Снежная роза
Шрифт:
Вышла она на удивление быстро для своего положения и с силой хлопнула дверью напоследок.
– Что ж, теперь можно насладиться завтраком.
Я вздохнула, молча соглашаясь с герцогом. Без неё, кажется, и дышалось легче.
Правда, несмотря на сказанные слова, к еде он так и не притронулся. Поэтому завтракала я в одиночестве, но так и не решилась попробовать бекон и сосиски, довольствуясь рассыпчатым картофелем, тостами с джемом и смородиновым пудингом. Чай же оказался таким вкусным, крепким и сладким, что я не заметила, как выпила три чашки подряд. А когда закончила, откидываясь на спинку стула, и отложила салфетку, то герцог вновь напомнил о себе.
– А теперь можно и поговорить.
Он встал первым, но, к моему удивлению, пошёл не к двери, а к стене. Остановился в шаге и приложил ладонь к деревянной панели. На ней тут же вспыхнула золотым огромная, в человеческий рост, пентаграмма. Я не без труда встала после такого плотного завтрака и подошла ближе, завороженно глядя на знакомые символы, которые быстро исчезали, образуя на месте стены проход в другую комнату. Удивительно, я боялась использовать пентаграмму для побега, хоть и знала примерно схему. Он же переходит с её помощью между комнатами и, кажется, ни капли не боялся лишиться при этом, скажем, руки. Впрочем, сейчас и я не боялась, подгоняемая любопытством, шагнула следом за ним в полумрак. Это был мой первый подобный переход.
Щелчок, и тяжёлые бархатные портьеры на единственном окне с лёгким шорохом разошлись в стороны. Комната оказалась кабинетом с камином, шкафами во всю стену, заставленными книгами, массивным столом и двумя глубокими креслами. В одном из них и расположился герцог, указывая мне на второе, а я не могла отвести взгляда от своей «Розы», стоящей на краю стола. Невольно шагнула к ней, отмечая главную перемену – другой кристалл. Хоть и размер его, и цвет были практически такие же. Но я провела столько времени, приделывая его, что теперь легко бы узнала из сотни похожих.
– Вчера на балу ваша матушка…
– Мачеха, – поправила я, садясь на самый краешек кресла.
– Что ж. – Он кашлянул. – Ваша мачеха подарила мне эту чудесный вещь и сказала, что вы сделала её сами. Это так?
Я кивнула, хоть и не совсем понимала, к чему этот разговор. Всё происходящее казалось мне странным. Страх уходил, уступая место любопытству и недоумению, но я всё равно избегала смотреть на герцога прямо.
Конец ознакомительного фрагмента.