Чтение онлайн

– Убийцы Волков...

– Это хорошо. Я тоже не люблю волков. Воруют у меня добычу, - сообщил Блейд и угрожающе скрипнул зубами. Туземец затрясся.
– Сколько воинов в племени?

– Шесть по десять...
– дикарь метнул взгляд на мертвые тела и уточнил: - Нет... Теперь меньше...

– Кто вождь?

– Харат Мощная Шея.

– Мои собаки, мои нарты, мое мясо и моя женщина - целы?

– Собак и нарты не трогали, мясо - съели, женщина...
– он замялся, и Блейд, снова скрипнув зубами, дернул ремень.

– Ну?!

– От нее несет страхом, как холодом от ледяного поля... Никто не решается тронуть ее... хотя мясо нежное...

– Это тоже хорошо, - Блейд успокоился.
– Где ее держат?

– В хижине шамана... Плата Рваное Ухо... Связанной... Плат собирается сегодня очистить ее и... и...

– И?..
– разведчик положил тяжелую руку на горло туземца, придавив кадык.

– Будет пир...

– Ладно! Пир я вам обещаю, - он ухмыльнулся.

– Великий! Пощади!
– туземец снова повалился ему в ноги.

Рывком поставив его на ноги, Блейд рявкнул:

– Где стойбище? Далеко? Где юрта вождя? Где живет шаман?
– он приблизил клыки дайра, торчавшие перед его лицом, к шее дикаря. Тот судорожно сглотнул.

– Юрты близко... за тем утесом...
– он вытянул руку.
– У Харата большая палатка посередине... Плат... он ставит юрту на отшибе... за кругом... Увидишь сразу, Великий...

– Хорошо! Жизнь я тебе обещал, но и только. Разведчик завел пленнику руки за спину и крепко связал кисти, захлестнув конец ремня вокруг шеи. Другим концом обхватил лодыжки, притянув ступни к самым ягодицам. Бросив беспомощного стража на снег, он подобрал оружие, сверток с тюленьим мясом и, не таясь, обогнул огромную ледяную глыбу.

За ней, на расчищенной площадке неподалеку от курившейся паром проруби, темнело кольцо юрт; одна, покрупнее прочих, стояла в центре. С внешней стороны кольца, как раз на пути Блейда, располагался небольшой шатер, украшенный волчьими черепами и хвостами - обитель шамана. Кое-где курились костры, разложенные на плоских камнях - видимо, их привозили с твердой суши; у огня хлопотали женщины в мохнатых куртках и штанах, вокруг них вертелись ребятишки и собаки. Рядом с торосами выстроилось две дюжины примитивных нарт, и разведчик сразу узнал среди них свои сани - они были гораздо длиннее и шире. Он покрутил головой, осматриваясь, но мужчин нигде не было видно. Отсыпаются в юртах, сожрав украденное мясо, решил Блейд.

Долгих пять секунд он глядел на жалкое стойбище, представляя, как зальет его кровью, как изрубит и переколет всех, от Харата, вождя этой шайки, до последнего шелудивого пса. Он снимет головы половине воинов прежде, чем они очухаются и поймут, что происходит... а остальных, наверняка, хватит столбняк от страха... Он убьет их тоже, а потом примется за женщин, детей и собак...

Тьфу! Блейд с отвращением сплюнул, и картина кровавой бойни растаяла. Да, он может сделать это - но не сделает. Разве только в случае крайней необходимости...

Широким шагом он направился к шатру колдуна, прятавшемуся в тени айсберга. Отсюда до кольца юрт было ярдов пятьдесят; его никто не заметил, лишь пара-другая собак жалобно заскулила. Разведчик откинул полог, вошел и ударом кулака отправил в небытие Плата Рваное Ухо, который окуривал крепко связанную Аквию вонючим дымом.

– Риард! Ты пришел!
– она закашлялась, но глаза ее сияли сквозь густые клуба словно два хризолита, источавших чистый зеленый свет.

