Чтение онлайн

В радиоэфире образовалось затишье перед бурей. Девять УПМов разом повернули головы в сторону русских пилотов. Система мерзко запищала, предупреждая что на УПМ Стаса навели лазерные прицелы. У Лехи, надо полагать, пищало точно так же.

Следующие слова и выражения, лучше передавать в форме краткого изложения:

Ковбои передали русским пилотам, что они есть конечный продукт пищеварительной системы крупного рогатого скота.

Панды вежливо пожурили русских за наглое вранье, свойственное всем варварам, которые привыкли жрать руками и сожительствовать со свиньями.

Кенгуру рассмеялись и посоветовали приехать к ним, чтобы получить пинок под зад.

Фашисты, до этого не вмешивающиеся в беседу, неплохим баритоном пообещали намылить русским шею. Обоим.

– КАКОГО ХРЕНА ВЫ УСТРОИЛИ?! ВЫ У МЕНЯ СОРТИРЫ БУДЕТЕ ДРАИТЬ ДО СЕДОЙ СТАРОСТИ! – злой рык Циклопа показал, что шутка затянулась.

Перепалка мгновенно прекратилась. Пилоты пяти стран, опомнившись после нагоняя от командиров, закрыли рты на замки и сосредоточенно топали от одного желтого ромбика до другого. Вокруг тянулись бесконечные холмы. Проложенный командованием маршрут подходил к Токио-3 с юга-востока. С той стороны над местностью доминировала удобная возвышенность, с которой было проще обстреливать город.

У Стаса горели уши, несмотря на прохладу LCL. Серьезная операция, а они устроили балаган, как на шашлыках.

"Леха, млин… Кто его за язык тянул… Скорей бы все это закончилось… Сожгу, что прикажут и домой… К Свете"

Из-под ног выскочил и попытался спастись бегством какой-то таракан…

Тьфу!

Стас, привыкший к махинам вроде Евангелионов, не сразу заметил, что по шоссе, рядом с которым шли УПМы, несется небольшой фургончик.

– Лех! – крикнул Стас.

– Чего?

– Там… А… Уже нечего.

Один из УПМов со знаком Нового NERV-Германии шагнул слишком близко к шоссе. Фургончик, не удержавшись на асфальте при толчке, пробил ограждение и скатился прямо под ноги гиганту. Полыхнул взорвавшийся бензобак.

– Ой! – пискнул в общем эфире голосок второго пилота из немецкой команды.

– Ух ты, еще одна девушка! Моя заинтригован! – Леха цокнул языком. Если он и испытывал волнение перед боем, то успешно маскировал его за шутками и подколами.

До Токио-3 осталось…

Картинка на экране, к которому было приковано все внимание гостей клуба, дернулась, хаотично заметалась, закружилась в предсмертной агонии и исчезла в мельтешении помех. По залу прокатился разочарованный стон в комплекте с проклятиями. Невероятное зрелище громадных УПМов на расстоянии чуть ли не вытянутой руки захватило всех. Разошедшаяся не на шутку молодежь швыряла в экран пустыми банками из-под горячительных напитков и во всю глотку орала угрозы, словно надеясь, что вшивые интервенты их услышат.

Фургончик с камерой преследовал УПМы от самого побережья. Сначала водитель держался на разумном удалении, мастерски выбирая маршруты по запутанному клубку дорог около Токио-3. Одиннадцать зеленых гигантов появлялись на экране то со спины, то с боков в просвете между холмами, то спереди, если удавалось ненадолго обогнать их адский марш. Потом водителю захотелось полихачить, и фургончик пустился в безумную погоню. Словно мелкий шакал рядом со стадом слонов, машина преследовала УПМов, чуть ли не петляя у них между ног. Оператор выкладывался на полную, чередую широкие планы на вражеские полчища и зум на исполинские морды-маски и плечи с эмблемами Филиалов.

Лучшее шоу года, однозначно! И тут такой облом… Обидно.

– Почтим память клевых пацанов! Они знали, что такое настоящий кураж! – провозгласили хозяева клуба по громкоговорителю.

– ДА! – слитно рявкнули несколько сотен молодых глоток.

– Импортные консервные банки уже в паре шагов от последнего оплота свободной Японии! Маленьких девочек просим удалиться из зала! Скоро кровь потечет рекой!

– СМЕРТЬ! – вопила опьяневшая толпа.

В своем закутке около стенке молчали пятеро подростков, называющие себя Отрядом Лавина.

– Вас бы туда… В грязь, да в дерьмо… Гады… - сипло прорычал Синдзи. Кожа его байкерских перчаток трещала на костяшках кулаков.

Все взоры обратились к экрану с видом на Токио-3.

– Контрольная точка пройдена… Враг не обнаружен… - периодически докладывали юные пилоты предельно серьезными, прямо таки торжественными голосами. После взбучки, устроенной офицерами или, как их про себя называл Чалмерз, "папашами", одиннадцать лиц на экране телеметрии приобрели выражении, которое у взрослых солдат то не встретишь. Инструктора Филиалов не зря ели свой хлеб.

– Штаб, это Пятый: я растоптала гражданскую машину. Жду указаний. – девчушка из команды Нового NERV-Германии потупила взор, как нашкодивший котенок.

– Продолжайте движение, Пятый. – раздраженно ответил немецкий "папаша", смахивающий на истинных арийцев с плакатов Рейха.

– Принято… - вздохнула пилот Евы-05.

Командиры Филиалов отбросили приличия и отдавали команды своим пилотам на родных языках. Кого они хотели сбить с толку – неизвестно. Наверное друг-друга, ибо Инспектор Чалмерз неплохо знал и немецкий и китайский. Правда, он это не афишировал и общался с "подчиненными" на английском.

Операция шла своим чередом, и Чалмерз от нечего делать рассматривал экран с пилотами. Одиннадцать подростков – самому младшему 15, а старшему 17 – казалось, смотрели на него и только на него. И их взглядах Инспектор чувствовал немой укор, словно они знали его прошлое и требовали ответа. Старческая память все чаще выкидывала с Чалмерзом подобные фокусы.

Инспектор сражался всю свою жизнь. Сначала сам, потом, сделав карьеру, начал посылать в бой других. Он повидал всякое: сожженные деревни, разрушенные города, поля сражений, где шагу нельзя было сделать, чтобы не наступить на изуродованный труп. Чалмерз до сих пор помнил вонь разложения в лесу смерти, в который превратился сад около одного несчастного сербского монастыря после нашествия исламских фанатиков. Тела, сотни тел словно плоды облепили красные от крови ветки.

Целая плеяда ночных кошмаров жила в памяти Чалмерза, и самыми страшными из них были тени, оставшиеся после операций по успокоению охваченных гражданской войной регионов. Шла Смута Второго Удара, мир рушился, целые страны охватывало пламя анархии, когда хватался за оружие и стар и млад. Безумные революционеры, самозваные Мессии, а то и просто бандитские главари созывали под свои наскоро намалеванные знамена отчаявшихся людей и бросали их на кровавый алтарь мятежа. Брат восставал на брата, отец на сына, сын на отца. Смерть старым правителям, смерть богачам, смерть всему живому!