Чтение онлайн

[440]

большей части в советские времена, не принял их (Ельцин был вынужден некоторых губернаторов, назначенных его указами, затем отстранять от должности другими указами). С ведением системы избрания губернаторов во многих областях были избраны губернаторы, находящиеся в оппозиции к центральной власти. К этому толкала ситуация в большинстве регионов России - невыплата в срок зарплаты, ухудшение социального обеспечения.

Стремительное повышение роли и статуса региональных (республиканских) элит, которые в советское время были всего лишь послушными проводниками политики верхов, оказалось не подкрепленным организационно; российская провинция испытывает дефицит квалифицированных лидеров и элит, носителей свежих идей. В провинциях сформировались кланы (впрочем, многие из них сохранились со времен партноменклатуры). Региональная элита в ее современном виде сформировалась из выходцев из бывшей партноменклатуры, которую кое-где потеснили активисты демократических партий, а также из хозяйственных руководителей. Выше уже отмечалось, что в большинстве регионов России радикальной смены элит не произошло. Правда, есть и иные примеры. Политологи пишут о "муниципальной революции" начала 90-х годов в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и некоторых других городах. Но это, скорее, исключения, подтверждающие правило. У региональной элиты - свои "правила игры" - не через демократические институты, а через традиционные отношения номенклатурного и постноменклатурного патроната. Население почти всецело зависит от "начальства". В этих отношениях взятка играет еще большую роль, чем в центре (и она менее маскируется), эта элита более самоуверенна, ибо знает, что простому человеку с ней трудно бороться. Старые фигуры (старая элита) в но

[441]

вых интерьерах - повсеместная картина в регионах. В телефонном справочнике административных и хозяйственных руководителей Воронежской области 1994 г. почти сплошь те же имена, что и в подобном справочнике 1990 г. В 39 районах области из 39 руководителей лишь 5 - новые(1). Порой региональные руководители сидят в тех же кабинетах, в которых они сидели в советские времена, изменились лишь названия их должностей. Новая старая номенклатура осуществляет власть в Татарстане: в корпусе глав городских и районных администраций в 90-х годах из 57 человек 37 - бывшие партноменклатурщики. Быстрые переодевания в новые одежды не затронули номенклатурной системы, только ее носители сменили идеологические ориентиры. В провинции, увы, особенно справедлива фраза о том, что чем больше перемен, тем больше все остается по-старому.

Президент В. Путин начал свою деятельность с укрепления вертикали власти, с приведения законодательства всех субъектов РФ с федеральными законами, борясь с центробежными тенденциями, с теми региональными лидерами, которые чувствуют себя в своих регионах в роли феодальных баронов, Естественно, что такая политика вызвала противодействие со стороны ряда региональных лидеров, Проблему отношений центра и регионов нельзя считать решенной.

Культурная элита

В структуре российских элит культурную элиту мы поставили на последнее место по причине малого влияния ее на управленческие решения в стране, по ее малому престижу в современной России(2). А в норматив

– --------

(1) Известия.
– 14.07.
– 1994 г.

(2) Характерно, что социологический опрос культурной элиты Москвы, проведенный в ноябре-декабре 1999 г. показал, что половина опрошенных (44,9%) ответили, что у них нет ощущения своей принадлежности к элите (Элита Москвы.
– М., 1999.
– С. 51). Самооценка культурной элиты настолько низкая, что она граничит с явлением, которое психологи характеризуют как кризис идентичности.

[442]

ном плане именно культурная элита должна занимать первое место среди социально-доминантных групп общества, среди других функциональных элит. Ибо подлинная элита человечества - это прежде всего духовная элита; она призвана генерировать новые идеи, ставить и решать смыслобытийные вопросы, освещать своему народу и всему человечеству пути в будущее. Под элитой интеллигенции мы имеем в виду не просто людей, профессии которых связаны с преимущественно умственным трудом (это - интеллектуалы), а людей с обостренным чувством справедливости, людей, ориентированных на гуманистические ценности. Это слой людей, традиционно критически относящийся к власти, обычно и не рвущиеся к ней. Потому-то интеллигенция не избалована симпатиями властей, хотя последние почти всегда пытаются ее подкупить, поставить к себе на службу и, когда им это удается, коррумпированные интеллектуалы перестают быть подлинной интеллигенцией.

Именно культурная элита более всего соответствует самой этимологии термина "элита" (или, по крайней мере, наиболее близка к нему), это именно лучшие, наиболее способные, творческие, могущие найти нетривиальные решения проблем, стоящих перед страной, человечеством, расширить его интеллектуальные горизонты, обнаруживающие узость рамок прежних подходов и выводов. Интеллигенция как элита - нравственный фермент общества, это те, кто принимает на себя ответственность за все, происходящее в мире - и

[443]

за свою социальную группу, и за свой народ, и за весь мир (так понимал элиту, в частности, X. Ортега-и-Гассет). Если принять в соответствии с В. Парето расчленение власти на ту, которая основана на силе и ту, которая основана на убеждении, то политическая элита является носителем первой, а культурная элита - второй. Именно элита интеллигенции - зачинатель и катализатор прогрессивных процессов, в том числе модернизации общества, движения его к индустриальному и далее - к постиндустриальному.