– Куда я денусь!
– буркнул Блейд, осторожно перерезая ремни лезвием топора. Он выпрямился, поставив Аквию на ноги.
– Двигаться можешь?

– Наверно...
– тон ее был неуверенным.
– Мы сейчас уйдем?

– Мы уедем... Тут наши собаки, сани и наши должники. Сейчас я с ними поговорю... потолкую! Шагай за мной.

Схватив тело шамана за ногу, он потащил его к юрте вождя: Аквия едва поспевала за ним. Теперь их заметили. На несколько секунд женщины застыли в недоумении, потом, сообразив, кто явился к ним в гости, начали с визгом разбегаться, хватая детей.

Блейд бросил труп, выдрал из снега три костяных стояка, поддерживавших юрту Харата, и опрокинул ее набок. Вождь, разбуженный этим бесцеремонным вторжением, выпростал голову из-под меховой полости и сел, недоуменно моргая: шея у него действительно была толстая.

– Узнаешь меня, Харат?
– разведчик оперся на копье, сверля взглядом побледневшего как смерть туземца.

– В-ве-ликий Дайр!
– вождь в ужасе открыл рот.

– Дайр, - подтвердил Блейд, пошевелив ногой голову мертвого шамана. Плат был плохой колдун. Не предостерег вас от набега, и Убийцы Волков проявили ко мне непочтительность. С ним я уже рассчитался, охранников твоих съел... да, съел. Плохое мясо, жесткое... Ты - другое дело. Ты - вождь, толстый, жирный...

Харат, сидя в ворохе шкур, судорожно хватал ртом воздух. Мужчины начали выползать из шатров, но при виде жуткой гигантской фигуры в центре стойбища их брала оторопь. Те, кто посмелее, ринулись к торосам, прятаться; человек десять без сил опустились в снег. Блейд был доволен - кажется, дело можно закончить без кровопролития.

Он скрипнул зубами и потянулся к вождю волосатой лапой. Харат, словно очнувшись, забился, как зверь в капкане, заверещал:

– В-великий, не надо... н-не...

– Мои собаки?
– грозно спросил Блейд.

– 3-десь...

– Нарты?

– Ц-целы...

– Вели своим бездельникам запрягать.

Вождь провизжал приказ, сопроводив его парой ругательств, которые остались непонятны разведчику. Он подтолкнул Аквию туда, где дикари начали суетиться около саней, и велел:

– Присмотри, чтобы не перепутали собак.
– По том опять повернулся к Харату и продолжил перечень похищенного имущества: - Мое мясо?

– С-съели, Великий... Мы т-так голодны...

– Я бы этого не сказал, глядя на твой загривок, - Блейд поднял топор. Если не хочешь расстаться с головой, давай мясо - все, какое есть, - и лучшие шкуры. Все - на сани! Живо!

– В-великий... х-хочешь молодую женщину? Или двух? Самых мягких?

Блейд изобразил глубокое раздумье.

– Пожалуй, нет, - произнес он, - перебил аппетит твоими стражами. Хочу мяса морских зверей... жира... теплые шкуры... вот эти, - он ткнул копьем в груду мехов, на которых почивал вождь.

– В-все будет, как ты сказал...

– Тогда вставай и пошевеливайся!

Харат вскочил, как резиновый мяч, и принялся распоряжаться. Минут через пять за спиной Блейда свистнул снег, и нарты, которыми правила Аквия, затормозили у перевернутой юрты. Вождь бросился к своей постели, потащил шкуры. Рыкнув на него пару раз для острастки, разведчик устроился в санях и поманил Харата к себе.

– Я милостив сегодня, - сообщил он туземцу, - но в следующий раз мой гнев будет страшен! Я иду к Берглиону, и не желаю никого видеть на своем пути. А потому ты, волчий потрох, пошлешь немедленно гонцов ко всем остальным ублюдкам на севере... что глодают кости у своих прорубей. Гонцы скажут так: Великий Дайр идет, бегите с его дороги! Понял?