Чтение онлайн

Два мира. Впервые полностью — «Русский вестник», 1882, No 2, с. 659. Ранее (1872) печаталось без ч. 2. Опубликовав в 1857 г. «лирическую драму» «Три смерти», Майков продолжал работать над своим замыслом, связанным с историей раннего христианства в его столкновении с языческим миром, и в 1863 г. опубликовал новое произведение под загл. «Смерть Люция. Вторая часть лирической драмы «Три смерти»». Однако и это решение автора не удовлетворило. В архиве поэта сохранился черновой автограф под загл. «Смерть Люция. Часть вторая». Эта испещренная поправками рукопись — зародыш будущей трагедии «Два мира», куда сначала в качестве второй (1872), а позднее (1882) третьей части войдет кардинально переработанная «Смерть Люция». Трагедия «Два мира» завершает собой многолетний поэтический труд Майкова. Первостепенное значение для истолкования трагедии (как и для понимания всего драматического цикла Майкова) имеет его письмо к академику Я. К. Гроту, написанное в связи с присуждением Майкову за трагедию «Два мира» Пушкинской премии Академии наук. В начале письма Майков характеризует свои многолетние занятия всеобщей историей, перечисляя наиболее авторитетные исторические сочинения и называя многочисленных изученных им авторов: писателей, историков, богословов и т. п. «События минувших веков я старался вообразить себе по их аналогии с тем, что прожил и наблюдал сам на своем веку, а нами проживаемая историческая полоса так богата подъемами и падениями человеческого духа, что внимательному взору представляется богатый материал для сравнения даже с далекими минувшими эпохами. Открывается удивительная аналогия явлений, но не роковая последовательность непреложных внешних законов, а нечто живое, вечно действующее в самой сущности духа человеческого <.,.> Таким обрезом, мне настоящее поясняет минувшее, н наоборот». Далее Майков характеризует героев своей трагедии (и одновременно «героев» современности): «И нынешнего старого развратного сановника, балетного завсегдатая и весьма неразборчивого в способах приобретения узнаешь в Публии, беззубом проконсуле, которого дурачит Аезбия; надменного, сухого аристократа, у которого от предков остались только фамильные пороки н имя, который бранит новое только потому, что не ему достается сбирать дань с текущей жизни, признаешь в старом Фабии, скряге, скопидоме, вздыхающем о древнем праве, по силе коего он мог бы в рабство себе взять всех своих должников. В этих наших героях demi-monde'а <полусвета (франц.). — Ред.~>, добрых и веселых по природе, остроумных, даже и знакомых с последними словами «науки», при всем том скучающих, и обремененных долгами, истощенных оргиями и наслаждениями и часто готовых на все {как Катилина) для стяжания чести и денег, — разве не узнаете вы в этой бледной толпе юных патрициев <...> В этой картине нельзя не узнать многое, нас окружающее. И циник оказался необходим для моей картины. Скажу, впрочем, что он у меня вышел крупнее, так сказать, грандиознее и идеальнее, чем все циники Лукиана и др<угих> древних писателей. Я ему «польстил». Современные циники не должны бы обижаться, и они совершенно напрасно обиделись». Особое место в письме Майкова Гроту уделено проблеме «слога» — индивидуального языка действующих лиц трагедии. С этой точки зрения охарактеризован ряд ее героев: христиане Иов, Марцелл, Эвмен, Главк, Лидия и др. Далее Майков сказал о трагедии: «В ней много моих «убеждений». Во-первых, главное — все, что Деций говорит о разуме к что возражает Марцелл, — это мои личные понятия и «убеждения». Не считая непогрешимым и высшею силою в мире человеческий разум, личный, я воспользовался случаем дать шпильку и коллективному разуму, так наэ<ываемому> vox populi (имеется в виду античное изречение: глас народа — глас божий (лат.). — Ред.), предоставив подлому Миртиллу сослаться на глас народа в восстании всех против христиан» (Известия ОЛЯ, 1979, No 4, с. 384, 385, 386, 388).

Трагедия «Два мира» вызвала многочисленные отзывы современников Майкова, преимущественно положительные, и почти единодушно была признана самым значительным его произведением. «Поэма г. Майкова, — говорил Я. К. Грот на заседании второго отделения Академии наук 19 октября 1882 г., — столь зрело обдуманное и тщательно обработанное художественное создание, что его нельзя не причислить к тем приобретениям нашей литературы, которыми она вправе гордиться» (Я. К. Грот, Отчет о первом присуждении премий А. С. Пушкина, СПб., 1882, с. 14),

Повествуя о первых веках христианства, Майков широко использовал библейские легенды и предания, вводил в поэтическую ткань трагедии, в речь ее персонажей парафразы и цитаты из Евангелия. В комментариях такого рода вкрапления специально не оговариваются.

