Собрание сочинений в 2-х томах. Т.2: Стихотворения. Портрет мадмуазель Таржи
Шрифт:
4
Всех-то желаний останется наперечёт.В синюю вечность ворота уже приоткрыты.В зале моих ожиданий — и крыша течёт,И сквозь пробоины падают метеориты.Если ударил в лицо тебе ветер войны —Заколесит твоя жизнь по земле бестолково.В зале моих ожиданий — и звёзды видны,Только от звёзд этих толка уже никакого.Гневно ударил в лицо моё ветер войны.Неба огни для меня недоступно далеки.И никогда никакие не снятся мне сны,И сквозь меня не идут уже звёздные токи.В зале моих ожиданий сижу я — покаЗамертво, в темный мой час, не свалюсь я со стула.Так и умру, ожидая, чтоб эта строкаНеизгладимо по сердцу тебя полоснула. 5
Я правду сполна расскажу — ничего не украшу.Я понял теперь, что не надо мне вовсе прикрас.Из зала, где ждали мы поезда в молодость нашу,Чужие солдаты погнали прикладами нас.Другую дорогу тогда нам судьба подсказала.Мы вечером тёмным на запад пошли наугад,А зал ожиданья и все помещенья вокзалаРазрушил безжалостно артиллерийский снаряд.Бродяги, поэты, дельцы, подлецы и герои, —Какие ни есть — ты, земля, нас навеки прими.Но только когда-нибудь зал ожиданья отстроя,Мы по-настоящему заново станем людьми.Ты в зал тот войдёшь и присядешь у столика с краю,Морозные рельсы в окошко увидишь, сынок,И рано иль поздно — дождёшься ты поезда — знаю, —Которого я в этом зале дождаться не смог. * * *
Ежевечернее событие —Торжественное чаепитие!Вокруг дородного хозяинаСидит семья, любовно спаяна.Помешивая в чашке ложечкой,Любуется хозяйка кошечкой.Розовощёким купидончикомДевчонка восседает с пончиком.И даже в блюдечке клубничногоВаренья — столько поэтичного!А что же дальше, я вас спрашиваю?Ведь я для вас лубок раскрашиваю,Раскрашиваю, разукрашиваю,Прикрашиваю, охорашиваю.И на Марии КонстантиновнеЗатасканный халат сатиновый,А он в Аркадии ГригорьичеРождает острый приступ горечи.И кажется, что все позируют,И кто-то скупо жизнь дозирует,И даже месяц над полянкоюВисит консервною жестянкою. ОЛИМПИАДА
1
Гордо на стадионС факелом мчит бегун.Вот пробегает онМимо больших трибун —И по ступеням ввысь!Факелом прикоснисьК чаше! Легонько тронь —Зашелестит огонь!Птицы из клеток — вон!Стаю за стаей взвей!Хлопает стадионКрыльями голубей.Буйствует стадион,Будто от солнца пьянВ тесном кольце знамёнДружных участниц стран.Сколько цветных шаров!В небе шары, шары,Точно других мировСказочные дары!Вот и команд парадТронулся из ворот.В красочнейший нарядКаждый одет народ.Движется клумб поток,Что ни страна — букет,Что ни спортсмен — цветокЧерез петлицу вдет.Так из конца в конецПересекут стадион.Сцепленных пять колецНа полотне знамён. 2
Вырвавшийся вперёдСверхрекордсмен-бегунАплодисменты сорвётСразу со всех трибун.Шест на бегу воткнув,Взмыл прыгун и повис!Планку перемахнув,Падает мягко вниз.Каждым толчком, рывкомДвижет упорство, риск…Вот, закрутясь волчком,Бросил метатель диск.Бронзово-мускулист,Сосредоточен весь —Вон богатырь-штангистВыжал рекордный вес.Лучшим спортсменом будь!На пьедестале встань!Лучшим — медаль на грудьКак восхищенья дань!Громко оркестр духовойГимн заиграет твой!И над твоей головойФлаг запылает твой! 3
