Чтение онлайн

– Поедим, и поедем дальше. – Пояснила свои действия она. Да уж, давно со мной такого не было, чтобы забыл поесть. На мой скептический взгляд, который я бросил в сторону заведения, принялась пояснять. – Это хорошее место, его держит дядя Дато. Не смотри, что снаружи непрезентабельно, зато очень вкусно, много и не дорого. – Я не стал спорить, она местная, ей виднее. Внутри был откровенный совок, только приправленный ноткой грузинского колорита.

На стенах висели картины с пейзажами Грузии, на столах закрытые соусницы, подписанные замысловатым грузинским письмом, дублируя названия на русском. Стоило нам войти, как к нам подскочил высокий мужчина лет пятидесяти на вид, его грубоватые черты лица делали его вид только мужественнее, а отсутствие живота, никак не вязалось с владельцем заведения общепита.

– Вах! Какие люди! Настенька, свет очей моих! – Расплылся в искренней улыбке он. – Ты все хорошеешь и хорошеешь! Ну просто персик наливной! Так бы и скюшал!

– Ой, дядя Дато, ты как всегда мне льстишь! – Притворно засмущалась девушка.

– А этот молодой человек, твой новый жених, или как? – С угрозой во взгляде мужчина посмотрел на меня, а Настя рассмеялась.

– Дядя Дато, вот именно этого молодого человека обижать не надо, поверь на слово.

Мужчина присмотрелся ко мне повнимательнее, изогнув бровь. Я же стоял, немного недогоняя, что они от меня хотят и над чем смеются, поэтому просто молча прошел за угловой столик, откуда хорошо просматривался зал, уселся в самый угол, принялся изучать незатейливое меню, вставленное в пластиковую рамку, параллельно изучая пустой зал кафешки. Настя перебросилась парой слов с мужчиной, скинула с плеч полушубок, аккуратно развешивая его на спинке соседнего стула. Теперь получилось рассмотреть ее получше. Невысокая, 165, не выше, тонкая талия, но при этом довольно широкие бедра, для такой фигуры, обрисовали четко образ гитары. Довольно крупная грудь, придавала девушке образ аристократической барышни. Белая блузка с глухим воротником и юбка, чуть выше колен, подчеркивали стройные ножки в облегающих сапожках на невысоком каблуке.

– Нравлюсь? – Хихикнула девушка, крутанувшись вокруг оси.

– Нравишься, – улыбнулся я, – к моему большому сожалению… – В этот момент к нам подошел дядя Дато и выжидательно посмотрел на меня. – Харчо у вас есть? И люля?

– Конечно, дорогой, у меня самый вкусный харчо в городе! Щас все будет в лучшем виде! А тебе, красавица? – Повернулся к усевшийся Насте.

– А мне сациви, если его готовила тетушка Нона, – отозвалась моя спутница. От этих слов, на лице владельца расплылась улыбка еще шире, хотя шире, казалось, уже некуда.

– Конечно, красавица, сейчас все будет! – Быстро умчался на кухню. Оставшись вдвоем, Настя выжидательно уставилась на меня.

– Ну, спрашивай. – Откинулась она на спинку стула. Я же изогнул бровь, делая вид, что не понимаю, о чем она говорит. – Ла-адно, не хочешь спрашивать, не спрашивай, потому что знаю все, что тебе хочется спросить. Но сначала ответь на вопрос, ты веришь в… Судьбу, предназначение, карму?

– Пожалуй, верю, – немного подумав, ответил. – В карму.

– О, это хорошо, это очень хорошо. – Настя сложила руки на столе, переплетя пальцы. – Я тебе говорила, что вижу сны, и что они бывают вещими. – Я кивнул. – Так вот… Еще, я знаю… – тут к нашему столу подошел дядя Дато с подносом, на котором ароматно дымились тарелки с харчо и сациви, расставив их перед нами, как и приборы, оставил корзинку с наломанным лавашем, молча удалился, видя, что у нас серьезный разговор. – Так вот, еще я знаю, что есть люди, которые не люди. – Я недоуменно приподнял бровь, а девушка продолжила. – Они живут как люди, ходят на работу, как люди, но они внутри не люди. – Взяв ложку, начала перемешивать содержимое тарелки, поливая соусом лежащее в ней мясо. Подняла на меня свои голубые глазищи. – Если поедешь в Гари, сам все поймешь.

