Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Собрание народных песен
Шрифт:

171

КАЗАК ЖЕНУ ГУБИЛ

У столба-столба новоточенаго, У колодезя у студенаго, Молодоя-т казак он коня поил, Не коня-то поил, он жену губил. Как жена-то мужу возмолилася, Во резвыя ноги поклонилася: — Не губи же ты меня, муж, со вечера. Погуби со полуночи, Когда детушки спать улягутся, — Просыпалися малы детушки, Взыскались своей матушки: — Ох, вы, нянюшки, ох, вы, мамушки! Уж и где же наша матушка? Ваша матушка в новой горнице, В новой горнице богу молится. — Уж и там-то нету нашей матушки! — Ваша матушка в высоком терему: Она белится-румянится. — Уж и нет там нашей матушки! — Ваша матушка в зеленом саду, Рвет алы вишенья. — Уж и там нет нашей матушки! — Пошла ваша матушка на Дунай-реку, С ведрами по воду, — Как пошли-то наши детушки на Дунай-реку; Из-за гор-гор высоких Вылетал-то млад-сизой орел, Во когтях-то несет правую ручиньку. Воскричали-то малыя детушки: — Ох, вы, нянюшки, наши мамушки! Уж как несет-то орел рученьку, Несет рученьку нашей матушки И со перстнем обрученныим! Уж и бог же суди нашему батюшке, Что оставил нас без родимой матушки!

172

МАЙОР ЖЕНУ ГУБИЛ

У колодца у студеного Молодой майор коня поил, Красная девица воду черпала. Добрый молодец у ворот стоит, У ворот стоит, думу думает, Думу думает, как жену убить. А жена-то его уговаривает: — Ты не губи меня, друг, со вечера, Погуби ты меня со полуночи: И ты дай уснуть малым детушкам, — Как заря-то занимается, Малые детушки просыпаются: — Ты, родимый-родной батюшка! Да и где же наша родная матушка? — Вы не плачьте, малые детушки: Я сострою вам нов-высок терём, Я складу вам печь муравую, Я солью вам цепь серебряную, Приведу я к вам молодую мать, Молодую мать, злую мачиху. — Ты, родимый наш батюшка! Все-то ты говоришь нам неправдушку! Уж сгори, нов-высок терём, Провалися, печь муравая, Растопись ты, цепь серебряная, Ты умри, наша молодая мать, Молодая мать, злая мачиха, И ты встань-проснися, наша родимая матушка! Уж как мы без тебя холоднёхоньки, Холоднёхоньки, голоднёхоньки!

173

МОЛОДЕЦ И КОРОЛЕВНА

Как короля-т молодца любил-жаловал, С одного плеча платьице нашивал. Уж и стал молодец пьян упиватися, Во хмелю стал молодец похвалятися: — Уж и то-то попито, братцы, погулено, В хорошстве-то в красне много хожено, Что на мягких перинах много лежано, Королевну за ручки много держано! — Донесли-то на молодца своя братья. Как короля-т на молодца прогневался, Закричал король громким голосом: — Уж вы, слуги, вы, слуги мои верные! Вы подите далече во чисто поле, Уж вы выройте две ямушки глыбокия, Становите вы релюшки высокия, Поведите молодца казнить-вешати! Не ведите молодца впереди мого дворца, Поведите молодца позади мого дворца. — Молодец солдат по рублю дарил: — Поведите молодца впереди меня дворца! — Как увидела молодца королевна из окна, Закричала королевна громким голосом: — Ах, ты, батюшка, сударь мой, пусти меня гулять, Да две ямушки глыбокия посмотреть! — Как пошла королевна в чисто поле гулять, Да две ямушки глыбокия посмотреть; Молодеца-т на релюшках качается: Королевна под релями скончалася.

174

КАЗАК И ШИНКАРКА

Корчма, ты, корчма польская, королевская! Стоишь ты, корчма, на крутой горе, на всей красоте; У во той корчме шинкарка сидит, Шинкует шинкарочка пивом и вином И сладким медом. Приходили к шинкарочке три молодца пить: Поляк, да казак, да третий хомяк. Поляк вино пил, червонцы платил, Хомяк вино пил, монеты платил, Казак вино пил, денег не платил, Шинкарку манил: — Поедем, шинкарочка, к нам на тихий Дон, У нас на Дону не по вашему: Не ткут, не прядут, мёд, горелку пьют. — Сдалася шинкарочка на его слова, Поехала шинкарочка с казаком на Дон Завёл казак шинкарочку во тёмный во лес, Привязал шинкарочку ко сухой сосне, Зажег казак сосенку с маковки до земли. Сосенка горит, шинкарка кричит. На ту пору ехали московские купцы: Постой-ка, братцы, что в лесу за крик? Сосенка горит, шинкарка кричит, Возмолилася шинкарка московским купцам: — Ох! вы гой еси, московские купцы! Отвяжите меня, девушку, от сухой сосны.

