Чтение онлайн

Ответ на этот вопрос отчасти уже содержится в закрытом циркуляре Генерального Совета «Мнимые расколы и т. д.». Но поскольку в то время Генеральный Совет еще не знал размеров тайной организации, а с тех пор произошло много важных событий, этот ответ мог быть лишь весьма неполным.

Прежде всего надо констатировать, что в деятельности Альянса легко различить две фазы. Сначала он полагал, что ему удастся завладеть Генеральным Советом и таким образом захватить высшее руководство в нашем Товариществе. Именно тогда Альянс потребовал от своих сторонников, чтобы они поддержали «сильную организацию» Интернационала и в первую очередь

«полномочия Генерального Совета, а также федеральных советов и центральных комитетов»;

именно тогда господа из Альянса на Базельском конгрессе требовали для Генерального Совета тех широких полномочий, которые они позже с таким отвращением отвергли как авторитарные.

Базельский конгресс разрушил, по крайней мере на некоторое время, надежды Альянса [Далее в рукописи зачеркнуто: «деятельность которого свелась к местным интригам. Он оставался довольно спокойным до тех пор пока... Лондонская конференция не подчеркнула своими резолюциями о политике рабочего класса и о сектантских секциях первоначальную программу Интернационала в отличие от программы Альянса ». Ред.]. После этого он затеял интриги, о которых говорится в «Мнимых расколах»; в Юрской Швейцарии, в Италии и Испании он не переставал подсовывать вместо программы Интернационала свою особую программу. Лондонская конференция своими резолюциями о политике рабочего класса и о сектантских секциях положила конец этому qui pro quo [недоразумению. Ред.] в Интернационале. Альянс тотчас же снова зашевелился. Юрская федерация, оплот Альянса в Швейцарии, выпустила против Генерального Совета свой сонвильерский циркуляр, в котором сильная организация, полномочия Генерального Совета, базельские резолюции, предложенные и вотированные самими же подписавшими этот циркуляр лицами, были объявлены авторитарными, — определение, по-видимому, достаточное для того, чтобы огульно осудить их; циркуляр, в котором говорилось о «войне, открытой войне, вспыхнувшей в наших рядах», требовал придать Интернационалу форму организации, приспособленной не к нуждам текущей борьбы, а к неведомо какому идеалу будущего общества и т. д. С этого момента тактика изменилась. Приказ был дан. Повсюду, где Альянс имел разветвления, в Италии и в особенности в Испании, авторитарные резолюции Базельского конгресса и Лондонской конференции, равно как и авторитарность Генерального Совета, подверглись яростным нападкам. Только и было разговоров, что об автономии секций, свободных федеративных группах, анархии и т. д. Все это весьма понятно. Влияние тайного общества внутри Интернационала должно было естественно расти по мере ослабления открытой организации Интернационала. Важнейшим препятствием на пути Альянса был Генеральный Совет, и именно он подвергся нападкам в первую очередь, но мы сейчас увидим, что и с федеральными советами поступали таким же образом, если представлялся удобный случай.

Юрский циркуляр нигде не произвел впечатления, за исключением тех стран, где Интернационал более или менее находился под влиянием Альянса — в Италии и в Испании. В последней Альянс и Интернационал были основаны одновременно, сразу же после Базельского конгресса. Даже наиболее преданных членов Интернационала в Испании сумели уверить в том, что программа Альянса тождественна с программой Интернационала, что эта тайная организация существует повсюду и что вступить в нее является чуть ли не долгом каждого. Это заблуждение было рассеяно Лондонской конференцией, на которой испанский делегат [А. Лоренцо. Ред.] сам член центрального комитета Альянса в своей стране, смог убедиться в противном, а также и самим юрским циркуляром, чьи яростные нападки и клевета на конференцию и на Генеральный Совет немедленно были подхвачены всеми органами Альянса. Первым следствием юрского циркуляра в Испании явилось возникновение разногласий внутри самого испанского Альянса между теми, кто прежде всего был членом Интернационала, и теми, кто не хотел признавать Интернационал, поскольку он не подчинился Альянсу. Борьба, носившая вначале скрытый характер, вскоре разгорелась открыто на собраниях Интернационала. После того как Федеральный совет, избранный конференцией в Валенсии (в сентябре 1871 г.) [179] , своими действиями доказал, что он предпочитает Интернационал Альянсу, большинство его членов было исключено из местной Мадридской федерации, в которой господствовал Альянс [180] . Они были восстановлены Сарагосским съездом, и двое из них [Далее в рукописи зачеркнуто: «его наиболее активных членов». Ред.], Мора и Лоренцо, были вновь избраны в новый Федеральный совет [Далее в рукописи зачеркнуто: «заседающий в Валенсии». Ред.] хотя все члены старого совета заранее заявили, что они не желают их принять [Далее в рукописи зачеркнуто: «Съезд выбрал местопребыванием Федерального совета Валенсию в надежде, что она будет нейтральной территорией и что эти раздоры больше не возобновятся. Но из пяти членов нового Федерального совета трое были приспешниками Альянса, а в результате кооптации число их выросло по меньшей мере до пяти». Ред.].

