Чтение онлайн

Однако не будем останавливаться на этом. Чтобы до конца разъяснить заблуждение Мил-ля, предположим, что к прибыли сводится не 1/3 из 60 квартеров постоянного капитала (т. е. не 20 квартеров), а вся сумма в 60 квартеров. Мы тем более можем сделать это предположение, что оно в интересах Милля, а не наших, и что оно упрощает проблему. Кроме того, приписать капиталисту, производящему постоянный капитал в 60 квартеров, такое изобретение, которое позволяет ему заставить 30 рабочих проработать даром, без всякого вознаграждения (как это имеет ведь место в форме барщины), 30 рабочих дней, производящих 60 квартеров или их стоимость, — куда легче, чем приписать миллевскому капиталисту «изобретение», позволяющее ему производить 180 квартеров хлеба без семян и основного капитала. Итак, предположим, что в указанных 60 квартерах содержится только прибыль капиталиста № 2, производящего постоянный капитал для капиталиста № 1, к что капиталист № 2 должен был продать продукт 30 рабочих дней, не заплатив ни одного фартинга своим 30 рабочим, из которых каждый проработал по одному рабочему дню. Можно ли сказать, что эти 60 квартеров, сводящиеся только к прибыли, входят в издержки производства заработной платы у капиталиста № 1 и вступают в «соединение» с тем рабочим временем, которое проработали его рабочие?

Конечно, капиталист и рабочие № 1 не могли бы произвести 120 квартеров (вообще не могли бы произвести ни одного квартера) без тех 60 квартеров, которые образуют их постоянный капитал и сводятся только к прибыли. Это для них необходимые условия производства, и к тому же такие условия производства, которые должны быть оплачены. Но эти 60 квартеров нужны им были для того, чтобы произвести 180 квартеров. Из этих 180 квартеров 60 возмещают упомянутые 60 квартеров. Это возмещение постоянного капитала ни в какой мере не затрагивает их 120 квартеров, являющихся продуктом их 60 рабочих дней. Если бы они могли произвести 120 квартеров без помощи тех 60 квартеров, которые составляют их постоянный капитал, то их продукт, продукт 60 рабочих дней, был бы прежним; но совокупный продукт был бы меньше именно потому, что имевшиеся раньше 60 квартеров не были бы воспроизведены. Норма прибыли капиталиста была бы больше, так как в его издержки производства не входили бы затраты, издержки на условия производства, дающие ему возможность получать прибавочную стоимость в 60 квартеров. Абсолютная прибыль была бы та же, т. е. 60 квартеров. Но эти 60 квартеров ему стоили бы лишь затраты 60 квартеров. Теперь он на них затратил 120 квартеров. Эта затрата на постоянный капитал входит, следовательно, в издержки производства капиталиста, а не в издержки производства заработной платы.

Предположим, что благодаря какому-нибудь «изобретению» капиталист № 3 может, тоже не платя своим рабочим, производить 60 квартеров в 15 рабочих дней [вместо 30], отчасти потому, что он применяет лучшие машины и т. д. Этот капиталист № 3 вытеснил бы с рынка капиталиста № 2 и сделал бы капиталиста № 1 своим постоянным покупателем. Теперь, следовательно, затраты капиталиста № 1 уменьшились бы [331] с 60 до 45 рабочих дней. Рабочие по-прежнему должны были бы затрачивать 60 рабочих дней, чтобы из 60 квартеров [постоянного капитала] сделать 180 квартеров продукта. И им требовалось бы 30 рабочих дней для производства своей заработной платы. Для них 1 квартер равняется половине рабочего дня. Однако эти 180 квартеров стоили бы капиталисту затраты всего лишь 45 рабочих дней вместо 60. Но так как было бы нелепо предполагать, что зерно под наименованием семян стоит меньше рабочего времени, чем под наименованием просто зерна, то мы должны были бы предположить, что в первых 60 квартерах семена стоят столько же, как и раньше, но требуется меньше семян; или что по дешевела та составная часть стоимости постоянного капитала, которая в тех 60 квартерах содержится в качестве основного капитала.

* * *

Зафиксируем прежде всего то, что у нас до сих пор получилось в результате анализа мил-левской «иллюстрации».

