Чтение онлайн

– А-а-а-а… я тоже шла и о ней думала, - ответила я, после чего спросила: - С чего ты взяла, что она из-за мужа в море бросилась?

– А из-за кого? – Варежкина бросила на меня удивленный взгляд. – Белладонна ведь сказала, что муж ее – зло. Ишь ты! Не хотел он, чтобы Сильва других мужчин видела! Дурдом! Я бы ни за что так не поступила! Его бы скинула и зажила себе припеваючи! Зло под каблук, вокруг башни клумбу с георгинами. Да парочку любовников смазливой наружности. Всё! Жизнь удалась!

– Ты бы точно скинула! – засмеялась я. – И тогда тебя бы прозвали страшным злом.

– О-ой… как меня только ни называли… - проворчала Лидуня, размашисто шагая по грязи. – Так что я привыкшая.

– И как же тебя называли? – с любопытством поинтересовалась я. Предположить какие-то варианты мне было трудно, ведь такой «тайфун» как Варежкина, могли прозвать как угодно.

– По молодости Лидка Тёрка, потому что могла любую проблему решить, - вздохнула она, видимо, вспомнив свои юношеские годы. – А уже во взрослой жизни – Лидия Саван. Думаю, не нужно объяснять, почему. А у тебя было прозвище?

– Нет, никогда не было, - призналась я. И Варежкина насмешливо фыркнула. – Вот и прозвища у тебя не было. Как ты вообще жила? А если честно, не люблю я массажистов… Все мужики моей фигурой восхищались. А к вам придешь и начинается: ой, и тут целлюлит у вас, и нога одна короче другой из-за сколиоза, и вальгусные ступни…

– Я не массажист, а мануальный терапевт!
– огрызнулась я. – Терпеть не могу, когда меня называют массажистом! Они работают исключительно с мягкими тканями тела. А мануальный терапевт оказывает воздействие еще на костные структуры и суставы пациента. А также на его хрящи, межпозвоночные диски и даже на внутренние органы!

– Костоправша, значит, - сделала вывод Варежкина и вдруг возбудилась. – Слушай, а ведь можно еще дело замутить! Будешь лечить местных! Будешь вправлять им диски и хрящи!

Я начала смеяться все сильнее и сильнее, пока Лида не толкнула меня локтем.

– Что смешного я сказала?!

– Бизнес шикарный! Я лечу, ты хоронишь! Мы так из компаньонов в конкуренты превратимся!

Мы смеялись до самого маяка. Настроение было прекрасным.

Мариса встретила нас упреками.

– Где вы были, леди? Я уже не знала, что и думать! Места себе не находила от переживаний! Грэйса отругала, что он оставил вас без присмотра!

– Да что с нами могло случиться? – весело улыбнулась Варежкина. – Заскочили на огонек к Белладонне с Кевином.

– Вы у нее были? – удивилась нянюшка. – И что? Как она поживает?

– Да вроде бы все хорошо. Чаем нас угощала, - ответила я, отдав ей плащ. – Просушить нужно. На улице дождь припустил.

Мариса кивнула и как-то странно посмотрела на нас.

– Сейчас все сделаю, леди. А вы переодевайтесь и к столу. Сегодня у нас тушеный кролик.

Когда на улице стемнело, и наша спальня озарилась золотистым светом свечей, я вспомнила о карте, найденной нами в буфете.

– Слушай, мы ведь о карте забыли! – я залезла на стул, пошарила рукой по шкафу. – Лежит себе, пылью покрывается!

– Точно! – Варежкина уселась на кровати в позе лотоса. – Может, нас клад ждет!

Разложив карту, мы легли рядом и подперли головы кулачками.

– Так и что у нас тут… - Лида хмурила брови, всматриваясь в кусок старого пергамента. – И местность какая-то незнакомая…

– Это ты как определила? – я провела пальцем по волнистым линиям. – Это ведь полуостров. И мы на полуострове.

– Разве ты видишь здесь маяк? – Варежкина ткнула в карту. – Это больше похоже на замок.

– Но ведь здесь был замок! Белладонна же говорила! Именно из его башни и прыгнула в море леди Сильва! – напомнила я ей. – Карта старая! Похоже, он стоял на месте маяка!

– Смотри, здесь что-то написано, – Лида указала на строчку в самом низу. – Только буквы очень мелкие!

С трудом, но нам все же удалось прочесть надпись.

– «Кто осмелился прикоснуться к Тьме, ушли в нее навсегда. Оставь Бездну в покое, иначе она повернется к тебе лицом», - произнесла я вслух. – Где-то я это уже слышала!

– Так это надпись на колодце! – воскликнула Варежкина. – Помнишь, Грэйс говорил?

– Да! Думаешь, все это как-то связано?

– Несомненно! – Лида спрыгнула на пол и закружилась, раскинув руки. – Ур-р-ра! Мы нашли клад!

– Да ничего мы еще не нашли! – засмеялась я. – Не бывает так просто! Это ты понимаешь?

– Дай помечтать! – она снова упала на кровать. – Ты зануда, Фунтикова!

* * *

Карлос де ла Серда сидел в большом кожаном кресле и задумчиво смотрел на пылающий в камине огонь. В комнате со сводчатым потолком царил полумрак, в углах клубились призрачные тени, словно воспоминания из прошлого, а в трубе тоскливо завывал ветер.

Его длинные пальцы сжимали подлокотник кресла, и змеи на перстне казались живыми в сполохах оранжевого пламени.

В дверь постучали. Но гранд даже головы не повернул. Все его мысли занимал кусок пожелтевшего пергамента, на котором виднелся кусок текста: «…навсегда. Оставь бездну в покое, иначе она повернется к тебе ли…».

– Господин, к вам пришли, - невысокий мужчина с азиатским разрезом глаз вошел совершенно бесшумно. – Это леди.

– Проси, - ответил Карлос де ла Серда. Он спрятал пергамент между страницами книги, лежащей на столике, и встал.

Когда в комнату скользнула поздняя гостья, гранд нахмурился. Он подошел к ней, и его брови подскочили вверх.

– Вы?

Женщина вдруг бросилась ему на шею и горячо зашептала:

– Да, это я! Простите меня, что не предупредила о своем визите! Но я не могла более ждать от вас весточки! Вы так давно не звали меня… Мне кажется, что я сгораю от страсти!

– Вам не стоило приходить сюда, леди, - гранд отстранил ее от себя, не скрывая раздражения. – Я не люблю, когда нарушают мои личные границы. Возвращайтесь домой.

– Но, Карлос… - в глазах женщины появились слезы. – Прошу тебя… Моя любовь…

– Вы забываетесь, леди. Возвращайтесь домой и больше никогда не появляйтесь здесь без моего распоряжения. – Карлос отошел от нее и крикнул: - Донгэй!

В комнате сразу же появился невысокий мужчина. Он все понял с одного взгляда и обратился к женщине:

– Прошу вас, леди. Идите за мной.

Она всхлипнула, но послушно последовала за ним. Потому что умолять гранда было бесполезно.

Карлос же гневно выплеснул из бокала вино и налил в него крепкого виски. Аромат жасмина вызывал у него в последнее время стойкое отвращение. Нужно отчитать слуг за то, что они впустили ее в дом.