Софи. Перерождение
Шрифт:
Софи идет по холодному темному коридору. К ней подходит мужчина, это Арман, (сейчас Софи узнает его).
«Кто ты?», — спрашивает он ее, присаживаясь перед ней на колено.
«Софи», — отвечает она, теряя сознание.
По лицу Софи катились слезы, Адриан, оттолкнув от себя Главу Совета, который все это время удерживал его, не позволяя приблизиться к ней, подошёл к креслу и обнял её. Софи, уткнувшись в него, рыдала уже в голос от переполняющих ее горя и боли, которые были заперты в ее памяти все эти годы.
— Тише, тише, это все уже в прошлом. Ты ни в чём не виновата. Ты была маленькой девочкой, которая испугалась и пыталась защитить себя, — успокаивал он её. Софи посмотрела на него сквозь слезы:
— Ты всё видел? Снова читал мои мысли?
— Да, детка, и не только я. Твой дед — сильный менталист. Он нарочно спровоцировал тебя.
Она повернулась к Главе Совета и вопросительно посмотрела на него. Инквизитор утвердительно кивнул:
— Зато я узнал, что случилось в ту ночь в замке, и теперь точно уверен, что ты — моя внучка, — улыбнулся герцог.
— Хотя это и так видно, — добавил он, — ты очень похожа на мою пра-пра бабку, мать Каролины де Моро. Удивлены, граф? Мой прадед — брат вашей первой жены. Странно, что вы не обратили внимание на то, что Каролина и Софи похожи.
— Я обратил внимание, но не придавал этому значения. К тому же Софи ничего не знала про своих родителей, и мы никак не могли установить факт их родства, — Адриан нахмурился, — к чему вы клоните?
— Ни к чему, граф, — пожал плечами инквизитор, — просто удивляюсь хитросплетениям судеб.
— А кто была моя мать? — Софи вытерла слезы.
— Адель была из рода фон Крауз, рода, которому когда-то принадлежал замок де Моро. Ее родные погибли в войне пяти герцогств. Она покинула свой дом и жила тихо и незаметно возле восточной границы, где и познакомилась с моим сыном, когда он служил там после окончания академии.
— Из рода фон Краузов? — Софи и Адриан переглянулись, и граф рассмеялся.
— А я был прав, вы с Дереком, действительно, родственники. Выходит, что ты — его племянница.
— Но как это возможно? — воскликнула Софи, — ведь Адель была человеком.
— Нет, Софи. Адель была первородной, но эта её особенность проявилась у неё уже во взрослом возрасте. К тому же из всех способностей ей достались лишь дар видеть магические потоки и долгая жизнь. Ни силой, ни скоростью, ни ментальными способностями она не владела, — пояснил инквизитор, — кто такой Дерек?
— Дерек фон Крауз, младший брат Адель, во время войны пяти герцогств был захвачен в плен и приговорен к смертной казни, но сбежал, вернулся в замок и погрузился в магический сон…
— Почему отец напал на маму? — прервала Адриана Софи, её сейчас не волновали все эти запутанные родственные связи, она хотела выяснить, что произошло с ее родителями.
— Мой сын, Оскар, был одним из сильнейших менталистов. Беда была в том, что его дар властвовал над ним. Оскар безумно любил твою мать, но его характер и желание безраздельно владеть ею пробуждали в нем ревность.
Я много раз предупреждал Адель об этом, просил ее не рисковать и в случае чего обращаться ко мне, но она также сильно любила его и надеялась, что всё наладится. Но становилось только хуже. Оскар ревновал ее буквально ко всему.
Возможно, в тот день он снова приревновал её. Судя по твоим воспоминаниям, он использовал технику ментального допроса, но не рассчитал силы. Тебе же попытался стереть память, но твоя сила оказала ему сопротивление. Ты не только не поддалась воздействию, но и каким-то образом перехватила контроль и впитала не только магические, но и его жизненные силы. Я не могу винить тебя за это. Если кто и виноват, то только я. Нужно было раньше принять меры. Но я надеялся, что он сможет справиться сам.
— Почему вы сразу не забрали меня из гильдии?
— Я не знал, что ты там, — герцог вернулся за свой стол, — я приехал к твоим родителям утром следующего дня, и слуги рассказали, что вы, на ночь глядя, уехали в родовой замок. Я тогда ещё не был в совете, а занимал должность в управлении по делам торговой гильдии. Мне пришлось обратиться за помощью к главе отдела сыска, моему старому другу. Он собрал людей, и мы поехали в мой старый родовой замок, который на тот момент использовался как летняя резиденция.
Там мы обнаружили тела твоих родителей, но тебя не нашли. Ребята обыскали замок от флигеля до подвала и прочесали местность рядом. Выяснилось, что в ту ночь в замке был кто-то ещё, но рядом с городом его след оборвался. В тот день я потерял семью и желание жить. И если бы не старания Андерса, наверное бы сошел с ума. Ему удалось убедить меня, что ты жива, и во мне теплилась надежда, но поиски не давали результата. Прошло несколько лет. Со временем боль потери притупилась, и я уже смирился с мыслью, что никогда больше не увижу тебя.
А потом, спустя одиннадцать лет после той ночи, во время инспекции в городской тюрьме я увидел на столе у одного из тюремщиков твой портрет. Тот парень хорошо рисовал, и я сразу узнал знакомые черты. Я спросил у него, где он видел тебя, и выяснилось, что тебя задержали за воровство, и ты сейчас в камере. Мы отправились туда, но камера была пуста. Птичка улетела.
Тогда я сразу поехал в гильдию к Арману. Я знал его лично еще по торговым делам. Я умолял его разрешить мне встретиться с тобой, но он был непреклонен, все отрицал и говорил, что ничего не знает про тебя.
В голове Софи всплыла сцена, как она стоит, прикованная к стене, в камере, в подвале дома приёмного отца, а Арман кричит на неё:
— Ты понимаешь, что они ищут тебя! До сих пор ищут, Софи! Прошло одиннадцать лет! Как можно было быть такой беспечной?! Вам сказочно повезло, что вы сбежали! Попробуй теперь сбежать отсюда! Видит небо, Софи, я не хочу быть жестоким с тобой, но так продолжаться не может. Это послужит тебе уроком. У тебя три часа. Не выберешься — выпорю так, что неделю сидеть не сможешь!