Во-первых, выяснилось следующее:

Мы предположили, что 120 квартеров хлеба произведены без всякого постоянного капитала и по-прежнему являются продуктом 60 рабочих дней, тогда как раньше 180 квартеров, из которых 60 квартеров равны постоянному капиталу, были продуктом 90 рабочих дней. В этом случае затраченный на заработную плату капитал в 60 квартеров, равный 30 рабочим дням, но распоряжающийся 60 рабочими днями, по-прежнему доставлял бы тот же продукт, 120 квартеров. Стоимость этого продукта тоже осталась бы неизменной, а именно 1 квартер был бы равен половине рабочего дня. Правда, раньше продукт составлял 180 квартеров, вместо теперешних 120 квартеров; но эта разница в 60 квартеров представляет только содержащееся в постоянном капитале рабочее время. Следовательно, издержки производства заработной платы и сама заработная плата — как ее потребительная стоимость, так и ее меновая стоимость — остались бы неизменными: 1 квартер хлеба, равный половине рабочего дня. Прибавочная стоимость тоже осталась бы неизменной, а именно 60 квартеров на 60 квартеров, или 1/2 рабочего дня на 1/2 рабочего дня. Норма прибавочной стоимости в обоих случаях равна 100 %. Тем не менее норма прибыли составляла в первом случае лишь 50 %, между тем как теперь она составляет 100 %. И это только потому, что 60: 60 = 100 %, а 60: 120 = 50 %. Это повышение нормы прибыли получается здесь не вследствие изменения издержек производства заработной платы, а просто оттого, что постоянный капитал предполагается равным нулю. Приблизительно то же самое получается и тогда, когда уменьшается стоимость постоянного капитала, а тем самым и совокупная стоимость всего авансированного капитала, и когда в результате этого увеличивается отношение прибавочной стоимости к капиталу, а ведь это отношение и есть норма прибыли.

В качестве нормы прибыли прибавочная стоимость исчисляется не только на ту часть капитала, которая действительно увеличивается и создает прибавочную стоимость, т. е. на затраченную на заработную плату часть капитала, но также и на стоимость сырья и машин, стоимость которых только вновь появляется в продукте, и, кроме того, на стоимость всего машинного оборудования, не только той части его, которая действительно входит в процесс образования стоимости и износ которой подлежит поэтому возмещению, но и той части, которая входит только в процесс труда.

Во-вторых:

Во втором примере Милля предполагалось, что если капитал № 1 доставляет 180 кварте-ров продукта, равняющихся 90 рабочим дням (так что 60 квартеров, или 30 рабочих дней, составляют постоянный капитал, 60 квартеров приходятся на переменный капитал, на заработную плату за 60 рабочих дней, из коих рабочим оплачиваются 30 рабочих дней, и 60 квартеров образуют прибавочную стоимость), то капитал № 2 доставляет тоже 180 квартеров, но здесь эти 180 квартеров равны 100 рабочим дням, так что из 180 квартеров 100 приходятся на заработную плату, а 80 — на прибавочную стоимость. Весь авансированный капитал затрачен здесь на заработную плату. Здесь постоянный капитал равен нулю; действительная стоимость заработной платы повысилась, хотя потребительная стоимость, получаемая рабочим, осталась та же, 1 квартер; но 1 квартер равен теперь 10/18 рабочего дня, между тем как раньше он равнялся лишь 9/18 рабочего дня. Прибавочная стоимость понизилась со 100 % до 80 %, т. е. на 1/5, или на 20 %. Норма прибыли возросла с 50 % до 80 %, т. е. на 3/5, или на 60 %. Таким образом, в этом случае действительные издержки производства заработной платы даже не просто остались неизменными [как в случае «во-первых»], а, больше того, увеличились. Труд стал менее производительным, и поэтому количество выполняемого рабочим прибавочного труда уменьшилось. И тем не менее норма прибыли повысилась. Почему? Во-первых, потому, что здесь нет постоянного капитала, вследствие чего норма прибыли равна норме прибавочной стоимости. Во всех тех случаях, где капитал затрачивается не исключительно на заработную плату, — а при капиталистическом производстве затрачивать весь капитал исключительно только на заработную плату почти невозможно, — норма прибыли всегда должна быть меньше нормы прибавочной стоимости, и она должна быть меньше соответственно тому, насколько совокупная стоимость всего авансированного капитала больше стоимости той составной части капитала, которая затрачена на заработную плату. Во-вторых, норма прибыли повысилась потому, что капиталист № 2 применяет в сравнении с капиталистом № 1 значительно больше рабочих, чем то их количество, которое компенсировало бы разницу в производительности применяемого каждым из этих капиталистов труда.

В-третьих, если иметь в виду одну сторону дела, то случаи, приведенные здесь под рубриками «во-первых» и «во-вторых», исчерпывают доказательство того положения, что изменение нормы прибыли может иметь место совершенно независимо от издержек производства заработной платы. Ибо под рубрикой «во-первых» было показано, что норма прибыли может повышаться несмотря на то, что издержки производства труда остаются неизменными. А под рубрикой «во-вторых» было показано, что для капитала № 2, по сравнению с капиталом № 1, норма прибыли повышается несмотря на то, что производительность труда падает и, стало быть, издержки производства заработной платы повышаются. Следовательно, этот же самый [VIII—332] случай доказывает нам, что если мы, наоборот, с капиталом № 2 сравниваем капитал № 1, то норма прибыли падает несмотря на то, что норма прибавочной стоимости повышается, производительность труда растет и, следовательно, издержки производства заработной платы падают. Они составляют [на квартер] для № 1 лишь 9/18 рабочего дня, а для № 2 — 10/18 рабочего дня, и тем не менее норма прибыли у № 2 на 60 % выше, чем у № 1. Во всех этих случаях изменения нормы прибыли не только не определяются [противоположными] изменениями издержек производства заработной платы, но и происходят в том же направлении. Правда, необходимо заметить, что отсюда не следует, что одно движение является причиной другого (например, норма прибыли понижается не оттого, что понижаются издержки производства заработной платы, или она повышается не оттого, что повышаются издержки производства заработной платы), а следует только то, что другие обстоятельства парализуют противоположные действия этих изменений. Но во всяком случае ошибочен рикардовский закон, что изменения нормы прибыли происходят в направлении, обратном изменениям заработной платы, и что одна повышается оттого, что другая понижается, и наоборот. Этот закон правилен только для нормы прибавочной стоимости. Однако в том, что норма прибыли и стоимость заработной платы повышаются и понижаются не в противоположном, а в одном и том же направлении, имеется (правда, не всегда) даже некоторая необходимая взаимосвязь. Там, где труд менее производителен, применяется больше ручного труда. А там, где труд более производителен, применяется больше постоянного капитала. Поэтому здесь те же самые обстоятельства, которые вызывают повышение или понижение нормы прибавочной стоимости, должны вызывать противоположное изменение в норме прибыли, т. е. должны, в случае повышения нормы прибавочной стоимости, вызывать понижение нормы прибыли, и т. д.

А теперь мы сформулируем этот случай в том виде, в каком его, собственно говоря, представлял себе Милль, хотя он и не дал ему правильной формулировки. Это вместе с тем объяснит настоящий смысл его разговоров об авансированной прибыли капиталиста.

В том виде, в каком пример дан у Милля, он не может оставаться, к какому бы «изобретению» и к какому бы «соединению»{79} мы ни прибегали. Ибо пример этот содержит в себе абсолютное противоречие и абсолютную нелепицу, и его собственные предпосылки уничтожают себя сами.

По Миллю, из 180 квартеров продукта 60 квартеров (семена и основной капитал) равняются 20 квартерам прибыли и 40 квартерам заработной платы за 40 рабочих дней. Таким образом, в том случае, если 20 квартеров прибыли отпадают, 40 рабочих дней все равно остаются. Согласно этому предположению, рабочие получают, стало быть, за свой труд весь продукт полностью, так что абсолютно нельзя понять, откуда же берутся 20 квартеров прибыли и их стоимость. Если предполагается, что они составляют всего лишь номинальную надбавку к цене, т. е. если они не выражают присвоенного капиталистом рабочего времени, то их отпадение должно быть совершенно так же прибыльно, как если бы в 60 квартерах мы считали 20 квартеров заработной платы для таких рабочих, которые не работали. Далее: 60 квартеров являются здесь лишь выражением стоимости постоянного капитала. Но они, по Миллю, являются продуктом 40 рабочих дней. А с другой стороны, предполагается, что остальные 120 квартеров составляют продукт 60 рабочих дней. Но под рабочими днями здесь надо понимать одинаковый средний труд. Следовательно, все это предположение абсурдно.

Таким образом, надо прежде всего признать, что в 180 квартерах продукта содержится только 90 рабочих дней, а в 60 квартерах, составляющих стоимость постоянного капитала, только 30 рабочих дней. Предположение, что прибыль, равняющаяся 20 квартерам, или 10 рабочим дням, может отпасть, опять-таки нелепо; ибо это значило бы предположить, что те 30 рабочих, которые используются для производства постоянного капитала, хотя и работают не у капиталиста, но, с другой стороны, настолько услужливы, что берут себе только заработную плату, 1/2 своего рабочего времени, а остальной половины в своем товаре не учитывают; одним словом, что они продают свои рабочие дни на 50 % ниже их стоимости. Следовательно, и это предположение нелепо.

Но предположим, что капиталист № 1 не покупает свой постоянный капитал у капиталиста № 2 с тем, чтобы его потом обработать, а в своем собственном предприятии соединяет производство постоянного капитала с обработкой его. Таким образом, он сам себе доставляет семена, земледельческие орудия и т. д. Отбросим также то «изобретение», благодаря которому семена и основной капитал становятся излишними. Итак, предположим, что наш капиталист затрачивает 20 квартеров (равных 10 рабочим дням) на постоянный капитал, требующийся для производства его постоянного капитала, и 10 квартерон на заработную плату за [каждые] 10 рабочих дней, из которых 5 дней рабочие работают даром.