Смертники из 909-го
Шрифт:
– Или я чего-то не правильно понял? Баба ваша тут распиналась – «выпала честь», а мы ее просили или добивались? Я так вижу эту ситуацию – ваши войнушки затянулись, местные уже не хотят воевать ни за деньги, не за идеалы, ваши светлые головы придумали людей похищать и из них солдат делать, так?
Стюарт посмотрел на меня:
– А вы – умнее, чем кажется, мистер Арчер.
Я встал, щелчком отбросив окурок:
– А я многих шокирую, доброго дня, капитан.
Сказав это, я пошел прочь, назад в казарму, настроение было отвратительнейшее, встрется мне по пути кто-нибудь – убил-бы на месте…
Стюарт, после ухода Эла, еще какое-то время стоял, курил, думал. Капитан удивлялся, тому, насколько Арчер напоминал его самого в молодости – умный, резкий, жестокий. Стюарт не сомневался – труп, со сломанным позвоночником – дело рук именно Арчера, только он обладал внушительной комплекцией, особым складом характера и умением не оставлять улик. Беседа это, в общем, косвенно подтверждала. Он выбил трубку и собрался уходить, но его остановила майор:
– Подождите, капитан. Это и есть ваше «протеже»?
– Ну да, вас не устраивает эта кандидатура?
Талл вполне доверяла чутью капитана, но годы службы наложили свой отпечаток:
– Не слишком – ли резкий? Проблем не возникнет?
Стюарт покачал головой:
– Госпожа майор, давайте не будем ходить вокруг да около – вы – же слышали наш разговор? Вы еще будете сомневаться в уме этого человека? – капитан помолчал, но все – же закончил – К тому – же, как не крути – а он прав, причем – прав абсолютно.
Талл кивнула, поправила фуражку, взяла из портсигара длинную, белую, сигарету – капитан, как подобает джентльмену, дал ей прикурить. Раскурив сигарету и выпустив дым, Талл сказала:
– Благодарю, капитан, хоть этот дикарь и прав кругом, вам все – же не стоит поддерживать его позицию. Это может негативно сказаться на вашей карьере.
Стюарт посмотрел на нее и спросил в лоб:
– Вы косвенно даете мне понять что составите на меня докладную записку?
Офицер особого отдела покачала головой:
– Нет, мы здесь в одном положении. Но впредь – будьте осторожней.
– Хорошо.
Повисло молчание и Талл, чтобы нарушить неловкость, спросила:
– А как зовут этого молодого дикаря?
– Элвин Арчер, это тот самый, который замешан во вчерашнем инциденте и провел около суток в коме.
Талл улыбнулась:
– Понятно почему его имя показалось мне знакомым, надо бы с ним беседу провести по поводу недопустимости подобных высказываний.
– Дело ваше, но боюсь это бесполезно. Если только для галочки.
Майор удивилась:
– Для чего, простите?
– Для отчета, мол – «проведена профилактическая беседа», предупрежу сразу – парень он упрямый, может и не прислушаться…
К ротному построению я немного успокоился, мы, с трудом, построились, капитан посмотрел на часы:
– Не так уж плохо, дамочки, четыре тридцать две. Перейдем к расписанию занятий – он заглянул в планшет – новобранец Арчер – шаг вперед.
Выполнив приказ, я не без интереса смотрел на командира, Стюарт дал мне какой-то листок:
– Временный пропуск, покажешь дежурному в комендатуре. На сдачу тестов – бегом марш.
– Есть, капитан.
Я побежал легкой трусцой, здраво рассудив, что комендатура – трехэтажное строение на площади лагеря. Добраться туда было делом нескольких минут, войдя в прохладный холл, я огляделся – стойка дежурного скорее напоминала клетку, тем-не-менее – за столом там имелся чужак, видимо – дежурный. Подойдя к нему, я протянул ему пропуск, чужак, похожий на ту, синюю малышку, не глядя, приложил его печатью:
– Комната тестирования – номер два, второй этаж, первая дверь справа.
Я кивнул и поднялся по лестнице, нужную дверь найти было не сложно – из-за нее доносился чей – то голос и звон гитарных струн, я постучал и услышал:
– Войдите.
Я открыл дверь – за столом сидел парень, тот самый, взъерошенный, которого я видел еще в первый день, на пареньке была расстегнутая форменная куртка с погонами лейтенанта, я счел нужным доложить по форме:
– Новобранец Элвин Арчер для прохождения тестирования прибыл.
Парень взял у меня бумагу, кинул ее на стол и попросил:
– Земляк, дверь прикрой и садись.
Выполнив просьбу, я сел и увидел перед собой стакан, судя по запаху – со спиртом, я нахмурился:
– Не очень понимаю в чем дело, господин…
Парень вроде-бы обиделся:
– Садись, давай хряпнем за знакомство.
Я сел, плохо понимая что происходит, парень встал:
– Ты – землянин?
– Ну да – ответил я, парень улыбнулся – было в его улыбке что-то детское – и я – землянин, Тихомиров Александр Палыч. Для друзей – просто Палыч, а ты?
Я мгновенно вспомнил ночной треп Марты – о русском, я спросил:
– Курить можно?
– Да, закуривай конечно.
Я щелкнул зажигалкой:
– Я представлялся, Александр Павлович.
Парень поморщился, как от зубной боли:
– Я помню, почему так официально? Просил – же!
– Мы не так хорошо знакомы.
– Вот ты формалист, ладно, давай выпьем! Докажи что мужик!
Я усмехнулся и взял стакан:
– Я конечно не одобряю такие подначки, но раз уж хозяин настаивает.
Стакан я выпил залпом, русский смотрел на меня с интересом, я усмехнулся:
– Водка – надо полагать?
– Как догадался?
– Спирт немного слаще, я вообще-то тесты пришел сдавать.
Палыч вскочил, достал со шкафа папку, и вынув оттуда брошюрку – опросник протянул мне, взяв тесты, я поинтересовался:
– Карандаш или ручка есть?
– Где-то была – ответил русский и скрылся за шкафом, вернулся он оттуда уже с огрызком карандаша – держи, все что есть.
– Благодарю.
Тесты были переведены на английский и без ошибок – что радовало, мне они сложными не показались, скорее – глупыми. Простейшие задачки на логику, какие – то вопросы, для ответа на которые пришлось вспомнить – чему я учился в школе. В тупик ставили вопросы вроде – «Перешагиваете – ли вы выбоины на дороге?», вернув Палычу опросник и карандаш, я встал:
– Я пошел.
– Ответов ждать не будешь?
– Мне не интересно, это начальству надо, а не мне.
Русский покачал головой: