Чтение онлайн

Сейчас, как никогда прежде, мне отчаянно хотелось в это верить.

– Ваша комната, нэсса.

– Мисс, – поправила я. Кажется, скоро это войдёт у меня в привычку. – И спасибо, что проводил.

На секунду мне показалось, что Джек хочет что-то сказать, но он промолчал, развернулся и поспешил прочь, оставляя меня одну. Я же не стала зря терять время и толкнула дверь, да так и замерла на пороге. Комната была просто огромной. Тяжёлая резная мебель, мраморный камин, а рядом два кресла и столик со свежими розами в вазе. Ковёр с таким густым и высоким ворсом, что хотелось разуться и пройтись босиком. И среди всей этой красоты мой старый сундук из рассохшихся и почерневших со временем досок. Он смотрелся здесь не менее нелепо и чужеродно, чем я. И всё же комната была слишком прекрасной для пленницы, а именно ею я и себя и ощущала.

Я прошлась по комнате и остановилась возле камина. На нём стояла фигурка Богини Селены-Сауле. Одна её половина имела голубой глаз, светлые волосы и светлую кожу, а одежда была белее снега с голубой каймой. Другая – напротив была смуглой кареглазой и темноволосой, и одежда была под стать облику – чёрная с золотой каймой. Светлая половина протягивала руку вперёд, тёмная напротив заводила за спину. Ведь в ней был нож. Богиня символизировала дуализм. День и ночь. Добро и зло. Тёмное и светлое начало, которое есть в каждом человеке.

Правда, согласно легенде, их всё же было двое. Настолько же похожих насколько и разных. Один разрез глаз, форма скул и носа, одинаковая фигура. Разница лишь в цвете глаз и волос, да выражении лица. Невинное, доброе и ласковое – у Сауле и злое, коварное и лживое – у Селены.

Согласно легенде сёстры постоянно спорили, сманивали людей на свою сторону, и это так надоело их отцу прародителю, создавшему нашу землю, что он навечно соединил их. И приказал следить за людьми по очереди. Сауле он отдал день, ведь была она также светла, добра и ласкова с людьми, как солнце. Селене же досталась ночь, тёмная, холодная и опасная, как и её душа. И с тех пор сёстры больше не виделись, а их вражда продолжается до сих пор. И теперь одна – Светлая Богиня – дарила нам радость и счастье, покровительствуя белым магам. Вторая же – Тёмная – несла болезни, войну и разруху. Её почитали воры и убийцы. Ей подносили кровавые жертвы те, кто жаждал получить благословение на свои чёрные дела.

Где-то дома у нас была такая же, хоть отцу наука была ближе веры, и меня он учил тому же. Потому молиться я не умела, хоть мачеха и старалась позже, водя меня и Кэтрин на еженедельную воскресную службу. Но я так и осталась глуха к подобному, не видя смысла в молитвах, и сейчас задерживаться надолго возле фигурки не стала. Развернулась и вздрогнула, натыкаясь взглядом на незнакомую девушку в простом голубом платье с белоснежным передником. У неё были такие же светлые волосы, как у Мэри, и сердце моё сжалось при воспоминании о ней.

– Здравствуйте, достопочтенная нэсса. Я – Джейн. – Она присела в реверансе, а я от удивления забыла поправить её. Никогда прежде со мной не говорили с таким почтением. – Я буду вашей горничной всё время, что вы проведёте в замке.

Что я проведу в замке? Значит, слуги всё-таки не знают всей правды. Или герцог как-то обманывает их? Была ещё слабая надежда, что меня всё-таки ждёт иная учесть, нежели его невест.

– Вы ещё можете успеть к завтраку, если мы поспешим.

Она шагнула к сундуку.

– Мне не нужна помощь с платьем, – возразила я, за что тут же удостоилась недоверчивого хмурого взгляда. – Я просто хочу немного отдохнуть. – Я улыбнулась и добавила: – Ужасно волнуюсь.

Недоумение, появившееся на её лице, быстро сменилось покорностью.

– Конечно. Как пожелаете.

Она вновь присела в реверансе, таком искусном, что я бы ни за что не смогла повторить.

– И ещё. Тебе не нужно так ко мне обращаться. Я… – «Такая же, как ты» хотела сказать я, но сочла, что это слишком грубо. – У меня нет титула.

– Это не имеет значения, – возразила она с улыбкой. – Все гости герцога равны для нас. Если вы просите, я оставлю вас, но прежде позвольте вам кое-что отдать. – Она подошла ближе и протянула руку, взглянула на меня выжидающе, и я тут же повторила её движение. – Вот возьмите. Если я вам понадоблюсь, просто сожмите его.

И она накрыла мою ладонь своей, а затем сжала мои пальцы в кулак. А затем, сделав ещё один реверанс, практически бесшумно скрылась за дверью. Я же разжала пальцы и не без удивления посмотрела на содержимое: маленький кристалл – его, скорее всего, и нужно было сжимать для вызова служанки – и узкий клочок бумаги. Последний я тут же развернула, пробежала глазами и нахмурилась. Это была записка. Совсем крохотная, всего одна строчка: «Не верьте всему, что вам говорят».

Я еле успела дочитать, когда записка вспыхнула, обращаясь пеплом и оставляя жирный чёрный след на коже. Интересно. Неужели мне повезло так быстро обзавестись союзником?

Желание сжать кристалл, вызвав тем самым служанку, и расспросить обо всём, было настолько сильным, что я с трудом сдержалась. Но спешка в этом деле явно была лишней. Джейн что-то говорила про завтрак. Что ж, если меня пригласят на него, то там я, скорее всего, и увижу герцога. А после уже и буду делать выводы.

Если останусь жива.

Но времени для того, чтобы успокоиться и всё обдумать, мне не дали. Слуга пришёл вскоре после ухода Джейн, постучал, а я не сразу сообразила, что он ждёт разрешения войти. И теперь следовала за ним по коридорам, тщетно пытаясь запомнить дорогу и с ужасом понимая – сбежать отсюда будет не так уж просто. Да я же просто заблужусь!

Я знала одно заклинание, которое могло помочь, но никогда прежде не применяла его. Да и куда бежать? Обратно в город? А оттуда? У меня ведь нет денег даже на дилижанс. Только если прихватить что-нибудь из замка и попытаться продать старьёвщику. Но при одной мысли об этом что-то внутри меня противилось. Одно дело вещи отца, которыми мачеха завладела нечестным путем. И совсем другое – герцога. Я ведь не воровка какая-нибудь. Правда, он собирается забрать мою жизнь, а в борьбе за неё все средства хороши. Да и, кажется, иного выхода у меня всё равно нет.

Поглощённая своими мыслями, я шла, не глядя, и чуть не налетела на спину слуги, остановившегося перед двустворчатой белоснежной дверью. Но он ничего не сказал, лишь кашлянул и распахнул одну из створок, пропуская меня вперёд и объявляя:

– Прибыла нэсса…

– Мисс, – поправила я тихо. – Мисс Эмма Гринвел.

И последний раз одёрнула юбку, пытаясь прикрыть пыльные сапоги.

– …мисс Эмма Гринвел, – повторил он громко.

А я шагнула и замерла. Кажется, ещё совсем недавно отведённая мне спальня казалась огромной, но это комната была ещё больше. Намного больше. С двумя огромными хрустальными люстрами под самым потолком и укрытым белоснежной скатертью столом. Таким длинным, что, я уверена, те, кто сидят на его противоположных концах, ни за что не услышат дуга друга без помощи магии.

В нос ударил запах хвои смешанный со сладким ароматом жаренного мяса и горчинкой цитруса. И я сглотнула слюну. В царившей здесь тишине этот звук показался оглушительно громким, но на меня и без того уже обратили внимание. Их было двое: мужчина во главе стола и женщина по левую руку от него. Женщина сидела спиной ко мне, поэтому я видела лишь её белокурый затылок, оголённую шею и часть спины, затянутую в голубой атлас. Мужчина же сидел в пол оборота. На нём не было ни пиджака, ни галстука, только жилет и рубашка. И он неотрывно смотрел на меня, прожигая взглядом. А я, не зная, куда деть руки и что делать дальше, вцепилась в юбку, нервно комкая её во вспотевших ладонях. Невольно отступила, когда он встал и сделал первый шаг. Нас разделяло не больше десяти шагов, и он преодолел их довольно быстро, остановившись в шаге от меня.