175

МУЖ-СОЛДАТ В ГОСТЯХ У ЖЕНЫ

Вы, солдатушки уланы, Где вы были, побывали? — Мы под городом стояли, Под Можаем воевали. Гулять в Москву приезжали, В славную улицу Тверскую, В Тверскую-Ямскую, Ко вдовушке заходили, Под окошком постучались: «Отвори, вдова, вороты, Пусти нас ночевати, Постояти. Нас, солдатушек, не много: Третьяста пешеходы, Полтораста всё на конях». Мы, солдатушки, смеленьки, Во дворик ворвалися, Во избушку вобралися, Все садилися по лавкам, По порядкам. Капитан-ат в большое место — под окошком, А вдова стоит у печки, Подожмя ручки к сердечку. Как возговорит капитан-ат: — Ты, вдова молодая, Ты который год вдовеешь, Ты который сиротеешь? — Отвечала вдова молодая: — Лет пятнадцать я вдовею, С годом двадцать сиротею. — Уж и много ль у тебя, вдова, хлеба? — У меня хлеба осмина. — Уж и много ль, вдова, денег? — У меня денег полтина. — Уж и много ль, вдова, деток? — Четверо. — Подойди, вдова, поближе, Поклонися пониже, Сними с меня кивер, В кивере — полотенце: Не твово ли рукодельица? Еще же там платочек, В платочке — узелочек, В узелочке — перстенёчек: Уж не твой ли, вдова, перстень, Уж не твой ли обрученный? — Уж как возговорит вдова молодая: — Уж как мой-ат перстень, Мой обрученный! Я со другом венчалась, Со любезным обручалась. — Как возговорит вдова молодая: — Вы подите-ка, малые детки, Что не гость приехал к нам гостить, А приехал ваш родитель, А мой миленький дружочек!

176

ГОРЕ

Еще горе-то навязалось, На меня молодца накачалось. Куды мне от горя деватися? И я от горя в мир пошел, А горе-то за мной суму волочёт. Еще горе-то навязалось, Горькое-то накачалось. Куды от горя мне деватися? И я от горя в монастырь пошел, А горе-то за мною черную рясу несет. Еще горе-то навязалося, А горькое-то накачалося. И я от горя в темный лес гулять пошел, А горе-то за мною зверем бежит. Еще горе-то навязалося, А горькое-то накачалося. И я от горя, и я в колоду лег, А горе-то за мною крышку несет. Горе навязалось, А горькое-то накачалось. И я от горя и в яму лег, А горе-то за мной с лопатой идет. Еще горе-то насмеялось: — Хорошо я молодца упрятала, Я в могилушку его спрятала.

177

НАСИЛЬНЫЙ ПОСТРИГ

Уж как строил мне батюшка высок терём Со серебряными переходами, Что с теми с залачёными, А лиха-злая мачеха Она строит мне келью новую Из того лесу кленового. Уж шьет же мне батюшка Под венец платье цветное, А лихая-злая мачеха Шьет мне платье черное. Уж как льет же мне батюшка Золот перстень с бралиантами, — Уж как тем перстнем обручатися. А лихая-злая мачеха Она льет вострыя ножницы, — Уж мне теми ножницами постригатися. Уж поехал-то мой батюшка За молодым за князевичем, А лихая-злая мачеха За старой за игуменьёй. Уж я ль, красна девушка, Я пойду разгуляюся По тем полям по чистыим, По лугам по зеленыим, По лесам по дремучиим. А я по лесу хожу, Тень мне алеется, А я по полю хожу, Тень мне всё белеется, А по лугам-то я хожу, Тень всё чернеется. Уж, знать же, мне, девушке, Постриженой быть, Посхимницей слыть. Уж пойду ли я, красна девушка, Во свой нов высок терём, Погляжу я в окошечко Уж на тоё дорогу широкую: Нейдет ли мой батюшка С молодым со князевичем? Уж нету, нету мово батюшки А уж идет злая мачеха Со старой со игуменьей: — Ты, дитё ль мое, дитятко! Ты, дитё ль мое, чадо милое! Ты садись на золотой стул, На золотой стул постригатися. — Государыня родная матушка! Уж ты дай же мне, матушка, Белильцы смыть, Белильцы смыть, Румяньчики стереть. — Смоешь, мое дитятко, Горючьми слезами, Сотрешь румяницу Черной рясой своей. — Матушка родная! Дай с подружками прощусь. — Простись, мое дитятко, Заочно с ними. — Мимо моей келийки Дорожка лежит. По той по дороженьке Батюшка шел С молодим со князевичем. Становились они, На мою келью любовались: — Чтой-то за кельинка новехонька? Чтой-то пострижена старочка молодехонька? Не мое ли это дитятко, Не мое ли чадо милое? — Батюшка родной! Зайди в келийку ко мне к одной. Молодого князя по дорожке домой.

ЛИРИЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ

178

«У нас было на Дону…»

У нас было на Дону, на Дону (2) На крутеньком бережку, бережку, (2) Слеталися галушки, галушки, (2) Садилися галушки на песку, на песку, (2) Садилися галушки рядушком, рядушком, (2.) Что рядушком в три ряда, в три ряда. (2) Где ни взялся соколин, соколин, (2) Он взял галку за крыло, за крыло, (2) Что за то ли крыло правое, правое; (2) Она у него просилась, просилась: (2) — Отпусти, сокол, на волю, на волю, (2) Что на ту ли волю к галушкам, галушкам! (2) — Я тогда тебя отпущу, отпущу, Когда перья ощиплю, ощиплю, (2) Мяса твоего наклююсь, наклююсь! (2) У нас было в терему, в терему, (2) Садилися девушки рядушком, рядушком, (2) Что рядушком в три ряда, в три ряда. (2) Где ни взялся Иван, Иван, (2) Он взял Марью за руку, за руку, (2) Что за ту ли руку правую, правую. (2) Она у него просилась, просилась: (2) — Отпусти, Иван, на волю, на волю, (2) Что на ту ли волю к девушкам, к девушкам. (2) — Я тогда тебя отпущу, отпущу, (2) Когда русу косу расплету, расплету, (2) Надвое заплету, заплету, (2) К суду божью приведу, приведу! (2)

179

«Данилу-то матушка в воскресенье породила…»

Данилу-то матушка В воскресенье породила, В соборной заутрене. Пеленала его матушка В пеленки батистовыя, Свивала алой бархатой. Положила его матушка В колыбель багрецовую, Воскочнула его матушка От востока до запада, Воскочнумши, приговаривала: — Ты, баю, баю, дитятко, Когда будешь на возрасте, Изволишь женитися, Поедешь к тестю в дом, Не клади просто пухову шляпу свою. Ты повесь ее на стопочку [31] ; Ты не низко тестю кланяйся, Пониже тово тестюшке, Чтобы вывела твою суженую: Твоя сужена наряжена, И головушка убрана.

31

Стопочка — вешалка.

180

«Рай мой, рай! Середи было двора…»

Рай мой, рай! Середи было двора, Рай мой, рай! Выростала тут трава, Рай мой, рай! Трава шелковая; Рай мой, рай! По той по траве Марья шла, Рай мой, рай! По той траве Ивановна шла, Рай мой, рай; Во руках она несла Рай мой, рай! Воску ярова свечу: Рай мой, рай! Ты гори, моя свеча, Рай мой, рай! Против солнечного луча, Рай мой, рай! Не гореть тебе, свече! Рай мой, рай! Против солнечного луча: Рай мой, рай! Уж не быть-то свёкру против батюшки, Рай мой, рай! Уж не быть-то тебе, свекрови, лучше матушки Рай мой, рай!

181

«Вьюн на воде извивается…»

Вьюн на воде извивается, А зять у ворот убивается: — А теща моя, теща ласковая! Отдай мой дар, мою суженую! Вывела тёща коня в седле: — Это не дар и не суженая! Вьюн на воде извивается, А зять у ворот убивается: — А теща моя, теща ласковая! Отдай мой дар, мою суженую! — Вывела теща сани лаковыя: — Это не дар и не суженая! Вьюн на воде извивается, А зять у ворот убивается: — А теща моя, теща ласковая! Отдай мой дар, мою суженую! — Вывела теща свою дитятку, Свою дитятку, свою милую: — Вот, это дар, это суженая, Это суженая, моя наряженая!
Поделиться с друзьями: