Чтение онлайн

Без предупреждения он явился туда. Владельцы были учтивы, подняли собственные электронные архивы, объяснив, что все церемонии снимаются на камеру, для свидетельства того, что все прошло как полагается и во избежание дальнейших недоразумений. Видео похорон Би нашлось без труда. Небольшой зал, не более десятка гостей.

— У нас свое помещение; в городе их мало, забронировать нелегко. Таким образом, если присутствующих не слишком много, семье удобнее использовать наш зал.

Камера, установленная над главным входом, зафиксировала всё: даосский священник, читающий тексты из священной книги; поклоны провожающих, Ай Ли на коленях, в черном одеянии скорбящего сына. Постепенно сидячие места заполнялись. Присутствующие видны только со спины, но выправка у них военная, подумал У. Тремя группами они проходили вперед, чтобы пожертвовать благовония. Семнадцать, насчитал про себя У.

Ни один не взглянул в лицо Ай Ли. Тут У осенило.

— А у входной двери камера есть?

— Есть.

— Как долго вы храните записи?

— Стираем раз в месяц.

И последняя надежда У тоже погасла.

— Хотя, может быть, что-то у нас осталось.

— Где?

— Здесь есть комната ожидания ВИП.

— А почему те кадры не стерли?

— Вероятно, шефу нравится хранить кадры своих ВИПов.

Молодой человек за компьютером тем временем нашел нужную запись из комнаты ожидания ВИП.

— Камеру включают только тогда, когда комната используется, а это бывает нечасто, так что архив невелик.

Материала было немного. Церемониймейстер в черном костюме проводит в комнату двоих в военной форме.

— Стоп.

Изображение замерло. У записал: на плече у одного человека две звездочки, у другого — одна.

— Дальше.

Оба генерала переоделись в траурные одеяния — родственники усопшего? Потом появляются еще люди: четверо молодых людей со стариком в инвалидной коляске. Генералы преклоняют перед нею колени. Затем все выходят, причем генералы катят коляску. Видео перескочило на сцену после церемонии: генералы переодеваются в униформу, больше никого.

И лиц генералов не видно.

— А увеличить изображение никак нельзя?

Молодой человек виновато улыбнулся.

У еще раз просмотрел видео церемонии. Теперь он заметил, что генералы вели группу скорбящих, что человек в инвалидной коляске остался позади, не поднимаясь и не кланяясь, и в конце его вывезли. Ай Ли не поздоровался с ним. Казалось, что старик в коляске просто проезжал мимо и заглянул посмотреть.

Кто же он? Некто важный, если аж два генерала везли его коляску. Какой-нибудь старший офицер на покое?

У скопировал файл на флешку. Пора нанести очередной визит в Министерство обороны, подумал он.

— Если помните, У, я предлагал вам поставить здесь стол. А вы мотаетесь туда-сюда, только топливо жжете.

Сюн, похоже, был в хорошем настроении, поскольку отлично выспался. Он сам сходил на кухню и вернулся с кофе и галетами.

— Садитесь, пожалуйста. Я попытаюсь найти то, что вам нужно.

Но У не сиделось. Времени было в обрез. Несколько минут он мерил шагами комнату, затем спросил охранника, где можно покурить. Надо было бросить уже много лет назад, но стресс постоянно заставлял тянуться за сигаретой.

Сюн вернулся спустя полчаса.

— Сигареткой не угостите?

У пододвинул ему пачку.

Сюн был явно огорчен. Он вытащил из пачки сигарету, закурил и выпустил длинную струю дыма.

— Я бросил одиннадцать лет назад, сейчас так, от случая к случаю. В основном за компанию, если предлагают. Иногда отказ может показаться грубостью. В первый раз сам попросил.

— Давайте дальше.

— Вы без обиняков, как всегда. Оба человека на вашем видео уволились из армии. Генерал-лейтенант Чжи вышел в отставку первым, четыре года назад. Он был слишком стар для повышения, поэтому, конечно, отправился на пенсию. Они с женой переехали в США, у него там сын, преподает химию. Могу связать вас с ним, если хотите. Генерал-майор Лин был начальником разведчиков морской пехоты, умер три года назад, погребен на военном кладбище. Что касается старика в каталке, боюсь, мы не можем узнать его со спины. Вы уверены, что он военный?

У кивнул. Сюн вторично затянулся сигаретой, раздавил ее в пепельнице и продолжил:

— Я показывал ваши фотографии трем генералам и четырем старшим офицерам. Возможно, он слишком стар, поэтому они никогда не пересекались.

У вздохнул.

— Это связано с делами Го и Цю? Министерские начальники спят и видят, как бы закруглиться с этими делами. Затянутые дела плохо выглядят.

У сменил тему.

— Я слежу за новостями, похоже, вы на месте не сидите. Американцы согласны продать вам что-нибудь?

— Они не хотят продавать то, что мы хотим купить. Придется по-прежнему довольствоваться малым.

Положение У не позволяло ему распространяться дальше, и нужно было заехать еще в два места. В полицию звонила жена Го и жаловалась на угрозы, поступающие ей по телефону.

Они встретились в парке. Ее сыновья были дома, и У согласился, что обсуждение убийства их покойного отца в их присутствии — идея не слишком блестящая.

— Это не была угроза как таковая, — сказала, побледнев, вдова Го. — Говорил мужчина, велел, чтобы я не волновалась, что Вэйчжун был мне верен и обо мне и моих сыновьях позаботятся. Но желательно, чтобы я больше не обращалась к вам.

У насторожился. Он знал, что это означает.

— Они уточнили, каким образом о вас позаботятся?

Вдова достала коричневый конверт. У заглянул в него: пачка американских сотенных банкнот.

— Здесь сто тысяч, оставлены в нашем почтовом ящике. Он потом еще позвонил: проверить, получила ли я их, и сказал, что это мальчикам на учебу.

— Может быть, это собрали его коллеги?

— Нет, я знала всех его коллег. Никакой похоронный подарок не был ни в долларах, ни анонимным.

— Какой-нибудь друг, предпочитающий не светиться?

— Не знаю. Я думала, что знала его, пока не пересчитала эти деньги. Откуда они и что он скрывал от меня? И продолжать ли мне разговаривать с вами?

Кто-то, чью личность У еще не установил, пытался закрыть дверь, которая нужна была У открытой.

У попрощался с вдовой, посоветовав ей использовать деньги — в конце концов, они не краденые. По крайней мере, не она их украла. И безопасности ради пусть не звонит ему, за исключением чрезвычайных ситуаций.

И назад, в кафе Чжу Ли. Папаша обедал внутри. Всю жизнь в компании бандитов и авантюристов, и вот теперь он сидит, окруженный вниманием почтительной дочери.

— Садитесь, инспектор, закажите говядину в соусе из красного вина. И бутылочку красного к нему. Угощаю.

— Ах, что вы, как можно!

Старик опасливо покосился в сторону кухни и понизил голос:

— Дает мне жидкие помои трижды в день. Ну, допустим, давление у меня высокое, сахар высокий. Но какой смысл в жизни, если поесть не можешь по-человечески?