Часть первая. Сцена первая. Спартаком пахнет, да! Спартаком! — то есть восстанием рабов. Престол, // И некто был на нем седящий. — Речь Иова стилизована под слог Апокалипсиса. День суда — Страшный суд. Сцена вторая. Рим... // миру // Законы дал. — Древнеримское право было наиболее развитой правовой системой рабовладельческого общества. И сядь на трон // Философ и т. д. — Деций высказывается как последователь политического учения Платона (см. его «Государство»).

Часть вторая. В катакомбах. Он потом // Ученикам явился днем? — По евангельской легенде, на третий день после казни воскресший Христос явился своим ученикам. «Отче наш» — начало и название христианской молитвы, обращенной к богу. Он в венце из терний. — По евангельской легенде, терновый венец был надет на Христа перед казнью. Он львами // Разорван был — т. е. был предан казни: погиб на арене цирка или был брошен на съедение зверям. Там, где нет ни воздыханья и т. д. — Перефразировка христианской заупокойной молитвы.

Часть третья. Ловите, ловите и т. д. — Слова Хора соотносятся с горацианским идеалом наслаждения жизнью, выраженным в его знаменитом призыве «Carpe diem!» — «Лови день!» («Оды», I, II, 8). Скончался // Великий Пан — Греческий историк Плутарх («Об упадке оракулов», гл. 17) рассказывал, что в царствование римского императора Тиберия кормщик корабля, плывшего из Пелопоннеса в Италию, услышал возглас: «Умер великий Пан». Сообщение кормщика было обнародовано и вызвало многочисленные истолкования. Раннехристианские писатели истолковывали его как весть о конце эпохи язычества. Мирта Киприды мне дай! — см. стих, и примеч. «Эпикурейские песни», т. 1, с. 512. — Нет ...знака // На роже — т. е. нет рабского клейма. Рим горел // Неспроста. — Пожар 64 г. охватил почти всю территорию Рима. Он послужил предлогом для предпринятого Нероном гонения на христиан, обвиняемых в поджоге. От новых вер... // Из Халдеи, // Из Персии, из Иудеи. — Речь идет о проникновении в Рим культов Астарты, Митры и Христа. Vae victisl — см. примеч. к стих. «Никогда!», т. 1, с. 546. «Кончим представленье», // Как тот сказал!.. — В конце римской комедии к зрителям обращались с традиционной формулой: «Plaudiie, acia est fabula» («Похлопайте, представление окончено». — лат.). Светоний в «Жизни двенадцати цезарей» (Божественный Август, 99) сообщает, что Август «в свой последний день <...> Вошедших друзей <...> спросил, как им кажется: хорошо ли он сыграл комедию жизни? И произнес заключительные строки:

Коль хорошо сыграли мы, похлопайте

И проводите добрым нас напутствием».

Павел (первоначальное имя Савл) — один из апостолов, в прошлом принадлежавший к враждебной Христу иудейской секте фарисеев. По евангельской легенде, на пути в Дамаск Савл услышал голос Христа, который спрашивал: «Савл, Савл! что ты гонишь меня?», и уверовал в его учение. Впоследствии проповедовал в Риме. Бруту Цезарева тень // Являлась... в день // Фарсальской битвы?. — Здесь Майков допустил неточность: у Плутарха говорится о битве при Филиппах, а не о Фарсальском сражении. В «Стихотворениях А. Н. Майкова в трех частях», СПб., 1872, неточность исправлена и этот ст. читается: «Сраженья при Филиппах». В последующих же изданиях так, как в Полн. собр. соч., 1893. И в Риме уж теперь два Рима! — По свидетельству А. В. Амфитеатрова, Майков первоначально хотел дать своей трагедии название «Два Рима» («Исторический вестник», 1903, No 3, с. 1012. Под псевд. Сандро).