Сарагосский съезд [181] внушил заправилам Альянса опасения, как бы Испания не ускользнула из их рук. Альянс немедленно начал кампанию против полномочий Испанского федерального совета, повторяя те же нападки, которые юрский циркуляр направлял против якобы авторитарных полномочий Генерального Совета. В Испании вполне демократическая и в то же время очень четкая форма организации была выработана съездом в Барселоне [182] и конференцией в Валенсии. Благодаря деятельности избранного в Валенсии Федерального совета (деятельности, одобренной специальным голосованием съезда) эта организация добилась тех блестящих результатов, о которых говорилось в общем докладе [См. настоящий том, стр. 123—131. Ред.]. В Сарагосе Мораго, душа Альянса в Испании, заявил, что полномочия, предоставляемые Федеральному совету в испанской организации, являются авторитарными, что их необходимо ограничить, что необходимо лишить совет права принимать новые секции или отказывать им в приеме, права решать, соответствуют ли их уставы уставам федерации, одним словом свести его роль к роли простого корреспондентского и статистического бюро. Съезд, отвергнув предложения Мораго, решил сохранить существующую авторитарную форму организации (см. «Выдержки из документов 2-го рабочего съезда» и т. д., стр. 109 и 110, документ № 8 [183] . По этому пункту важным будет свидетельство гражданина Лафарга, делегата Сарагосского съезда).

Чтобы отдалить новый Федеральный совет от возникших в Мадриде разногласий, съезд перевел его в Валенсию. Но причина этих разногласий, антагонизм, начавший развиваться между Альянсом и Интернационалом, не был местного характера. Съезд, не зная даже о существовании Альянса, составил новый совет исключительно из членов этого общества; но двое из них, Мора и Лоренцо, сделались его противниками, и Мора отказался войти в совет. Циркуляр Генерального Совета «Мнимые расколы», явившийся ответом на юрский циркуляр, поставил всех членов Интернационала перед необходимостью объявить себя либо сторонниками Интернационала, либо сторонниками Альянса. Полемика между «Emancipacion», с одной стороны, и альянсистскими газетами, барселонской «Federacion» и севильской «Razon», с другой стороны, обострялась все более и более. Наконец, 2 июня члены прежнего Федерального совета — редакторы «Emancipacion» и члены испанского центрального комитета Альянса — решили обратиться ко всем испанским секциям Альянса с циркуляром, в котором они объявили, что распускают себя как секцию тайного общества, и призвали другие секции последовать их примеру. Месть не заставила себя ждать. Они немедленно, и в явное нарушение действующего регламента, были снова изгнаны из местной Мадридской федерации. Тогда они организовались в Новую мадридскую федерацию и просили Федеральный совет признать их.

Но тем временем альянсистский элемент в совете, укрепленный путем кооптации, добился полного господства, и Лоренцо вышел из него. В ответ на просьбу Новой мадридской федерации последовал решительный отказ со стороны Федерального совета, который уже тогда направлял все усилия на то, чтобы обеспечить избрание альянсистских кандидатов на конгресс в Гаагу. В этих целях он разослал местным федерациям негласный циркуляр от 7 июля, в котором, повторяя клевету «Federacion» на Генеральный Совет, предлагает федерациям послать на конгресс одну общую делегацию от всей Испании, избранную большинством всех голосов; список избранных будет определен самим советом. (Документы № 9.) Для всех, кто знаком с тайной организацией, существующей внутри Интернационала в Испании, совершенно очевидно, что это означало бы избрание господ из Альянса для того, чтобы отправить их на конгресс на деньги членов Интернационала. Как только Генеральный Совет, которому циркуляр не был послан, узнал об этих фактах [Далее в рукописи зачеркнуто: «это было именно в то время, когда он получил первые неопровержимые доказательства существования тайной организации». Ред.], он отправил 24 июля Испанскому федеральному совету письмо, которое приложено к документам [См. настоящий том, стр. 116—118. Ред.] (№ 10). Федеральный совет [Далее в рукописи зачеркнуто: «стремясь выиграть сначала время, заявил якобы». Ред.]  ответил 1 августа, что ему нужно время для перевода нашего письма, написанного по-французски, а 3 августа он написал Генеральному Совету уклончивый ответ, опубликованный в «Federacion» (документ № 11). В этом ответе он становится на сторону Альянса. Генеральный Совет, получив письмо от 1 августа, уже опубликовал эту переписку в «Emancipacion».