Беговая дорожкаВсё темней и темней.Остается немножкоПробежать мне по ней.Я на треке вечернемЗнаю каждую пядь,Но у финиша первымМне уже не бывать.Что ж, — и медную славуТоже сладко иметь,Мне недаром по нравуБольше золота — медь.…Я пружинисто прыгнулИ, взлетев на шесте,Тело эллипсом выгнулИ повис в высоте.Изогнулся над планкойИ остался я так —А внизу, как приманка,Недоступный тюфяк.Человека и птицыЯ какая-то часть:Ни на землю свалиться,Ни на звёзды упасть.Точно я переломан,Раздвоившийся весь,Ни в гостях — и ни дома,И ни там — и ни здесь.От игры и от рискаОтказаться пора.Нет, не бросить мне дискаНе толкнуть мне ядра.Сколько лез я из кожи,Думал — я гиревик…А у книг моих тожеВес не так уж велик.Нет, я веса не выжалИ победой не горд.Просто выжил. Я выжил:Это тоже рекорд.Только этим едва лиНа параде блеснуть.Никакой мне медалиНе навесят на грудь.И написано строгоБыло мне на роду,Что торжественно в ногуЯ ни с кем не пойду.До седьмого мне потаНадрываться опять,Пьедестала почётаНикогда не видать.Ну, а если удачаМне помашет рукой —Музыкантам задача:Гимн исполнить какой?Я случайный бродяга,Человек без корней,И ни гимна, ни флагаНет у музы моей. * * *
На ноге висит полпуда,Разворочено плечо.Тела скомканная грудаТрепыхается ещё.Пузырьки в сифоне скачут.В вену воткнута игла.А в окне снежок маячит,Ночь в окне белым-бела.Как поступки наши хрупки!Как непрочен весь наш мир!Из ноздрей свисают трубкиИ торчат из прочих дыр.Но хирургов важный шёпотОкружил мою кровать.Как меня возьмутся штопать!Как пойдут перешивать!Поваляешься в постели —И, глядишь, опять готовДля житейской карусели,Для житейских катастроф. * * *
Этот снег за стеною больничной —Мой единственный друг закадычный,Он, как слёзы, течёт и течёт.И душа по-некрасовски вволюОпилась покаянною болью.Вот и близится с жизнью расчёт.Умирать предназначены все мы,Но кончаться в когтях эмфиземы —Это очень унылый сюжет:Ловишь воздух, как пойманный окунь,Только он недоступен, далёк он,Только, в сущности, воздуха нет.Что ты знал о Толедо, Охайо?Что на свете земля есть такая,Что бывают такие места?Ты мечтал о ключе Иппокрены —Ах, как эти мечты вдохновенны!Только музыка вовсе не та!А не хочешь ли розовой пены,Что струей потечёт изо рта? * * *
Часто мне снится высокий маякС комнатой — вышкою восьмиугольной.Волн, точно рюмок в беседе застольной,Слушаю я нескончаемый звяк.Волны бегут и бегут на маяк —И разбиваются вдребезги волны…Чем-то сегодня они недовольны,В море сегодня опять кавардак.По вечерам зажигают маяк.По морю шарит прожектор сигнальный,Наискосок полосою зеркальнойПересекая всклокоченный мрак.От берегов унесённый рыбакГде-то плывёт на разбитом баркасе.Он бы убрался давно восвояси,Да в темноте не отыщет маяк.Может быть, всё это вовсе не так.Может быть, скользки, сильны и крамольны,Тёмные мысли, как тёмные волны,Светлого сердца штурмуют маяк.Может быть, всё это вовсе не так.Может быть, я на суденышке гиблом…Я бы наверное к берегу выплыл,Если б нашёл я во мраке маяк.Может быть, всё это вовсе не так.Может быть, гневно сверкающим глазомВсю эту тьму освещаю я разом…Может быть, сам я — высокий маяк.Может быть, всё это вовсе не так.Может быть, моря тут нет никакого:Все это — жизнь, что шумит бестолково,Всё это — жизни моей кавардак. * * *
Веку убийстваПришлись ко двору,А я забилсяВ мою конуру.В дверь не поверю!Удар сапогаВышибет двери —И вся недолга.Мой дом — моя крепость?Что за нелепость!..Мой дом — моя будка,Мой дом — моя щель.Вечером жуткоЛожиться в постель.Какой я хозяинКолу и двору?Так вот припаянОстрожник к ядру.Мой дом — берлога,Мой дом — нора,Где над порогомТень топора. * * *
Счётчики на стоянках,Счётчики на стоянках,А лётчикиЖенятся на китаянках,На китаянках!И никакого отношенияОдно к другому не имеет.Но я уже принял решение,И эти строчки окаменеют!Ходили предки в опереткуИ власть поругивали всласть,А я подбросил вверх монетку,И она позабыла упасть!Стала, может быть, луноюИ всплывает надо мною.Не понять и не постичь,Отчего порой прицепитсяНесусветнейшая дичь,Сумасшедшая нелепица!И над вечным вопросомСокрушается бедный умишко:Может быть, у алжирского дея под носомДействительно шишка? Поделиться с друзьями: