Чтение онлайн

— У любви как у пташки крылья, Ее нельзя никак поймать! — взревел Соловей, доводя рукоятку скорости до предела и одновременно бросая корабль в петлю. Не успевший пристегнуться Хобот взлетел, шмякнулся вниз и отключился.

Один из атакующих истребителей оказался прямо под Ласточкой. Замолотилa пушка Зубодера. Безрезультатно.

— Перегрузки большие. Трудно точно прицелиться, — раздался из коммуникатора извиняющийся голос Зубодера.

— Тщетны были бы все усилья, Но крылья ей нам не связать…

Соловей поставил корабль на бок и рыбой — камбалой проскользнул между двух истребителей противника. Третий корабль пустил вслед удирающей Ласточки ракету. Соловей резко бросил корабль сначала в одну сторону, потом в другую.

— Если цель активно маневрирует, или ракета пущена в заднюю полусферу уходящей скоростной цели, эффективность попадания уменьшается до десяти-пятнадцати процентов, — процитировала наизусть Криста, наблюдая, как полицейская ракета проносится мимо.

Кристу выставили со второго курса отделения пилотов-истребителей Летной Академии Марса за наплевательское отношение к общеобразовательным предметам, но кое-какие полученные там знания иногда еще всплывали в ее голове.

— Все напрасно — мольба и слезы, И страстный взгляд и томный вид.

Ласточку резко и сильно тряхнуло. Корабль потерял баланс и закружился на месте, теряя скорость.

— В левый грузовой отсек попали! — завопил Гринго. — Сейчас пальнут прямой наводкой!

Истребители окружали корабль.

Любой другой подал бы сигнал "Сдаюсь" и выкинул белый флаг. Любой другой, но не Соловей. Это было не в его правилах. Плюс, у Соловья было спрятано в рукаве несколько козырных карт.

Дав стрелкам истребителей несколько секунд: поймать в прицел корпус Ласточки и потянуться к кнопке сброса ракеты, Соловей жестом фокусника достал один из козырей.

Ласточка вдруг расплылась в пространстве на четыре совершенно одинаковых фантома. Теперь невозможно было определить, где настоящий корабле, а где его бестелесная копия. Стрелки в истребителях не ожидали ничего подобного и выпустили ракеты, прежде чем осознали случившееся.

Все ракеты, что былы в наличии.

Соловей знал, что делал — все копии интенсивно подавали сигналы в инфракрасном диапазоне. Ракеты голодными псами устремились на излучение. Соловей, наконец, справился с управлением. Ласточка рухнула вниз. Снова заработала скоростная пушка. Один из истребителей ярко вспыхнул. Катапультировавшегося пилота отбросило далеко от горящей машины.

Криста навела ракету. Плавно потянула рычаг. Загорелся еще один из кораблей. Последний неповрежденный истребитель развернулся и дал деру. Никто его не преследовал.

— Любовь! Лю-у-бовь! Лю-убовь! Любовь! — победно распевал Соловей, уводя поврежденную Ласточку в скопление астероидов.

— Любооовь! — невпопад, но вдохновенно, вторил ему Зубодер.

Отдышавшись, Соловей откинул крышку трофейного контейнера. И долго обескураженно пялился на его содержимое. Это было совсем не то, что он ожидал увидеть. Однако постепенно все встало на свои места. Теперь Соловей знал, что ему делать с содержанием металлопластового ящика.

Часть третья

Земля — третья по счету от светила планета Солнечной Системы

Глава первая

На корабле

— Здравствуйте, Бартон! Как там наша Пирамида? Информация о ней пока никуда не просочилась?

— Похоже, что не просочилась. Во всяком случае, мы не наблюдаем повышения активности иностранных разведок. Наши осведомители пока тоже молчат. Помогает тот факт, что Европа наш Протекторат, и мы можем следить за тем, кто посещает спутник.

Что-нибудь новое о самом объекте? Скоро вы дадите мне заключение о его назначении и возможном практическом использовании?

— Мы только начали наши исследования, сэр! Вот мой план трехлетних работ в пещере Грона, список дополнительного персонала и рассчеты возможных затрат.

— Не дам я вам трех лет, Бартон. И года не дам. Через шесть месяцев будьте готовы доложить о результатах. У меня здесь не институт благородных девиц и не Академия Наук. Мне нужны конкретные результаты в сжатые сроки. Кстати, в Гарварде гениальный аспирант появился. Его статью "Способность металлов регенерировать при низких температурах" была в штыки встречена научным сообществом.

— Он уже на Европе.

— Оперативно сработали. Молодцы. Девочку разыскали?

— Пока нет, сэр! Она как сквозь землю провалилась. Стараемся проследить ее возможные связи. Найти укрывателей и сообщников. Но насчет девочки выяснилась одна интересная деталь. На корабле, где ее видели в последний раз, и где нашли мертвого десантника Козленко, остались следы крови. Мы взяли образцы на анализ. Вчера вечером результаты были готовы. Все основные показатели — лейкоциты, гемоглобин, глюкоза, билирубин — в пределах нормы для жителя спутника, постоянно подвергавшегося маленькой дозе радиации и регулярно получавшего инъекции Антирадианта. Но генный анализ дал весьма интересные, я бы сказал, обескураживающие, результаты. Вы знаете, что ДНК человека определяется четырьмя азотистыми основаниями, которые объединяются в пары при помощи водородных связей: аденин с тимином, гуанин с цитозином. Так вот, в ДНК девочки обнаружено еще одно азотистое основание. Универсальное. Способное объединяться со всеми четырьмя, наличествующими у обычного человека. Причем только в так называемых некодирующих, мусорных ДНК, функции которых пока науке неизвестны.

— Редкая мутация?

— Может быть и редкая мутация. Ее можно объяснить постоянным воздействием радиации на несколько поколений колонистов. Но хотелось бы посмотреть на девочку, прежде чем делать какие — нибудь выводы.

— Ну так ищите, Бартон! Или я передам поиски девочки другому отделу.

— Ищем, сэр!

Я с разбега влетаю в зеленое, теплое, как суп, море. Кто-то на берегу сказал: Корабль с Алыми Парусами. Я столько лет ждала, когда это случится.

Меня зовут Ассоль. Дурочка Ассоль из Каперны, над которой смеются все в городе, даже последний трубочист. Фантазерка Ассоль, которая хорошо не кончит, потому что навоображала себе черт знает что. Одиночка Ассоль, потому что кто же будет дружить с такой ненормальной, а уж ухаживать тем более.

Платье вздулось вокруг мокрой тряпкой и мешает двигаться. Ноги вязнут в песчаном дне. Потрескавшиеся губы щиплет от соленой воды. Но я упрямо пробиваюсь вперед.