Чтение онлайн

— Не думаю. Он сирота, родных нет.

— А как вы собираетесь взять его?

— Как только вернется начальник моей секции, мы сядем и помозгуем с остальными.

— Схватите его, мне все равно как. Живым или мертвым. Потом будем думать, что делать дальше.

Живым или мертвым? Это еще откуда?

В музыкальном магазине Ай Ли купил футляр для гучжэна [25] , в который поместится разобранная Ml. Прицел, глушитель и шесть патронов он разложил по карманам. Затем сел в автобус. Все автобусы на Тайване оснащены камерами: одна впереди, одна сзади. К счастью, в Тайбэе принято носить маски из опасений по поводу гриппа.

На нем были и маска, и бейсболка: двойная гарантия защиты от простуды. Он уселся в конце автобуса. Договорившись с У о месте и времени встречи, он намеревался, как всегда, приехать пораньше и удостовериться, что обстановка на поле боя соответствует его ожиданиям.

У пришлось заехать к Чжу Ли, чтобы узнать, есть ли новости: папаша отказывался пользоваться мобильным телефоном; имея за плечами долгий криминальный опыт, он проникся убеждением, что органы правопорядка на всей планете занимаются исключительно прослушиванием его звонков. Но на выходе его окликнули из конференц-зала. Сын? Зачем он здесь?

— Вот молодец, пойдем позавтракаем?

Сын прошел с ним до выхода.

— Пап, кто-то хакнул наш роутер.

— Откуда ты знаешь?

— Ну… долго объяснять. И еще я думаю, что у нас и телефоны теперь на прослушке.

— Не может быть. Для того чтобы поставить телефоны на прослушку, нужно испрашивать разрешения у прокуратуры, у судьи.

— Ну, нас точно взломали. Так что ты поосторожнее с разговорами по телефону.

У обнял сына за плечи.

— Всё в порядке, твой дядюшка Умник сегодня возвращается. Больше не нужно будет сидеть в чате по вечерам.

— А…

— Насчет этого не волнуйся. Я тебе скажу, как только у нас с Умником будет какая-то подвижка. Выпьешь со мной кофе?

— Не могу, надо в библиотеку.

— Опять дедушка стряпать приходил?

— Я пытался тебе сказать, да.

— И?

— Ну это как-то нездорово.

— В смысле?

— Я хочу похудеть, а времени на спорт нет. А он меня закармливает.

— Я с ним потолкую.

Он проводил сына до конца улицы Чжунсяо Дун-лу и посмотрел, как тот идет в сторону метро. Нужно что-то решать насчет отца. Если так будет продолжаться, терпение сына лопнет, и отец обидится. А это еще сложнее исправить.

Зажужжал мобильный: новое сообщение, время и место встречи с загадочным осведомителем. Парк Хэбинь? Прямо рядом с его домом?

Он завернул в кафе Чжу Ли: папаша и трое его приятелей были там; Тесак, подняв крышку чайника, подсыпал заварку.

— О времени условлено, и тебе будет приятно узнать, что это скорее рано, чем поздно. Завтра утром в восемь тридцать садись в скорый поезд до Синьчжу. Там тебя встретит машина.

— Завтра утром, в восемь тридцать.

— И в скорый садись, слышишь, не в электричку.

Пока папаша говорил, остальные трое подчеркнуто смотрели в сторону.

Позвонил Умник.

— В аэропорту?

— Жду чемодан. В конторе увидимся?

— Попозже, у меня дела.

— А я итальянскую ветчину привез, колбаски, хлеб, финики и вино. Можно устроить пир!

У спрятал телефон и подышал на замерзшие пальцы.

Остановив такси, он велел отвезти себя в парк Хэбинь. Встреча назначена у баскетбольной площадки — прямо у реки, да еще этот ветер. Судьба ему, что ли, такая — мерзнуть?

Ай Ли был на месте за час до У, не побоявшись дождя и ветра, чтобы исследовать территорию. Поросший травой парк, отделенный от реки набережной. На восточном берегу — «Гранд-отель» к северу, к югу — пруд. На западном берегу — Музей изящных искусств к северу, аэропорт Суншань к югу. Лучший вид открывался с причала прогулочных лодок возле баскетбольной площадки — поле зрения ничем не загорожено. Он спрятался за складским навесом, прикрыв Ml брезентом. Пять часов пополудни, темнеет, но еще не настолько темно, чтобы зажглись фонари.

У вошел в парк, и холодный ветер проник ему за воротник. У самой баскетбольной площадки пришло следующее сообщение:

«Идите к причалу».

Твою мать. Там ведь самый ветер.

На причале никого. Подшутили над ним, что ли? Зазвонил телефон:

— Инспектор У, прошу прощения за выбор места, вы, наверное, продрогли.

— Где вы?

— Неподалеку. Мне нужна кое-какая информация.

— А я думал, это вы мне хотите что-то сообщить.

— Инспектор, видите дерево в трех метрах от вас, слева?

У оглянулся. Недавно посаженная каранджа толщиной в бедро мужчины.

— Вижу.

— Смотрите очень внимательно.

У всмотрелся, не понимая, в какую игру с ним играют. Каранджа встрепенулась, в лицо ему брызнуло дождем.

— Видите каменную скамью в двух метрах от вас, справа?

— Да.

— Смотрите очень внимательно.

С верха скамьи слетело облачко пыли. Кусок камня исчез.

— Теперь посмотрите на кирпич возле вашей ноги, тот, что покрыт листьями.

Листьями, только что сбитыми со стоящего неподалеку дерева.

— Вижу. И буду смотреть очень внимательно.

Пуля раздробила кирпич, превратив листья в крошево. Облачко пыли поднялось почти до глаз У.

— Запугивание сотрудников полиции влечет за собой последствия.

— Вы расследуете смерти Чжоу Сехэ и Чэнь Личжи и смерти еще двоих, с которыми я не знаком. Так что вы единственный, кто может мне помочь.

— Ай Ли?

— Верно, инспектор. Это я. В данный момент не могу встретиться с вами лично, поскольку являюсь подозреваемым в указанных убийствах. И пожалуйста, не делайте глупостей. Я на другой стороне реки, и у меня здесь превосходный обзор.

— Что вы хотели знать?

— Кто пытается меня убрать?

— Вот это мы и стараемся выяснить. Послушайте, давайте лично…

— Сейчас я главный. Я задаю вопросы. Вы будете спрашивать, когда поймаете меня. И обещаю, что буду честен с вами, если вы будете честны со мной.

— Продолжайте.

— На какое ведомство работал Качок?

— Разве он не ушел из армии?

— Он явно работал на кого-то, иначе зачем бы ему убивать меня. Я его знаю. Прирожденный солдат, слепо следующий приказам. Так кто отдавал эти приказы? Поверьте, других соображений у меня нет. Это явно какой-нибудь функционер.