Чтение онлайн

Толпа сзади спряталась за остановку. Запыхавшись от волнения, я подошел к водительскому окну и, стараясь выглядеть как можно более естественно, спросил – на этот раз так, чтобы мой собеседник слышал, а гопники за остановкой – нет:

– Извините, пожалуйста, время не подскажете?

– Что-о-о? – удивился он.

– Время не подскажете? А то у меня часов нет.

Он удивленно посмотрел на меня, потом на часы.

– Одиннадцать.

– Спасибо, – сказал я. Обернулся. Показал еще раз пальцем на остановку, якобы рассказывая ему о своих обидчиках. И медленно пошел к своему подъезду.

Ребята так и стояли около остановки, пока я не дошел до своего дома, а потом, видимо, поняв, что я их надурил, бросились за мной.

Пулей влетев на 9-й этаж, я дрожащими руками открыл и быстро захлопнул дверь, а потом еще долго слушал топот ног и матерные крики моих преследователей, которые упустили добычу.

Но добычей я больше быть не хотел.

В рок-тусовке было весело и прикольно. Алкоголь, музыка, девчонки, адреналин. Но вся эта реальность бесконечно вертелась вокруг одной и той же оси. В ней не было чего-то главного. Новых смыслов, новых идей. И я стал инстинктивно искать вокруг себя что-то другое.

Однажды перед очередным сейшеном мы шли за пивом с компанией десятиклассников. Я немного отстал от них, общаясь с кем-то из приятелей, а когда догнал – увидел, что они всей толпой стоят и разговаривают с двумя лысыми парнями.

Разговора я не слышал, увидел только, что мои старшие товарищи что-то отдали этим двум, а как только они отошли в сторону – вдруг бросились бежать.

Я кричал им вслед, но они не останавливались и даже не обернулись.

Я побежал за ними. Мы пробежали через дорогу, забежали в соседний квартал, молча залетели в подъезд желтой кирпичной девятиэтажки и выбежали на крышу через открытую дверь чердака.

С трудом отдышавшись, я спросил их:

– Ребят, вы чего?!

А они стоят, трясутся:

– Ты что, Серый, дурак? Ты видел, кто это? Это же скины!

– Какие еще скины? Вы зачем им деньги отдали?!

– Да они же убийцы!

– Вы что, – говорю, – нас почти десять человек, а их двое. И они за вами даже не гнались. Я сейчас арматурину найду и отделаю их.

– Да они ее тебе в жопу засунут!

Вчерашние авторитеты мгновенно перестали быть таковыми. А вот кто такие скины и почему их так боятся, мне стало интересно.

Пару недель мы с другом собирали информацию: кто они, чем увлекаются, где тусят. Оказалось, что в основном эти ребята собираются на футбольных матчах в так называемом фан-секторе, а после устраивают драки то с ОМОНом, то с торговцами местных рынков.

Наше российское фанатское сообщество тогда активно создавало свои группировки в подражание английским «фирмам», чтобы сходиться стенка на стенку после матчей. Тольятти в этом смысле город подходящий, почти Ливерпуль: стоит на большой воде, гордится великим рабочим прошлым. Только вместо «Beatles» тут были «Руки вверх!», да и футбол немного до уровня английской премьер-лиги не дотягивает.

Матч тольяттинской «Лады» с саратовским «Соколом» был назначен на следующее воскресенье. И конечно, мы решили туда пойти. Не из-за футбола.

Было очень страшно. Наслушавшись рассказов о жестокости этих ребят, мы знали, что с нами может произойти все что угодно.

Для уверенности мы взяли из дома по отвертке, засунули их в карманы курток, решив, что в случае нападения будем отбиваться до конца. И пошли в фанатский сектор.

– Первый раз здесь? – обратился ко мне бритоголовый в камуфляжной куртке с коротким воротником.

– Да, – ответил я.

– Ладно, молодцы, осматривайтесь, – сказал он и прошел мимо.

Ну, а дальше была организованная вакханалия – мы хором орали тогда еще новые для нас фанатские кричалки типа «Отсосите у НЬЮ-СИТИ!» или «Пока мы едины, мы непобедимы!», запускали руками волны по стадиону, а после матча пошли организованной толпой в 100 человек через весь город.

Впечатления были незабываемые. От восторга единения и принадлежности к чему-то огромному, к какой-то новой мощной силе, внутри все сжималось и буквально ликовало.

Вот это – мое!

Я пришел на стадион из любопытства – мне было интересно понять, что же за опасная и неизвестная сила так пугала людей, в прошлом бывших для меня авторитетами. И очень быстро втянулся. В фанатских стрелках на выездах я не участвовал, а вот массовые драки в родном городе впечатляли.

Скины поначалу производили впечатление организованной силы, которая никого не боится: ни ментов, ни гопников, ни наркоманов, ни бандитов, ни диаспор. Ощущение единства, поддержки, всемогущества – это то, что давало нам, совсем еще юным мальчишкам, участие в «движении».

Мне потребовалось несколько месяцев, чтобы разобраться, что к чему.

Осмотревшись, я быстро понял, что все это просто веселое времяпрепровождение. Драки, выезды, адреналин и алкоголь. Здесь снова не было того, чего я искал и не нашел в своих прошлых реальностях – смыслов и идей.

Кроме внешней атрибутики и бессмысленной, а главное – плохо контролируемой агрессии, я ничего не видел.

И решил сделать все по-другому.

Я решил собрать собственную группировку. Кучка из трех человек превратилась в компанию из нескольких десятков ребят. Принцип отбора был простой и примитивный: брали всех, кто приходил, по принципу «чем больше, тем лучше».

Но откровенных фриков и отморозков отсеивали. Этим мы и стали отличаться от фанатов. У нас были и совсем молодняк, и ребята, которые только вернулись из Чечни, служившие в спецподразделениях, а потом и взрослые сторонники.

Мне сложно сказать, как и почему мы притягивались друг к другу. Думаю, многие искали «руку», дружественную силу, общность.

Сейчас этот же принцип я использую и в компании – мы набираем людей, которые близки по духу, исповедуют те же ценности. Об этом говорят самые продвинутые гуру менеджмента, но мы тогда поступали интуитивно и ничего о «науке подбора кадров» не знали.

Да и что такое менеджмент, лидерство, тимбилдинг и прочие красивые умные слова? Естественные социальные явления, которые даже без научных таинственных практик развиваются в любой среде, на протяжении всей нашей жизни.

А у науки управления главная задача одна – исследовать этот процесс и сделать его максимально эффективным, устранив потери и конфликты между людьми.

Брат мой, Роман – он не то чтобы участвовал в движении, скорее наблюдал – однажды сказал: «Вот, что меня действительно захлестнуло – у вас было братство. Своего рода мини-семья».