Чтение онлайн

– Великолепно. Благодарю вас.

Я вздохнула с облегчением, когда ее лицо исчезло с экрана.

– Рейчел Кэпшоу, ты уже в пути.

Когда пришел контракт, я без раздумий подписала его своим новым именем, стараясь, чтобы почерк был как можно менее похожим на мой собственный. А в машине имеются портативный мольберт, краски, кисти, холст и бумага. На всякий случай, если вдруг появится Элисон.

Медленно и тщательно изучая пакет информационных материалов, я нахожу то, что мне надо знать об отоплении и системе горячего водоснабжения. В подвале есть огромный старый котел, но я решаю сегодня туда не ходить. Кроме того, имеются водонагреватели, и мне удается зажечь газ в кухне и ванной, расположенной поблизости от нашей спальни. Когда появляется горячая вода, я тщательно убираю помещение, отскребаю чугунную ванну, пока эмаль не становится почти белой, не считая царапин и ржавых потеков. Хотя при уборке меня прошибает пот, здесь по-прежнему очень зябко. Ледяной кафельный пол и стены дышат на меня холодом, и здесь даже нет батареи, чтобы согреть ванную, только электрический обогреватель высоко на стене. Я включаю его, и вскоре он начинает светиться оранжевым, однако тепла явно не хватает, чтобы прогнать холод из ванной.

Мне не нравится мысль о том, что Хедер будет находиться в этом сыром холодном помещении с твердыми поверхностями. Ей здесь не место. Однако какой у меня есть выбор?

Я устала. Сегодня я въехала в «Райский Дом», убрала в нашей спальне, кухне и ванной и разобралась с гостиной. Приступая к приготовлению ужина на старой плите в кухне, я вздыхаю от усталости, но также от ощущения того, что работа сделана. Мы убежали. Никто не знает, где мы. Они могут знать, что Рейчел Кэпшоу приехала в этот огромный старый дом, чтобы найти свое творческое «я», однако не знают, что здесь я и что со мной Хедер.

Пока я готовлю, Хедер слоняется по кухне и что-то напевает себе под нос. Она такая хорошая. Ни вопросов, ни жалоб. Кажется, Хедер рада, что она здесь, если не считать ее единственного упоминания о родном доме. Возможно, она думает, что мы на каникулах. Она не спрашивала о Рори. Пока не спрашивала. Но мы здесь всего лишь один день.

Что она напевает?

Она бродит вокруг меня. Под мышкой у нее любимая набивная кукла, которую подарила Каз, когда Хедер было около четырех лет. Это старомодная тряпичная кукла с ярко-рыжими шерстяными волосами, болтающимися бледными ногами и руками, торчащими из цветного сарафана. У куклы пристроченное лицо: две черные пуговицы изображают глаза, красный перевернутый полукруг – улыбку, на щеках два розовых кружка. Хедер зовет ее Спаркни. Я хмурюсь, когда Хедер проходит мимо меня, описывая очередной круг и напевая.

Не припоминаю, чтобы мы брали с собой Спаркни.

Вроде бы я не видела ее в последнее время. Я думала, что она исчезла, как и все прочее. Однако вот она, под мышкой у Хедер.

Я пожимаю плечами и поворачиваюсь к сковороде, в которой жарю лук.

Хедер продолжает напевать. Из-под ее подмышки улыбается Спаркни.

На следующий день я спускаюсь в подвал и запускаю котел, чтобы включить некоторые батареи отопления. Как только они нагреваются, конечно, появляется солнце, и теперь мы можем выйти из дома, чтобы обследовать сад. Передняя часть с двором, покрытым гравием, и подъездной дорогой не в таком уж плохом состоянии, хотя кусты рододендрона по периметру непомерно разрослись, а цветочные клумбы пусты, если не считать сорняков и корявых кустов. Однако задняя часть усадьбы, уходящая вдаль, напоминает о том, что за ней не ухаживали очень давно. Это джунгли из голых ветвей, голых кустов, вечнозеленой растительности и мокрой прошлогодней травы, но Хедер, кажется, всем этим очарована. Я смотрю в оба, отыскивая опасности – скрытые пруды или разбитые теплицы, – но не вижу ничего подозрительного. Хедер привлекает купа бочкообразных лавровых деревьев, и она начинает устраивать берлогу во впадине под ними. Некоторое время мы играем вместе, и она делает все так, как ей хочется, устраивая кухню, где камешки изображают посуду, и камин, и спальню. Она собирает папоротник, чтобы сделать из него постель, и тут телефон у меня в кармане начинает пищать.