Добавим, что как только тайная организация была обнаружена, стали утверждать, что Альянс уже был распущен на съезде в Сарагосе. Однако центральный комитет не был предупрежден об этом (документ № 4).

Новая мадридская федерация отрицает этот факт, а она должна была бы о нем знать. Впрочем, вообще смешно утверждать, чтобы испанская секция такого международного общества, как Альянс, могла распустить себя, не посоветовавшись с другими национальными секциями.

Непосредственно после этого Альянс сделал попытку coup d'etat [государственного переворота. Ред.]. Видя, что на конгрессе в Гааге ему не удается обеспечить себе искусственное большинство повторением тех же маневров, как в Базеле и Шо-де-Фоне [184] , Альянс воспользовался конференцией самозванной итальянской федерации в Римини, чтобы открыто объявить о расколе. Собравшиеся там делегаты приняли единогласное решение (см. документ № 12). И вот конгресс Альянса противопоставляется конгрессу Интернационала. Однако скоро сообразили, что этот план не сулил успеха. От него отказались, решено было ехать в Гаагу, и те же самые итальянские секции, среди которых из двадцати одной секции только одна принадлежала к нашему Товариществу, после того как они отвергли Гаагский конгресс, имеют бесстыдство направить в Гаагу своих делегатов. Принимая во внимание:

1) Что основанный и руководимый М. Бакуниным Альянс (главным органом которого яв-ляется центральный комитет Юрской федерации) представляет собой общество, враждебноеИнтернационалу, так как он стремится либо подчинить своему господству Интернационал,либо дезорганизовать его.

2) Что вследствие этого Интернационал и Альянс являются несовместимыми. Конгресс постановляет:

1) М. Бакунин и все нынешние члены Альянса социалистической демократии исключают-ся из Международного Товарищества Рабочих. Они смогут снова вступить в него, лишь публично отказавшись от всякой связи с этим тайным обществом.

2) Юрская федерация как таковая исключается из Интернационала.

Написано Ф. Энгельсом в конце августа 1872 г.

Печатается по тексту черновой рукописи

Впервые опубликовано на русском языке в Сочинениях К. Маркса и Ф. Энгельса, 1 изд., т. XIII, ч. II, 1940 г.

Перевод с французского

После статьи 7 в Устав должна быть включена следующая статья, резюмирующая содержание резолюции IX Лондонской конференции (сентябрь 1871 года).

Статья 7а. В своей борьбе против объединенной власти имущих классов рабочий класс может действовать как класс. только организовавшись в особую политическую партию, противостоящую всем старым партиям, созданным имущими классами.

Эта организация рабочего класса в политическую партию необходима для того, чтобы обеспечить победу социальной революции и достижение ее конечной цели — уничтожение классов.

Объединение сил рабочего класса, уже достигнутое им благодаря экономической борьбе, должно также служить рычагом в его борьбе против политической власти его эксплуататоров.

Так как магнаты земли и капитала всегда пользуются своими политическими привилегиями для защиты и увековечения своих экономических монополий и для порабощения труда, завоевание политической власти стало великой обязанностью пролетариата.

Принято 29 голосами против 5; воздержавшихся 8.

Голосовали за: Арно, И. Ф. Беккер, Б. Беккер, Курне, Дерёр, Дюмон, Дюпон, Дюваль, Эк-кариус, Энгельс, Фаркаш, Фридлендер, Франкель, Гепнер, Хейм, Жоаннар, Кугельман, Ла-фарг, Лонге, Ле Муссю, Моттерсхед, Пиль, Ранвье, Серрайе, Зорге, Сварм, Вайян, Вильмо, Мак-Доннел.