Я задумался. Прежде чем ехать, мне надо решить дела здесь, а потом уже выдвигаться, согласно легенде. Задумавшись, начал неспешно помешивать наваристый харчо, обильно посыпанный сверху мелко рубленным укропом и петрушкой. Попробовал, действительно, суп оказался выше всяких похвал. Не настолько острый, как я люблю, но очень даже. Незаметно я проглотил все, что находилось у меня в тарелке, и как по мановению волшебной палочки, передо мной появилось блюдо с кебабами, обложенное по кругу овощами с зеленью. Когда я закончил со вторым блюдом, Настя все еще продолжала ковыряться в своей тарелке, погруженная в какие-то, только ей ведомые мысли. Не успел я и слова сказать, как передо мной поставили бокал с красным вином, а перед девушкой кружку с кофе.

– Ты когда-нибудь слышала пассионарную теорию этногенеза Гумилева? – Настя вздрогнула, выпадая из своих мыслей и поднимая на меня взгляд. Отрицательно покачала головой, глядя к себе в тарелку. Я улыбнулся. – Вот и мне интересно, звучит главное красиво, но проверить на практике не тянет. – Девушка непонимающе уставилась на мою улыбающуюся рожу, видимо что-то поняла и в голос рассмеялась, прикрывая рот рукой.

– Ха-ха, а я подумала, ты серьезно! Хаха!

– Может и серьезно, – отозвался я, – но все равно, на своей шкуре проверять не тянет. – Я пригубил вино. Сухое, в меру терпкое, довольно легкое. А это значит, что сегодня мне предстоит перечитать инструкции еще раз и распланировать завтрашний день, а не ходить по подворотням, где предположительно будут эти двое.

– Поехали ко мне? – как бы невзначай обронила Настя, а я так и застыл с фужером у рта. Медленно поставил его на стол, раздумывая, как бы помягче отказать. Но Настя меня удивила. – Ты не правильно понял, тоже вина хочу, а одной пить, ну… грустно.

Я облегчённо выдохнул.

– А поехали, только, сразу говорю, допоздна не смогу, завтра день трудный.

– Я знаю, – как-то обреченно выдохнула она. – Видела я дела твои. – От этой фразы я напрягся. Девушка же, махнула рукой, – поехали, дома поговорим. Ах да, очки свои возьми, может и пригодятся. – Я устав удивляться, кивнул, засунув руку в карман, нащупал футляр.

– С собой. – похлопал себя по куртке. Мы поднялись и к нам тут же подскочил дядя Дато. Я расплатился, оставив солидно чаевых, в ответ получив заверения, что я всегда буду желанным гостем, погрузились в машину, направились, по только Насте известному маршруту. Сначала выехали на Ленина, мимо северного вокзала, углубились в застройку, остановившись у панельной пятиэтажки, первый этаж которой занимал алкомаркет. Взяв две бутылки вина, я постоял, подумал, добавил еще одну сухого, в надежде, что трех нам хватит и не упиться, и завтра в нормальном состоянии встать. Добавил пачку сигарет. Так-то я курить бросил, когда мелкая родилась, и курил только вне дома и на нервяках или по пьянке, но сейчас меня не сдерживало ничего. Добавил сыр, шоколад, конфеты, колбаски разной.

Сев обратно в машину, мы пропетляли ещё немного дворами, где Настя и припарковалась у дома-близнеца. Третий этаж и тяжелая металлическая дверь квартиры. Войдя внутрь, девушка с сексуальным вздохом стянула с себя сапоги, прошла внутрь. Типичная хрущевская двушка: сразу направо коридор с туалетом, ванной и кухней, а дальше две спальни, расположенных бабочкой. Вот в левую девушка и зашла, прикрыв за собой дверь. Я же, пройдя на кухню, принялся доставать из пакета вино, конфеты, сыр. Залез в шкафчик, нашёл только один фужер, поэтому достал его и чайную кружку, предварительно все сполоснув, нарезал сыр, разложил на тарелке, даже штопор нашел, открыв вино, и так увлекся, что даже не сразу уловил момент, когда Настя, накинув легкий атласный халатик, доходящий ей до середины бедра, села на табурет и начала наливать нам вино.

– Прелестно выглядишь, – постарался сделать ей комплимент. Девушка действительно была хороша в таком виде. Было заметно, что все ее формы аппетитны и притягательны здесь и сейчас, но после рождения ребёнка, ее организм пойдёт в разнос. Склонность к полноте была у нее в крови, и если она перестанет поддерживать форму, очень быстро располнеет. Но здесь и сейчас она была прелестна. Я взял наполненную Настей кружку, молча чокнувшись с ее бокалом, сделал пару глотков, чтобы оценить вино, продолжил нарезать сырокопчёную колбасу и выкладывать на тарелку. Девушка молча отпила, наблюдая за мной. Наполнила себе фужер, подлила немного мне. Уселась обратно, не сводя с меня глаз.