Я подпрыгиваю. Электронная музыкальная фраза, выбранная мною в качестве рингтона, до сих пор для меня чужая, и сначала я не могу понять, что это. Потом я вспоминаю о телефоне и достаю его. Я купила его с предоплаченным сервисом, но до сих пор не подключилась к Интернету, хотя уверена, что меня невозможно выследить, если при электронной переписке я использую фиктивный аккаунт. Я смотрю на экран. Имени нет, есть только телефонный номер. Я внесла в список только один контакт – Элисон из компании АРК, – и это не она. Единственный мобильный номер, который я знаю наизусть, принадлежит Рори. Это не его номер. Я смотрю на телефон, чирикающий в руке, и не знаю, что делать. Мой пульс ускоряется, дыхание становится учащенным. Я выползаю из-под лавровых деревьев и встаю. Потом, подчиняясь сиюминутному импульсу, я отвечаю безжизненным голосом:

– Алло.

– Кейт?

– Кто это? – Внезапно меня охватывает жуткий страх. Они меня нашли. Я знала, что так случится.

– Это я, Каз. А ты думала кто? Ты давала этот номер кому-нибудь еще?

Я с облегчением вздыхаю. Разумеется. Каз – единственный человек, кроме Элисон, которому я дала этот номер.

– Нет-нет, не давала. Почему ты звонишь?

– Я беспокоилась о тебе. Я хочу убедиться, что с тобой все в порядке.

Во мне нарастает раздражение:

– Я же просила тебя не звонить, разве что в случае крайней необходимости. В экстренном случае. Не надо звонить, чтобы просто провести время, неужели тебе это непонятно?

Голос Каз прозвучал жалобно:

– Но я понятия не имею, ты в безопасности или нет! Ты мне ничего не сообщала.

– Лучше, чтобы ты ничего не знала. Я тебе объясняла.

– Да, но… – Каз стихает. Она знает, что спорить со мной бесполезно. Я настойчивая. Неуступчивая. Теперь еще более твердая, чем когда-либо прежде. Думаю, она все еще привыкает к моей новой личности, той, кто ею помыкает и отказывается вести с ней переговоры.

– А еще, – строго говорю я, – ты забыла использовать код.

– Ой, да, – говорит Каз. – Код.

Ей полагалось отправить мне текстовое сообщение с оговоренным кодовым словом, предупреждая, что она будет звонить, чтобы я заранее знала: на этот звонок отвечать безопасно. Это мог быть ее номер, но можно ли гарантировать, что на другом конце линии именно она? В первый раз, когда я растолковала ей, чего я от нее хочу, она засмеялась и сказала: «Не слишком ли многого ты хочешь?» Однако одного взгляда на мое лицо было достаточно, чтобы она замолчала.

– Прости, Кейт, – смиренно говорит она. – В следующий раз я не забуду.

– Однако звони только в случае крайней необходимости, – напоминаю я. Наступает пауза, и я смягчаюсь. Она помогает мне. Мне приходится на нее полагаться. Я говорю: – Послушай, хорошо, что ты обо мне беспокоишься, но у меня все в порядке. Я в хорошем месте, в безопасном доме. Все замечательно, уверяю тебя. Это как раз то, чего я хотела.

Я смотрю на мокрый унылый сад и на стены огромного дома, возвышающиеся над нами. Отсюда на дом открывается великолепный вид. Красные и черные кирпичи выложены узорами, на верхнем этаже стрельчатые готические окна, а под ними маленькие каменные балконы. На уровне чердака под кирпичными дымовыми трубами в стиле короля Якова проделаны маленькие слуховые окна. Это блестящая стилизация викторианской архитектуры. Я уже чувствую, что этот дом отчасти принадлежит и мне.

– Где ты?

Я делаю паузу.

– Каз, этого тебе я не скажу. Извини. Тебе лучше не знать. На тот случай, если кто-нибудь тебя спросит.

– Ладно… Так странно не знать, где ты. Я не знаю, где тебя вообразить. – Она ждет, как бы надеясь, что я дам ей какую-то подсказку, но я молчу, так что она продолжает: – Как долго ты там будешь?

– Точно не знаю. Наверное, пару недель. – Я колеблюсь, потом все-таки спрашиваю: – Как там Рори? Что-нибудь о нем слышала?

– Пока нет. Думаю, и не услышу, пока он не начнет волноваться. Через день-два, когда поймет, что ты не выходишь на связь. Скорее всего, он думает, что ты отправилась в какое-то небольшое путешествие.

– Да. – Я чувствую, как ощущение безопасности окутывает меня. Никто меня не ищет. По крайней мере пока. – Ну что ж… Это все?

– Да. – Следует пауза, а потом она говорит: – Кейт, еще не поздно вернуться. Тебе не нужно вот так убегать.

– Извини, Каз. – Я слышу, как Хедер зовет меня из-под деревьев. – Сейчас я должна идти. Пока. – Я нажимаю на кнопку отбоя и опускаюсь на холодную землю, чтобы заглянуть под ветви. – Иду, дорогая моя. Что ты сейчас делаешь?

– Кто тебе звонил? – спрашивает Хедер, поднимая на меня большие голубые глаза, в то время как я ползу к ней.