Сними с меня оковы одиночества
Шрифт:
Раздевая ее и себя, я прекрасно осознавал, что мы переспим и стопроцентная гарантия, что мы больше не сможем быть близки. Обнаженные тела, скреплены страстным поцелуем. Я ласкал ее шею и медленно спускался вниз, лаская ее киску. Она вздыхала, и руки ее трогали мои волосы.
Трогая ее грудь, лаская ее клитор, в эти секунды, я осознал, что этот секс для нас последний. Я не хотел, отпускать ее никогда, а быть в роли шлюхи мне надоело. Меня то и дело используют ради удовольствий. Поднявшись к ней, так же лаская и целуя ее части тела, я добрался до шеи. Я повалил ее на живот, и начал ласкать ее спину, затем ягодицы и снова добрался до ее шеи, целуя и вздыхая мочку уха. Я терся членом об вагину, и вот он момент, когда дамочка почувствует проникновение, но я только травил ее, и прошептал ей на ушко.
– Знаешь, дорогая ничего не получиться.
Я не видел выражение ее лица, но почему- то я был уверен, что у нее глаза вылетели из орбиты. Она пыталась развернуться, но я не позволил ей этого.
– Почему?- спросила она.
– Потому что, ты мне дорога. И я не хочу, чтобы мы переспали и разбежались с тобой навсегда. У меня такая новая фишка, мне надоело обжигаться постоянно.
– И что ты предлагаешь – сказала она, уткнувшись в подушку.
– Я предлагаю, если мы не сможем этим регулярно заниматься, тогда и не стоит этого делать. Я хочу быть с тобой.
– Но ты же знаешь, что у меня семья.
– Знаю.
Она задумалась. Или может, сделала вид, что задумалась. По-моему в ее голове бегал таракан, который не осознавал что происходит. Как так раздеть девушку, сделать ей куни и не оттрахать? Только мудак способен на такое. Но я все-таки это сделал. Возможно, я отомстил всем женщинам, которые продинамили множество страдальцев мужчин, но я не хотел мстить. Пришло время поступить как ублюдок, но я не стал.
– Кость, сколько время? – спросила она, перевернувшись.
Я посмотрел на часы, что висели на стене.
– Времени у нас достаточно.
– Нет – сказала она, и посмотрела на часы. – Мне нужно идти на работу.
Она будто бы вырвалась от меня. Усталых женщин от работы очень жаль. Они не хотят уже ничего кроме как лечь на диван или в постель и отдохнуть. Но стоит только их возбудить, как силы появляются и они становятся сильней любого мужика.
Обнаженные тела в постели. Я снова начал ласкать ее грудь. У нее было довольно грустное лицо.
– Я чувствую себя как проститутка – сказала она, прятая свое лицо под одеяло, затем снова раскрывалась.
– Перестань.
– Хуже, я ощущаю себя конченной блядью.
Я обнял ее, сильно, затем поцеловал.
– ЭЙ, ТЫ ТАМ НАВЕРХУ! ТЫ ЭТО ВИДЕЛ? – сказал я, тыкая в потолок пальцем.
Света улыбнулась, улыбнулся я, и начал поднимать руку к потолку и указывать пальцем.
– НАДЕЮСЬ МНЕ ЭТО ЗАЧТЕТЬСЯ? Я НЕ ПОСТУПИЛ КАК УБЛЮДОК. А ХОТЕЛ!
Света рассмеялась. И начала надевать белые трусики и черный лифчик.
– Мне кажется, у них там наверху, есть на каждого человека папка с личным делом.
– Ха-ха – сказала она, и продолжала одеваться.
– А что? Серьезно. Может быть, так и есть. Может быть, сам ОН, взял мою папку и в личном деле поставил большую галочку, типо прощен за все грехи.
– Так не бывает – сказала она, уже одетая.
Я накинул трусы и джинсы. Света стояла возле двери. Мы поцеловались и она ушла. Мне так не нравилось, когда от меня уходят женщины. Уж лучше я от них. Но она ушла, пообещав, что мы увидимся довольно скоро и у нас неоконченное дело. На этой ноте хотелось бы слушать медленные песни Талькова или Барыкина.
У меня снова появилось вдохновение. Я засел за свой ноут и долго придумывал, что написать. Света хотела читать приключения, и я написал что-то, сам не пойми что.
В жизни книг, я - фантазер. Сказка - быль, я в ней актер.
Между строк сегодня там. Проплыву весь океан.
На палубе тонущего корабля, меня не погубит эта вода.
Я долго плыл день изо дня. И вот уже суша моя видна.
Завтра смогу летать. Об этом любил мечтать.
Обогну весь белый свет. В книгах жизнь, оставить след.
Главный герой сегодня я. В этих рассказах жизнь моя.
Меняя реальность этих строк, за то, что бы остаться там смог.
В жизни книг, я – фантазер. Сказка-быль я в ней актер.
Переверну страницу я. Новая ждет глава.
Жажда странствий приключений моих. Это всего лишь в пользу книг.
Я так не хочу отсюда уходить, но снова придется реальностью жить.
Я заварил крепкий горячий кофе и размышлял над придумыванием псевдонима. Мое пиво было похоже на мочу, поэтому я его вылил в раковину. Антон Павлович Чехов всегда подписывался разными интересными псевдонимами. Говорят, что у него их было около пятидесяти. Но мне наскучила эта затея.
Вечером мне раздался звонок на телефон от Светы. Мы долго с ней разговаривали, она находилась одна в своей квартире, муж с ребенком где-то на улице.
– Знаешь, я признаюсь, ты выиграла, одержала победу надо мной. Ты именно ты. Скажу честно тебе ты мне дорога, но ломать твою жизнь я не хочу. Поверь, я знаю, о чем говорю. И вообще хочешь верь или не верь, я очень давно такое не чувствовал. Я не знаю, как все получилось. И сегодня первый раз за долгое время я не поступил как ублюдок. Поверь на твоём месте, если была бы другая, я бы с ней не церемонился, но не хочу, чтобы мы трахнулись и разбежались – сказал я, и закурил сигарету.
– Я не знаю, что сказать, кроме того, что чувствую тоже самое.
– А знаешь, что будет дальше?
– Что?
– Дальше мы будем испытывать чувства сильней. Редкий секс, который будет казаться настоящей романтикой. Редкие встречи, о которых только и будем думать. А потом это нам надоест, и я как всегда попрошу замужнюю женщину, чтобы была со мной. А ты поступишь, так как все замужние женщины. Ты оставишь меня погибать в блестящем одиночестве.
– Я не хочу думать о том, что будет дальше.
– Это и пугает, потому я и рассказал тебе.
– Давай тогда все прекратим, если ты так хочешь.