Собирая воедино
Шрифт:
Честно говоря, очень страшно испытывать столько ненависти к одному человеку. Я не чувствовала никакого раскаяния за то, что хочу причинить ему боль. Раскаяние я чувствовала только из-за того, что только думаю об этом.
Я скомкала салфетку и положила ее на стол.
— Я в туалет, — пробормотала я, и встала из-за стола.
— Виктория! Подожди! — закричал он мне вслед. Я быстрее пошла в сторону туалетов. Коридор был узким, с тусклым освещением. Я остановилась и обернулась, зная, что не смогу всегда избегать его, даже если захочу.
Уэс двигался ко мне как хищник и не остановился, пока не захватил меня в плен между собой и стеной. Я подняла на него взгляд, пока он смотрел на меня снизу-вверх.
— Почему ты просто убежала?
Выражение его лица не изменилось, но голос был такой приторно мягкий, что волосы у меня на шее встали дыбом.
— Ты не можешь контролировать меня, — ответила я, дрожащим голосом.
— Не шепчи!
Он стукнул ладонью по стене.
— Если есть что сказать, так говори, — заявил он злобно.
— Ты не можешь контролировать меня! — все мое самообладание исчезло.
В первый раз я потеряла терпение. Должна признать, прекрасное ощущение.
Уэс отошел от меня. Громко засмеялся и уставился в потолок.
— Ты думаешь, я контролирую тебя… Это мысли ненормальной.
Пока Уэс продолжал смеяться, я подвинулась влево, пытаясь спрятать себя от вспышки.
Но смех медленно затих, и его внимание снова вернулось ко мне.
— Я построил для тебя прекрасный дом. Я обеспечиваю тебя. Даю все, и ты думаешь, что я контролирую тебя? Любая другая убила бы за такую жизнь, как у тебя.
— Да, возможно, они бы захотели наш первый год брака. Но не то, что у нас сейчас.
Он посмотрел на меня взглядом, полным такой ненависти, что я вздрогнула. Уэс начал ходить туда-сюда. Наконец он остановился и посмотрел на меня с такой уверенностью, словно все разрулил.
— Ты моя, — произнес он.
Поначалу мне показалось, что я неправильно его расслышала. Но он стоял там, без тени улыбки на лице, и я поняла, что он не шутит.
Пришла моя очередь нервно рассмеяться.
— Я не предмет! Мной нельзя владеть.
Он наклонил голову в сторону.
— Разве не это называется любовью? Обладать кем-то?
— Нет! — произнесла я, не веря своим ушам.
— Но ведь это так! — вернулся его дикий, безумный взгляд. — Не смотри на меня так, словно я этого не понимаю! Это ты та, кто смотрит на мир сквозь розовые очки, Виктория!
Я не могла понять, кто из нас сильнее двинулся: я, из-за того, что остаюсь с ним, или он, считающий, что любовь сравнима с владением.
Я подняла руки в воздух.
— Сдаюсь. Я сдаюсь, понял?
Я исчерпала все варианты. Просто пошла по коридору. Не знаю, куда собиралась, но знала, что нужно убираться, пока все не стало еще хуже.
— Я ухожу.
— Черта с два, — сказал Уэс у меня за спиной.
В следующее мгновение две руки вцепились мне в плечи. Меня развернули и потянули назад, пока моя голова не ударилась о стену. Затылок сразу же запульсировал. Я не видела ничего, кроме черных пятен перед глазами. Я пыталась оттолкнуть Уэса, но словно пытаться сдвинуть с места огромный валун. У него был садистский взгляд, словно он получал удовольствие от того, что причинял мне боль. Его пальцы обвили мои запястья.
Я стояла напуганная, пытаясь придумать самый быстрый путь побега. Мрачная улыбка появилась на лице моего мужа, когда он положил руки мне на шею, и начал меня душить. Воздух покинул мои легкие. Мне хотелось умереть. Я царапала его руки, пытаясь сделать хоть вдох. Мои попытки его только рассмешили. Мне хотелось свернуться в клубок. Боль пробежала по всему телу. Я отчаянно замолотила его по рукам.
Уэс сильнее сдавил мою шею, и обзор начал затуманиваться.
Это не может происходить на самом деле.
Не должно.
Затем Уэс опустил руки и отступил.
Согнувшись, я уперлась руками в колени, пытаясь втянуть в себя как можно больше воздуха. Казалось, что легкие в огне. Так много боли. Мне хотелось плакать, но слезы не текли. Рот был открыт. Не было слов. Только всхлипы.
Я подняла голову, и увидела, как Уэс смотрит на меня, с отсутствующим выражением на лице.
— Найди кого-нибудь, кто будет любить тебя сильнее, чем я. Найди его! Где он? — быстро прошептал он. Его пальцы обвили мое предплечье, впиваясь в кожу.
Коридор начал сужаться, в глазах раздвоилось. Мне казалось, что я сейчас упаду в обморок.
— Он стоит прямо перед тобой, Виктория. Я это он. Я — единственный человек, который будет любить тебя.
Он положил руку мне на макушку. На секунду, мне показалось, что он ударит меня о стену и убьет. Сразу же после этого, часть меня решила, что ей все равно. Но он просто погладил меня по голове, словно я была нашкодившим животным.
— Я не отпущу тебя, — большим и указательным пальцем он приподнял мой подбородок, чтобы я посмотрела на него.
Мы стояли там, глядя друг на друга. Я боролась за возможность дышать. Он боролся за то, чтобы контролировать меня. Все это время я приободряла себя.
Через мгновение я произнесла:
— Ты причинил мне боль.
— Хорошо.
Он опустил руки и одновременно прислонил свой лоб к моему.
— Теперь ты понимаешь, как сильно ранишь меня? Я люблю тебя, Виктория.
С таким мужем, как у меня, мне никакие враги не страшны.
***
На следующее утро я проснулась слегка сбитой с толку. Кровать была застелена свежевыстиранными простынями. В лицо мне светило яркое солнце. Все это было неправильно; я всегда задергиваю занавески на ночь. Но затем до меня дошло, что я в комнате для гостей. Не было ни единого чертова шанса, чтобы я легла спать с Уэсом в одну кровать. Это словно спать с дьяволом.
Около двух часов Уэс несколько раз постучался в дверь, но я не открыла ему.
Я села. В дальнем конце комнаты на стене висело зеркало. Даже отсюда мне было видно, как сильно опухли глаза от пролитых за вчерашний вечер слез. На удивление, на шее не было синяков. Если бы мышцы не болели, я бы подумала, что вся эта ужасная сцена и не случалась вовсе.
Я уронила голову и взвыла. То, что произошло прошлой ночью, служило основанием для того, чтобы уйти от Уэса. Я знала это. Но я словно оцепенела. Боялась жить с ним и боялась убежать от него.