Брингильда. Впервые — «Русский вестник», 1888, No 6, с. 3, без вступительного стих. «При посылке «Брингильды» в Малую Азию» и посвящения. Вступительное стих. напечатано в сб.: ««Красный цветок». Литературный сборник в память Всеволода Михайловича Гаршина», СПб., 1888, отд. II, с. 4, под загл. «При посылке поэмы «Брингильда» в Кадыкиой в Малой Азии», с датой: 2 апреля 1888. Печатается по тексту: Полн. собр. соч. А. Н. Майкова, СПб., 1893, т. 3, с. 377. Поэма была послана сыновьям Майкова Владимиру и Аполлону, находившимся тогда в Кадыкиое (см. примеч. к циклу «У Мраморного моря», т. 1, с. 537). Закончена Майковым в марте 1888 г., 30 апреля 1888 г. он прочел ее на праздновании своего литературного юбилея в Петербурге («Исторический вестник», 1888, No 6, с. 693), Представляет собой обработку фрагмента «Язык поэзии» из «Младшей Эдды» (см. примеч. к поэме «Бальдур», с. 477).

В одном из незаконченных отрывков предисловия к поэме «Бальдур» Майков остановился на «грандиозном образе Брингильды, королевской дочери-валкирии, которая спящею положена Одинок на высокую гору». Освобождение ее Сигурдой истолковано как «женитьба Солнца, освобождающего свою милую ладу — Землю, спящую под блестящим покровом снегов». Особое значение Майков придавал правильному чтению поэмы: «Эта игра ударений, разнообразие их по месту в каждом стихе не дает возможности установиться скучной монотонности трехсложного стиха, и неопытное ухо никак не может даже уловить, каким размером писана поэма, чувствует только плавность и гармонию речи. А эти качества в «Брингильде» чаруют меня и до сих пор, особенно Когда она сама заговорила — ее возвышенный поэтический тон, как блуждала по белым снегам — замок, наконец ее душевная речь <...> Ведь в этом роде у меня еще ничего не было писано. Новая форма! новое содержание! и я не знаю ничего, мне ее напоминающего!» (Письмо к сыновьям Владимиру и Аполлону от 13 апреля 1888 г. — Ежегодник, 1978, с. 201). «Брингильда» получила высокую оценку критика Е. М. Гаршина, брата писателя В. М. Гаршина (Е. Гаршин. Три поэмы, СПб., 1889, с. 10). А. И. М. — Анна Ивановна Майкова (урожд. Штеммер, 1830-1911), жена поэта.

ПРОИЗВЕДЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ 1893 ГОДА

В. Г. Бенедиктову. Впервые — «Сын отечества», 1840, No 6, с. 252, под загл. «Владимиру Григорьевичу Бенедиктову», подпись: А. М. Печатается по тексту: Стихотворения Аполлона Майкова, СПб., 1842, с. 111. Владимир Григорьевич Бенедиктов (1807-1873) — русский поэт, был членом кружка Майковых, помещал свои стихотворения в рукописных альманахах кружка. В альманахе «Лунные ночи» находится список стих. Майкова и здесь же — стих. «Аполлону Майкову ответ Владимира Григорьевича Бенедиктова», начинающееся строфой:

Что за милое посланье!

Что за пламенный призыв!

Мигом вспыхнуло желанье,

Окрылил меня порыв.

Можно ль хладным оставаться?

Как не мчаться? как не рваться

В этот радостный приют?

К морю, к неге и природе,

К дружбе, к Музам и свободе —

Прямо в рай меня зовут.

Праздник Третьего Петра. — Петр III (1728-1762) предавался необузданным развлечениям; любил пировать в своем загородном доме близ Ораниенбаума.

Лунная ночь. Впервые — «Библиотека для чтения», 1842, No 1, с. 5. Печатается по тексту: Стихотворения Аполлона Майкова, СПб., 1842, с. 122.

Черногорец. Впервые — «Отечественные записки», 1842, No 4, с. 269. Печатается по первой публикации.

Чудный век. Впервые — Стихотворения Аполлона Майкова, СПб., 1842, с. 6. Печатается по первой публикации. Не бедный челн скользил по лону рек. — Ср. в «Медном всаднике» Пушкина: «Пред ним широко // Река неслася; бедный челн // По ней стремился одиноко». Беринг Витус (Иван Иванович) (1681-1741) — офицер русского флота, выдающийся мореплаватель, его экспедиции на русском Севере внесли огромный вклад в историю географической науки. Прошел пролив, соединяющий Северный Ледовитый океан с Тихим океаном. Белый флаг — Андреевский (диагоналевый голубой крест на белом поле), кормовой флаг кораблей русского военно-морского флота; учрежден в 1699 г. Петром I. В тени дубов коломенских... // Возрос небес помазанник младой. — Коломенское — в XV-XVII вв, царская подмосковная усадьба.