Чтение онлайн

– Посмотрим!
– прорычал Шувалов.

И я едва успела шмыгнуть в какую-то приоткрытую дверь, пытаясь осмыслить полученную информацию. Ребенок, которого я ношу, может быть и от Шувалова. А благородство Демида не распространяется так далеко, чтобы растить чужих детей. Но с чего он решил, что я позволю куда-то отдать свое дитя?

Я подождала, чтобы немного прийти в себя. Приключений на сегодня было более чем достаточно. Нужно взять ключи и... поехать домой, собрать вещи, снять деньги с карточки. А дальше - уехать. Чем дальше - тем лучше.

– Демид!
– позвала я негромко, - Я звонила, ты не брал трубку.

– Что тебе?
– он сидел за столом, уронив голову на сцепленные в замок руки, но сразу же выпрямился, не желая быть застигнутым в момент слабости.

– Я ключи потеряла.

Он окинул меня цепким взглядом.

– Нагулялась? Домой пора? Ничего не хочешь мне рассказать? Друга своего встретила?

Мне нужно время, совсем чуть-чуть, чтобы сбежать.

– Я на вечеринку ходила. Но мне там не понравилось. О чем я должна тебе рассказать? И про какого друга ты говоришь? В клубе полно народу.

Да, лучше делать вид, что ничего не знаю. Мне всего лишь нужны ключи.

– Про беременность, Лерочка. Ты забыла мне рассказать. А вот Ромка в курсе. Как так, не знаешь?

Терпение сегодня не мой конек.

– Сам бы у него и спросил.

Его взгляд тяжелеет, потом он смотрит в монитор видеонаблюдения и настроение у него портится окончательно.

– Ты же все слышала? Да? И кого же из нас поздравлять с будущим отцовством?

Зачем он меня мучает? Разве я такого хотела?

– Не знаю, - мой ответ звучит глухо.

– Да уж, приличная девочка Лерочка! Докатилась. Даже не знаешь, от кого беременна.

И такое пренебрежение звучит в его голосе, что меня передергивает. Я сама не замечаю, как подхожу ближе. Смотрю с ненавистью.

– Лучше бы от Шувалова. Как это было с ним, я хотя бы не помню. А вот то, что вытворял со мной ты, я очень хочу забыть.

Его глаза становятся бешеными. В следующую секунду щеку обжигает хлесткий удар, от которого я лечу на кресло.

Демид стоит, не шевелясь. С его губ срывается тихое:

– Лер! Я не хотел.

А я сразу же вскакиваю на ноги, кричу:

– Ненавижу тебя! Как же я хочу, чтобы ты сдох!

Демид цедит мне в ответ через стиснутые зубы:

– Сделаешь аборт, поняла? Никаких детей у тебя ни от меня, ни от него не будет! Иначе пошла вон!

– Сам ты пошел на хер!
– бросаю на ходу, вылетая из кабинета.

Мчусь по коридору, ничего не видя перед собой, прикрывая рукой щеку.

Не знаю, что это был за день, но по коридору "Взрыва" шел человек, который был виновен во всех моих несчастьях. Я уже практически не контролировала себя, поэтому бросилась на Власова, желая расцарапать ему лицо, чтобы хоть как-то уменьшить собственную боль.

– Ненавижу! Это все из-за тебя!
– прошипела я.

Власов внимательно меня рассматривал. Судя по неприятным ощущениям, то, что меня ударили, было заметно.

– А ну-ка пошли со мной. Поговорим.

Он подхватил меня за руку и повел за собой к выходу. На улице стояла его машина. Я пыталась по дороге вырваться и в машину садиться не хотела, не забыв еще, чем закончилась наша прошлая поездка. Однако Власов был настойчив. Он посадил меня в салон.

Потом он заблокировал двери и залез ненадолго в телефон. Написав что-то, развернулся ко мне и приказал:

– Рассказывай.

Я через силу улыбнулась:

– О чем? О том, как твой приятель меня насиловал, а потом забрал к себе и драл, как только мог? Об этом тебе рассказать? За что ты так со мной? Я ведь ничего плохого тебе не сделала!

Никакого желания быть тактичной я не испытывала. Однако сидящий рядом мужчина не из тех, кого можно смутить.

– Об этом не надо. Я и так догадался, что он не в ладушки с тобой играл. С лицом что?

Я вспомнила, как Демид кричал про аборт и губы невольно задрожали.

– Синяк. Не видишь, что ли? Такие у Демида аргументы, чтобы я аборт сделала.

Ладонями закрыла лицо, и разрыдалась. Как я устала быть сильной!

– А я не могу на аборт! У меня отрицательный резус-фактор. У меня потом вообще детей не будет. Как же я вас обоих ненавижу! Что вы с моей жизнью натворили? Психику мне изуродовали. Я до сих пор от того, что до меня дотрагиваются, вздрагиваю. Теперь он из меня еще бесплодную сделает. А когда надоем, в какой-нибудь притон сдаст! Ненавижу!

Я заплакала тише. Рук от лица так и не отняла. Рассказывать о том, что я вообще не знаю, от кого беременна, не стала. Вряд ли это ему интересно.

Роман молчал, словно что-то обдумывая.

Затем спросил:

– Ребенка будешь оставлять?

Я, услышав его вопрос, отняла ладошки от заплаканного лица и неожиданно даже для себя самой твердо произнесла:

– Буду.

Мне безразлично, от кого этот ребенок. Он - мой. И у нас с ним все будет хорошо.

– Тогда я тебе помогу. В Питере есть кризисный центр для женщин. Они предоставят жилье, помогут получить какую-нибудь профессию, после рождения малыша помогут с ним. Короче, дадут тебе шанс встать на ноги. И денег я тебе тоже дам. Ты согласна?

Я с сомнением посмотрела на Власова:

– С чего вдруг такая щедрость?
– ведь я уже знала - никто и ничего не делает просто так.

Он ответил, как мне показалось честно:

– В том, что случилось с тобой, есть и моя вина. Я взрослый мужик и должен был дать тебе по голой заднице, потом отвезти к отцу. Но твой папка загнал меня в угол. Я поступил так, как поступил. Однако я хочу тебе помочь.

Я отвернулась к окну. Мне не хотелось снимать деньги с карты Демида и выслушивать упреки еще и из-за этого.

– Я не в том положении, чтобы отказаться. Если поможешь, то спасешь моему ребенку жизнь.

– Документы твои где?
– задал Роман следующий важный вопрос.

– У Демида. Где, не знаю. Чтобы я вообще не трепыхалась.

– Ладно. Это ерунда. Я договорюсь, тебе новые сделают.

В машине раздался звонок сотового. Зажигательная мелодия никак не вязалась с мрачной атмосферой, царившей в салоне. Моя рука машинально нырнула в маленькую сумочку и вытащила последнюю модель айфона. Я смотрела на экран телефона, не желая отвечать. В конце концов, он мне рассказал всё, что думает обо мне на самом деле.