В отличие от коррумпированных интеллектуалов и увенчанных лаврами лизоблюдов власти интеллигенция не имеет привилегий, ее труд не оценивается высоко в материальном отношении. Принимая за элиту политическую элиту социальную группу, выполняющую властные функции в обществе, мы неминуемо сталкиваемся с противоречием функционального и ценностного подходов к элите. Ибо элита, с одной стороны, - это функция (политическая элита выполняет функцию управления государством), с другой стороны - это качество (и, как видим, именно элитными качествами наша, да и не только наша политическая элита не обладает); именно нормативный, ценностный подход обнаруживает подлинную элиту человечества в культурной элите, творящей новые культурные образцы.

В доброе (или недоброе) старое время в нашей стране часто говорилось: "интеллигенция (писатели, художники и т.д.) в долгу перед народом". Если это суждение справедливо, оно, во всяком случае односторонне, ибо народ, по меньшей мере так же в долгу перед своей интеллигенцией, которую он в советское время не защитил от поругания начальства, от страшных репрессий, а ныне она брошена в стихию рынка, став одной из низкооплачиваемых страт населения. Россия претерпела много бед именно из-за уничтожения в XX

[444]

веке большой части элиты интеллигенции - ценнейшего генофонда нации, что привело к деградации или одностороннему развитию культуры в стране. Изгнание из страны и истребление части (причем лучшей части) интеллигенции в советское время, снижения ее статуса и жизненного уровня в постсоветское время может привести лишь к одичанию и деградации общества в целом.

В советский период после репрессий и высылки элиты интеллигенции и ухода во "внутреннюю эмиграцию" многих других, значительная часть оставшихся была "приручена", интегрирована в советской социально-политической системе, индоктринизирована, была в определенной мере допущена в официальные структуры государственного аппарата, утратила важнейшую функцию культурной элиты функцию критики власти. Известно, что внутри элиты существует естественная неоднородность; в культурную элиту входят те, кто внес наибольший вклад в генерирование нового знания (научная элита) или в создание новых форм эстетического освоения действительности, кто внес наибольший вклад в развитие культуры - русской и мировой. В советский же период оказалась полностью искаженной иерархизация внутри интеллигенции. Формальная и неформальная структура культурных элит разительно отличалась друг от друга. Стоявшие во главе Союза писателей Г. Марков или Союза художников Н. Пономарев отнюдь не были самыми выдающимися, талантливыми, уважаемыми, но - зато они были одобряемые политической элитой. Или сравним формальную и неформальную элиты советской философии 30-х - 70-х годов. Формальную представляли академики М. Б. Митин, П. Ф. Юдин, Ф. В. Константинов, Г. Ф. Александров, Л. Ф. Ильичев, П. Н. Федосеев. Ни один из них не был выдающимся философом. Это были партийные чиновники от филосо

[445]

фии. А неформальная, подлинная элита этого периода - это совсем другие люди - это А. Ф. Лосев, В. Ф. Асмус, Э. В. Ильенков, М. К. Мамардашвили.

Интересны механизмы отбора в культурную элиту: тут возникает социальный фильтр, который либо способствует пропуску и отбору лучших, наиболее талантливых, либо препятствует подлинной, естественной иерархизации. Так, при советской власти обрушивались репрессии на "идеологически чуждых" писателей, художников, таких как М. Зощенко, А. Ахматова, Э. Неизвестный и, напротив, поддерживались дутые фигуры. Иначе говоря, официальная формальная иерархизация людей культуры бросала вызов подлинной дифференциации по критериям таланта, оригинальности, творческих вкладов в развитие культуры(1). В перестроечный и постперестроечный период многие дутые и "от начальства поставленные", пользуясь словами М. Е. Салтыкова-Щедрина, были сброшены с пьедесталов. Увы, это не сделало постсоветскую культуру и ее элиту процветающей; культура деградирует уже по иной причине: она брошена в пучину рыночных отношений, где процветает массовая культура, обладающая массовым спросом, и опять-таки на поверхности - отнюдь не самые талантливые. Сохранение и развитие культурной элиты, во многом определяющей интеллектуальный потенциал страны, является важнейшей общенациональной задачей.

Культурную и прежде всего научную элиту можно дифференцировать на технократическую и гуманитарную. Первая выступает с программой рационализации социальной жизни, сделав ее функциональной требованиям индустриальной и постиндустриальной цивилизации. Не случайно, что в политической и научной

– --------

(1) См. подробнее: Интеллектуальная элита Санкт-Петербурга.
– СПб.
– 1993 г.
– Ч. 1.

[446]

элите советского периода до конца 80-х годов преобладали люди с техническим образованием. Горбачевская программа "ускорения" также ложится в русло технократического мышления (недаром в ней говорилось о "человеческом факторе": человеке как "факторе" производства). Напротив, в оппозиции конца 80-х - начала 90-х годов преобладала гуманитарно-ориентированная интеллигенция. Первая ориентация характерна для апологетов индустриального общества, вторая гуманистически трактует постиндустриальное общество. Важная функция интеллигенции --защита общества от политической элиты. Если же она питает власть, поставляя интеллектуалов, становящихся функционерами власти, она рискует потерять качество интеллигенции. Вспомним различение, введенное А. Солженициным - интеллигентов и "образованцев", из которых формируется номенклатура и неономенклатура.