Чтение онлайн

Вследствие этого появилась известнейшая среди Вестающих картина, совершенно неизвестная абсолютному большинству Сунгов; она была то ли местью, то ли сатирой, то ли излиянием впечатления, то ли неудовлетворённым чувством, то ли просто использованием запретно-волнующей темы для пущего эффекта; но оказалась в итоге гениальным, невольным прозрением, за что Вестающие объявили эту картину тихой тайной, а художника вскоре, в одно прекрасное утро, нашли мёртвым в постели безо всяких признаков убийства; двух натурщиц, которые ему помогали создавать картину, обвинили в кражах и мошенничествах, отослали на далёкие юга отбывать наказание в лагерях обеспечения Легаты (ибо по законам Сунгов львиц не содержат в неволе). И они до самой кончины не могли внять, в чём провинились и вообще что произошло.

И да, «Снохождение» тоже надлежит к тихим тайнам. Как и многое другое.

«Беседа Вестающих» — так назвал своё творение Ману-Драгал — теми исключительными ценителями искусства, которым посчастливилось её увидеть, признавалась необыкновенно талантливым произведением; по сути, все они в один голос твердили, что это — предтеча нового сюжета в изобразительном искусстве вообще, а не просто эротическая эскапада.

Холст, масло. Необычно светлая комната с ашнарийской росписью на стенах. Большие окна — слева; их не видно, но от них — свет. В центре композиции — большая патрицианская кровать с высоким балдахином. Заметная деталь: сложный узор на нём в виде переплетающихся языков пламени. Перед кроватью, на переднем плане, находится маленькая прикроватная тумба, на ней — небрежно раскрытая книга; подчёркнута ярко-зелёная обложка. С каждой стороны кровати — две Вестающие. Они наги, только у одной из них есть длинные изумрудные подвески на ушах, а у второй — кольцо с ярко-жёлтой лентой на хвосте. Они почти слились в поцелуе, ещё миг — это случится. Одна из них полусидит-полулежит на кровати, почти возлегая на боку; возле неё есть лев, он целует её плечо, а руку держит на бедре у хвоста; Ману-Драгали явно пытался подчеркнуть её происхождение истинной Сунги, выделяя детали, столь характерные для львиц Сунгкомнаасы. У второй Вестающей, совершенно молодой, тоже есть свой самец; она уже в позе сдавшейся на милость самки прямо на кровати принимает его сзади, и он держит в зубах кисточку её хвоста, из-за чего почти не видно его лика. Оба льва, очевидно, личные стражи, судя по разбросанному в хаосе облачению, также на полу есть пласис и сирна, которая выпала из дорогих ножен.

Но созерцатель вольно или невольно отвлекается от всех соблазнительных деталей картины и обращает внимание на одно — на то, что происходит в центре. Вестающих совершенно не интересует происходящее в комнате. Их не интересуют самцы, они — лишь повод, способ, мост; они отрешены от этого. Их поцелуй, в какой-то мере, совершенно лишен страсти, но сияет всеми чертами некоей странной, ирреальной связи; словно бы это души, которые так долго скитались по земле и наконец нашли друг друга.

Именно на большую репродукцию этой картины сейчас смотрит Ваалу-Фрея, аккуратно скрестив руки и пошевеливая коготками. Она не оглядывается, а просто смотрит на неё; её хвост чуть заметно играет.

Она размышляет.

В эту комнату в её доме имели право заходить лишь сёстры-Вестающие, несколько доверенных Ашаи-Китрах и две служанки, одна из которых была глухонемой. В ней и только в ней обсуждались действительно важные вещи.

Но её дорогие сестры чуть опаздывают.

Ах, вот и они, вошли в комнату, лёгки на помине.

Молча расселись, Фрея стройно подошла к ним. Пришла опытная Инлирамия, пришла молодая и капризная Аальзи, пришла старая марнская Вестающая, пришла и ещё одна Вестающая — хозяйка Марнского менгира, самого главного менгира в Империи. Да и в мире тоже.

Много-много-много лет спустя, когда все живущие в той эпохе изойдут в прах, сестринство Ашаи-Китрах изменится до неузнаваемости, Империя Сунгов канет в небытие, но Сунги будут, а львиный род научится общаться на расстоянии без помощи всемогущих Вестающих, которых уже тоже не будет (временно, надо сказать), в большом и обстоятельном труде о них будет писано так:

…Наибольшего влияния Вестающие достигли в VII-X ст. Эры Империи…

…В те времена, формально, все Вестающие между собой были равны, и никакая из них не могла требовать покорности от другой, ибо все они несли отличие старших сестёр. Но на самом деле негласная иерархия у Вестающих была самой жёсткой и беспрекословной среди всех Ашаи-Китрах; в обществе они, любящие скрытность и тайны, ненавидящие чужие глаза и уши, всеми способами старались избегать даже малейших намёков на то, что у них есть приказывающие и покорные. Но между собой, в своём кругу, они велись совсем иначе.

