Чтение онлайн

– По сим раскладам, полагаю, мы быстро и без существенных затруднений опрокинем багарцев. В нашу пользу и численный перевес: супротив наших пятидесяти семи тысяч у багарцев вряд ли наберется тридцать. Полагаю, что выход из ущелья будет взят малой кровью, - подвел итог Межимир.

– Господаре, - обратилась к воеводам царевна, - есть кому, что дополнить?

Межимиров замысел на бой выглядел отменно. Военноначальники росмальцев переглядывались, но добавить было нечего.

Рогнеда поднялась с кресла, стоявшего во главе вытянутого стола:

– Сим, господаре, совет окончен.

Когда воеводы и тысяцкие направились к массивным дубовым дверям с незатейливой резьбой, а иных в Тверди иных не водилось, Руслан замешкался.

– Князь хочет что-то сказать?
– поинтересовался Межимир. Старый вояка видел людей насквозь.

– Да.

– В таком случае, прошу.

– Злотарь, мой кличит, утверждает, что ему известны некие ценные сведения, - заговорил Руслан после секундного раздумья. Почему Рогнеда отводит взгляд?
– По его словам, они могут изменить ход всей кампании.

– Что он может знать!
– буркнул Межимир.
– Вели выпороть его, чтоб больше не тревожил своего воеводу по пустякам.

– Обождите судить, - вмешалась царевна.
– Где ваш кличит, князь?

– Внизу у лошадей, - ответил Березин. Почему она смотрит на него, как на пустое место?

Злотаря позвали. Казак вошел в сопровождении дюжего гвардейца. Дружинник вопросительно посмотрел на царевну и после спокойного кивка удалился.

– Говори, - неодобрительно позыркивая, обратился к кличиту Межимир. Золотой воевора не увидел в поклоне приличествующего почтения.

– Не буду ли я наказан за откровенность?
– не своим голосом произнес Злотарь.

– Разумеется, - промолвила царевна.

– Но ежели поведаешь о пустяшном, - Межимир указал на иномирца, - воевода угостит тебя батогами.

Такой договоренности не было. Тем не менее Руслан прекрасно понимал, что не в его силах будет противиться воли золотого воеводы.

– Ну-с...
– выжидающе произнес Межимир.

Кличит коростеньского воеводы замешкался. Его и без того бесстрастное чело сделалось еще каменнее. Злотарь упрямо уставился на Межимира и выдавил:

– Я не Злотарь. Я не росмальский дворянин. Я вообще не росмалец. Мое имя Владслав. Владслав Багарский. Принц короны и наследник престола герцогства.

Руслан и представить себе не мог, что бывает такая тишина.

Золотой воевода дернулся вперед и откинулся на спинку кресла как громом сраженный. Ну, конечно же! Пусть Владслав отпустил бороду, которую никогда не носил, пусть на нем платье небагарского покроя, но как не узнал-то его раньше! Ведь сам прошлым летом встречался с принцем. А сколько раз видел его потрет в кабинете багарского посла?

– Стража!
– закричал Межимир и, вскочив, опрокинул тяжелый напольный подсвечник.

В палату с обнаженными мечами влетели дружинники.

– Ступайте, - неожиданно спокойно велела им Рогнеда.
– Ступайте, все в порядке.

Гвардейцы недоуменно переглянулись и закрыли за собой створки дверей.

– Но... Ваше Высочество...
– попытался было возразить золотой воевода. Когда его взор падал на багарского принца, то становился жестче стали.

– Я знаю, что делаю, - царевна взмахнула рукой в жесте, который был присущ только покойному отцу. Этот жест значил, что царь не намерен отступаться от принятого решения.

Межимир демонстративно плюхнулся в кресло.

– Зачем вы признались, кем являетесь?
– Рогнеда развернулась к багарцу. Бледное лицо девушки могло бы служить эталоном спокойствия. Лишь богам ведомо, каких неимоверных усилий это ей стоило.

– Я не просто сдался на вашу милость, Ваше Высочество.

Шумный полувздох, полурык, сорвавшийся с уст золотого воеводы подсказал, что этому как раз самое время. Владслав сделал вид, что ничего не заметил, его невозмутимость тоже поражала и удивляла.

– Я предлагаю Росмале мир...

– Надо же!
– взорвался Межимир.
– А когда штурмовали наши города и вытаптывали посевы, тож о мире помышляли?

Взгляд, коим царевна одарила золотого воеводу, заставил его заткнуться. Межимир опешил тому, как дочка Добриты столь легко заставила его замолчать и с восхищением посмотрел на царевну. Какую царь дочь вырастил! Более всего на свете воевода опасался дожить до того дня, когда на трон Росмалы взойдет слабовольная размазня.

Владслав заговорил отчетливо и тяжеловесно выговаривая каждое слово.

– Мир без всяких предварительных условий. На пути вашего войска встало другое. Мое войско. Если я появлюсь перед ним и повелю повернуть против Кзаркхмета, - после того, как багарец произнес имя черного колдуна, в голосе принца зазвучала такая неподдельная ненависть, что даже у Межимира не повернулся бы язык обвинить Владслава в неискренности, - то, не сомневаюсь, объединившись, мы одолеем и степняков и присягнувших Кзаркхмету гоблинов. Как только головы колдуна и его приспешников будут насажены на пики, багарские полки также без каких-либо требований покинут пределы Росмалы. Битвой с общим врагом мы искупим то, что посягнули на дружбу, что исстари водилась между нашими предками.

Тонкие пальчики Рогнеды теребили медальон, в котором была искусно передана тоска матери, отца и брата, что смотрели на дочь и сестру.

– Ответьте, и ответьте откровенно, Ваше Высочество, какой резон Багаре в заключении мира, - сказала она.
– И вообще, как багарский принц очутился в нашем стане да в таком обличье?

– Это долгая история, но, если пожелаете, я расскажу.

– Время у нас имеется, - произнес Межимир.

Владслав попытался вкратце поведать, как Кзаркхмет появился при герцогском дворе, и как стал придворным чародеем, и как строились с ним его, принца, отношения, и к чему все это, в конце концов, привело. Однако рассказ затянулся едва ли не на час.

– ...и вот я здесь, - закончил принц, ожидая реакции на услышанное.

– Что ж, - после некоторого молчания заговорила Рогнеда.
– Мое мнение обо всем этом сложилось, но надо еще раз все обдумать.

– Конечно, - согласился Владслав.

– Да, поразмыслим пока, а завтра доведем наше решение до вашего сведения, принц, - титул багарца Межимир произнес с неприкрытым нажимом и затем позвал слуг.

– Этого господаря в сопровождении пятерых стражников проводить в зеленую комнату северного крыла, - велел золотой воевода.
– Никого к нему не впускайть.