Чтение онлайн

Резко приходит настороженное переосмысливание последних событий.

Колька называл этого важного заказчика на горном спуске папой… а значит, получается, что компании ненавистного мажора мне не избежать. Так или иначе.

— Итак… это Ника, ваша подруга-новичок, о которой вы говорили, — суховато констатирует Сергей Евгеньевич, подзывая официанта слегка пренебрежительным движением указательного пальца. — Лучшего способа, чем живая практика, для освоения горных лыж и не придумать. Восторг первого спуска, неповторимая атмосфера величественных гор… да… — сухость тона сменяется рассеянной мечтательностью буквально на секунду и тут же возвращается: — Вот только за девушкой вашей глаз да глаз нужен, Матвей Эдуардович. Чтобы трагедии не случилось. Какие у вас планы на завтра? Может, стоит подумать об опытном инструкторе? Наверное, вы не обладаете достаточной квалификацией для подстраховки вашей очаровательной подруги…

Сергей Евгеньевич говорит всё это вроде бы вежливо, но с такими интонациями, будто хочет уколоть собеседника как можно болезненнее. А может, в этом и выражается его месть за жёсткую манипуляцию с приглашением на обед без возможности отказа.

Мне вдруг становится ужасно обидно за Морозова.

— Ничего подобного! — с жаром возражаю я. — Матвей — самый гениальный инструктор, какого только можно себе представить. Только благодаря ему я сумела преодолеть свой страх перед лыжами за такой короткий срок и решилась пойти сразу на горную трассу… Никакой другой инструктор не сможет его заменить. А наше с вами столкновение произошло только потому, что я его не послушалась и повела себя на трассе очень неосторожно.

Моя пламенная речь в защиту Морозова вызывает на лицах Сергея Евгеньевича и — неожиданно! — его помощника с бородкой синхронно-снисходительные улыбки. Как будто они наблюдают перед собой не взрослого человека с логичной аргументацией, а пылкую маленькую девочку, которая пытается донести до них свои наивные детские ценности.

Возле стола вырастает фигура официанта, вежливо вытянувшись в струнку.

— Пожалуйста, ваши меню.

Официант кладёт на стол папки с расписным логотипом гостиницы и тем самым оттягивает на себя внимание всех… кроме Морозова.

Я ловлю на себе его задумчивый взгляд, а затем он вдруг наклоняется ко мне и тихо говорит:

— Я впечатлён. Спасибо.

Впечатлен… в смысле, игрой во влюбленность?

Робко поднимаю на него глаза и открываю рот, чтобы шепотом пояснить — это никакая не игра, а самая настоящая искренность и чистая правда. Но тут Сергей Евгеньевич, не отрывая взгляда от меню, добродушно заявляет:

— Знаете, Матвей Эдуардович… я вам даже завидую. Видно, что ваша девушка действительно вас любит. Такое не так уж часто встречается в нашем обществе, как принято считать.

От молчаливо-угрюмого Кольки доносится отчетливое фырканье.

На Морозова он, кстати, сейчас взирает совсем иначе, чем совсем недавно на горной трассе. Тогда Колька явно не узнал влиятельного хозяина своего любимого рок-клуба «Су-Рок». Но теперь это весомое открытие успело произвести с «акциями» моего спутника феноменальный скачок в его личном рейтинге…

…и раздуть колькину враждебность ко мне вдвое.

— Ну ещё бы не любить звезду Морозного клана, папа… — вполголоса бубнит он. — Знал бы ты, сколько в его клубе таких вот «любящих» девчонок ошивается…

Его отец бросает на него поверх меню недовольный хмурый взгляд.

— А вот это сейчас было грубо, сын.

Родительское замечание действует на Кольку, как спусковой крючок. Словно нарываясь на ещё большее неодобрение, он вызывающе отбрасывает от себя папку с меню и резко поднимается из-за стола.

— Ты куда? — останавливает его Сергей Евгеньевич.

— Пойду прогуляюсь, — отвечает Колька через плечо и бросает на меня раздраженный взгляд, — чтобы особо нежным личностям аппетит тут не портить неприятненькой правдой.

Когда он уходит, за столом на пару секунд повисает неловкое молчание. Я опускаю глаза, стараясь не показывать своих настоящих эмоций.

Колючий выпад мажора задел меня гораздо больше, чем я думала. И в очередной раз напомнил, что Морозов — не моего поля ягода. Он популярный рок-певец, у которого до сих пор куча поклонниц, несмотря на официальное завершение карьеры главного вокалиста в «Морозном клане».

И вообще среди студенческой тусовки он востребован настолько, что при анонсе любого его спонтанного выступления фанатичные студентки плюс яростные поклонники рок-музыки буквально штурмуют его клуб «Су-Рок» огромными толпами.

Все эти почитатели его таланта — а в случае, когда дело касается женского пола, и обаятельной мужской харизмы, — всегда будут присутствовать в его окружении. Даже если у нас с ним возникнут серьёзные отношения. И все будут считать, что я встречаюсь с ним в первую очередь из-за его популярности и высокого социального статуса…

Так что Колька по сути в каком-то смысле действительно сказал неудобную правду. Отразил видение нашей потенциальной близости с Морозовым в глазах посторонних людей.

— Прошу прощения, Матвей Эдуардович, — морщится Сергей Евгеньевич. — Мой сын сегодня не в духе с самого утра. Переходный возраст, юношеский максимализм… сами понимаете.

Морозов небрежно приобнимает меня за плечи. Приятный жар его ладони я ощущаю сквозь тонкую ткань платья так, будто он прикоснулся к моей голой коже напрямую. И от этого щеки начинают слегка гореть.

— Я понимаю, — любезно соглашается он. — эмоциональная нестабильность — просто бич в этом возрасте. Но его слова — это точно не про меня с Никой. Потому что наши отношения строятся на уровне души, а не музыкального фанатизма. Верно, любимая..?

Его пальцы властно сжимают моё плечо, требуя подтверждения. Я собираюсь послушно кинуть и просто улыбнуться… но вдруг подчиняюсь внутреннему побуждению — и робко прижимаюсь к боку Морозова в позе безграничного доверия.

Чувствую, как он удивлённо замирает и как-то странно смотрит сверху вниз. Как будто не ожидал, что я вообще способна кого-то обнять по своей инициативе.

Зато Сергей Евгеньевич, ради которого мы и затеяли это представление, взирает на нас со снисходительным одобрением.

— Хорошо, что мы выяснили это, — усмехается он. — Давайте тогда наконец уже сделаем заказ. Я проголодался.

Обед проходит в достаточно легкой и непринуждённой обстановке. Если не считать небольшого напряжение с которым помощник Сергей Евгеньевича посматривает на меня, конечно.

Морозов беседует с последним о каких-то малопонятных мне новостях из мира бизнеса. Но внутренним чутьём я понимаю, что таким образом он готовит удобный плацдарм для обсуждения интересующей его темы. А именно — тендера по спорным околодачным земельным участкам.