Первенство почти всегда занимали хозяйки менгира — камня, вокруг которого собирались шесть Вестающих, что становились почти родственницами — столь глубоко в них проникала связь друг с другом. Менгир, высокий продолговатый камень в львиный рост, всегда находился в обители хозяйки; он — первое, что учили находить в сновидении юных учениц Вестающих. Со временем ученицы обучались легко и просто находить его, а соответственно — тех сестёр, что тоже принадлежат к этому менгиру.

Основным и практически единственным предназначением Вестающих было передавать друг другу сообщения в интересах Империи, сестринства, а также частных лиц (которые могли себе позволить оплатить дорогие услуги Вестающей). Список частных лиц, которым была доступна такая услуга на регулярной основе, являлся небольшим; это даже не все патриции могли себе позволить, несмотря на любые деньги. Точнее, почти любые…

…Всякая Вестающая практически каждую ночь входила в сновидение особого рода. Уснуть и войти в него можно было как вечером, так и глубокой ночью — пространственно-временные связи и закон причинности в сновидении, согласно свидетельствам Вестающих, работают по-иному (а иногда и вообще не работают). Но среди всех Вестающих было принято соблюдать весьма строгую дисциплину связи и засыпать не позже полночи. Для этого в каждом доме (или домах) Вестающей находились напольные часы (механика в Империи тех времён позволяла создавать механизмы, которые не показывали минут, а лишь отмеряли часы).

Для того, чтобы Вестающая могла легко связаться с другими, существовало несколько особых вещей, что помогали в этом:

· книги душ. Такая большая книга, всегда выполненная в самой тщательной и изысканной манере, была у каждой Вестающей. В ней приводился список абсолютно всех Вестающих Империи, причём для каждой из них предназначалось не менее пяти страниц; там обязательно был портрет Вестающей, вместе с её подписью и стампом (подчёркивалась важность реалистичности и достоверности портрета), биографические сведения, некоторые важные детали («домашний» менгир, точное место, где она постоянно находится). Такая книга скреплялась с помощью больших колец и состояла из отдельных тонких книжек, чтобы можно было беспрепятственно менять эти тонкие книги при изменении данных, появлении одних Вестающих и смерти (либо отходе от дел) других;

· менгиры. Особые продолговатые камни, которые устанавливались либо в доме одной из Вестающих (как правило, старой и опытной), либо в Доме Сестёр какого-либо города. Они были своеобразными центрами, возле которых собирались Вестающие в сновидении. За каждой Вестающей был закреплён «домашний», «свой» менгир. У каждого менгира было отдельное имя;

· фетиши. Для индивидуальной связи с другой Вестающей использовались какие-либо вещи, что ассоциировались с нею или принадлежали ей. Эту вещь и называли фетишем;

· поддержка личных дружеских связей. Гласилось, что очень важно часто видеться с теми Вестающими, с которыми ты беседуешь в сновидении больше всего;

· участие в совместных сексуальных практиках. Вестающие часто использовали интимную связь друг с другом как способ установки прочной «нити» между их душами, что очень помогало встречаться и общаться в сновидении. Происходило это в разной форме: как в виде интима между двумя Вестающими, так и в свальной форме, где каждая из Вестающих имела своего партнёра-льва, но, по сути, самцы предоставлялись сами себе, Вестающие не уделяли им внимание, а только друг другу. Эта практика была строгим секретом, одной из самых больших «тихих тайн» Вестающих, поскольку именно она была наиболее эффективна в становлении и поддержании хорошей связи. Юные ученицы Вестающих узнавали об этом только после Совершеннолетия, и описано в мемуарах несколько случаев, как ученица пыталась выйти из касты Вестающих лишь по причине неприятия необходимости чувственно соединяться с другими львицами. Причин могло быть несколько: утверждалось, что все силы Ашаи и Вестающих происходят из мощи веры во Ваала, но на практике ученица убеждалась, всем заправляют совсем иные силы; строгое воспитание и нрав; наличие любимых, которым не хотелось изменять. Во всех случаях бывшие ученицы гибли — никто не имел права вынести за пределы круга любую тихую тайну, хотя, на самом деле, о нравах Вестающих знали многие сёстры Ашаи-Китрах, да и не только они, так что смерть учениц была, как правило, абсолютно бессмысленной…