сколько, этот коридор, она не уточнила? Мы в пути уже минут десять, ползем чуть ли ни на карачках, а конца не видно!
– Я сейчас реально сознание потеряю! – подхватил Рудольф.
– Прекратите… панику… – умоляюще попросил Марк и, тяжело переводя дыхание, продолжил.– Вот уже… почти пришли… К вашему сведению… эта 'нора'… была сделана… грабителями захоронений… тысячу лет назад…
– Похоже, что тысячу лет назад понятия 'клаустрофобия' не существовало, – промычал Рудольф, вытирая пот. – Лучше бы я остался наверху с верблюдами! Тут никаких богатств не захочешь, только глоток свежего воздуха!
– Ещё немного и я разберу эту пирамиду по кирпичикам, – заявила Анита.
– К твоему сведению… – сообщил Марк слабеющим голосом, – один такой 'кирпичик'… весит… две тонны…
– Меня трудности не остановят, – гордо объявила Анита, бросив на обессилившего супруга презрительный взгляд.
Наконец, туристы добрались до погребальной галереи, представлявшей собой несколько залов, в одном из которых находился саркофаг. Стефани глубоко вздохнула, Рудольф, задыхаясь, откашлялся, а на Марка так, вообще, смотреть было страшно: бледный, как полотно, он вытирал носовым платком пот, струившийся по лицу. Марк прислонился к холодной каменной стене, чтобы перевести дух. Похоже, профессора больше интересовала не история древнего Египта, а скорее глоток воды. Но в пирамиды с рюкзаками не пускали, и заветная бутылка воды осталась в автобусе.
– Стоило ли сюда ползти?! Ничего особенного! – возмутилась Анита. – Такое впечатление, что я в сто двадцатиградусной сауне.
– Господи, я задыхаюсь здесь! Как мы будем возвращаться??? – пожаловался Рудольф.
– А я обратно не пойду, – неудачно пошутил Марк. – Я останусь здесь.
С этими словами профессор улёгся на прохладный каменный саркофаг, сложив на груди руки, вздохнул и закрыл глаза. По лицу мужчины пробежала судорога, которая парализовала тело. Холод как будто сковал его по рукам и ногам. Марк хотел позвать на помощь, но не смог. Слова застряли в обезвоженном горле, и вместо них вырвался тихий слабый стон, незаметно утонувший в суете многочисленных посетителей пирамиды.
Конец ознакомительного фрагмента.