Чтение онлайн

– Прошу тебя. Я же не из стекла сделана.

Почему тогда у меня такое чувство, что я вот-вот разобьюсь?

– Я знаю, - говорит он.
– Она взбесилась, но это не давало ей права трогать тебя.

Я вздыхаю и отворачиваюсь, не уверена, что вообще хочу говорить об этом. Хочу притвориться, что ничего не произошло, но не думаю, что смогу. Не уверена, что смогу быть рядом с Линденом и делать вид, что мы просто друзья, не тогда, когда я знаю, каково это быть с ним в другом плане.

– Я в порядке, - тихо говорю я.
– Думаю, я просто поддалась чувствам.
– Сейчас это сложно было признать.
– Я пьяна, - добавляю я.
– Прости, если я выглядела немного, эм... не в себе.

– То есть, это была не ты?
– спрашивает он, делая еще один шаг по направлению ко мне. Носки его ботинок практически касаются моих и расстояние между нами сходит на нет. Мой подбородок опущен, взгляд прикован к земле. Я не могу на него посмотреть, он слишком близко, и все о чем я могу думать – это наш поцелуй. Мои губы дрожат, и я хочу прикоснуться к ним, чтобы успокоить собственную дрожь.

– Мне показалось, что это была ты, Мальвинка, - говорит он.
– И это было здорово.

Мое дыхание останавливается, а сердце начинает биться сильнее.

Он тянется к моей руке, и я позволяю ему прикоснуться к себе, потому что у меня нет сил сопротивляться Линдену. Только не ему.

– Я не знаю, что это было, - шепчу я.
– Это ведь был просто вызов.

Он сжимает мою руку и переплетает наши пальцы. Я смотрю на наши руки - его большая поверх моей маленькой - и меня удивляет, как естественно это смотрится и насколько это приятно. Держать руку этого мужчины. Целовать его.

– Посмотри на меня, - говорит он. Я не смотрю. Он протягивает ко мне другую руку, и его пальцы ложатся мне на подбородок. Он поднимает его, и я вынуждена встретиться с его глазами, этими темно-голубыми, невероятно красивыми глазами. Мои колени превращаются в желе и единственное, что я слышу - это стук собственного сердца.

– Это было больше, чем просто вызов, - шепчет он, и его голос становится низким и грубым, от чего у меня по спине бегут мурашки, а между ног становится жарко. – Этот поцелуй был реален, и это было нечто. Скажи, что почувствовала, скажи, что почувствовала то же, что и я.

– А что ты почувствовал?
– шепчу я.

Он проводит большим пальцем по моим губам.

– Я почувствовал тебя. Тебя, ту, кого я всегда хотел.

О Боги. Что он говорит? Он смотрит на меня голодным взглядом, и самое ужасное, я жажду этого взгляда и этого желания. Еще один поцелуй неизбежен, и если он этого не сделает, это сделаю я.

На заднем фоне, за треском костра, я все еще слышу голоса наших друзей. Я все еще слышу смех Арона. Возможно, он не мой мужчина, но он хороший парень с добрым сердцем и я не могу ему изменять. Я не смогу сделать это с ним, не тогда, когда такое уже делали со мной.

– Нет ничего плохого в том, чтобы хотеть меня, - хрипло говорит Линден.

Я вздрагиваю. Мне удается мотнуть головой, и теперь его пальцы блуждают по моей шее, подбираясь к линии роста волос, и мурашки снова пробегают у меня по спине.

– С каких это пор нет ничего плохого в том, чтобы хотеть своего лучшего друга?
– говорю я тихо, почти глотая слова. Потому что это именно то, кем он всегда и был.

Он нежно улыбается, и в уголках его глаз появляются морщинки.

– Разве это не лучший вариант? Человек, который знает тебя внутри и снаружи. Человек, который видел тебя в самой ужасном и самом прекрасном состоянии и все еще хочет быть с тобой. Человек, который верит в тебя и поддерживает, не смотря ни на что.
– Затем его улыбка угасает, а брови сдвигаются.
– Ты всегда была для меня больше, чем друг, Стеф. Всегда. Ты и понятия не имеешь о том, что я чувствовал, и о том, что я все еще чувствую к тебе.

Я моргаю, стараясь понять, о чем он говорит. Как я могла быть для него чем-то большим, чем друг? Как это вообще возможно, да еще все это время?

– Ты понятия не имеешь, как сильно я хочу тебя.
– Он делает еще один шаг по направлению ко мне, и моя спина прижимается к дверце машины, а его твердое, сильное тело буквально впечатывается в меня.
– Ты чувствуешь это?
– Его голос грубый и хриплый, пока он прижимается по мне, воруя мое дыхание. – Какой я твердый из-за тебя. Все это чертово время.

Он твердый как сталь, его огромная эрекция врезается в мое бедро, и я не могу больше ни о чем думать. Я просто оболочка с бьющимся сердцем и кучей возбужденных гормонов, не думаю, что я когда-либо так хотела, чтобы мужчина просто взял и оттрахал меня, чтобы он поглотил меня целиком и сделал своей без остатка.

Я закрываю глаза, когда его губы касаются моей шеи и мягко целуют нежную кожу, оставляя влажный и теплый след.

Я хочу большего.

Но я не могу получить большего.

– Я не могу это сделать, - шепчу я, и мои слова растворяются в темноте ночи. Часть меня надеется, что Линден не услышит их и продолжит целовать мою шею, прижимаясь ко мне своим членом. Я хочу, чтобы его руки с этими длинными и сильными пальцами исчезли в моих джинсах и трусиках, чтобы они узнали, насколько я мокрая, потому что уверена, сейчас я чертовски мокрая. Я хочу его язык в своем рту, на моей груди; хочу, чтобы он сорвал мои джинсы, хочу обернуть свои ноги вокруг него, пока он трахает меня, прижимая к дверце машины.

Это было бы так просто. Это было бы так чертовски хорошо.

Но он слышит мои слова.

И останавливается.

Он делает шаг назад, и я вижу, что его сердце тоже колотится с бешеной скоростью, пульс неистово бьется на его шее, а дыхание рваное и поверхностное.

– Ты не можешь этого сделать?
– спрашивает он.
– Или не хочешь?

Я облизываю губы, и кровь приливает к моим ногам. Я чувствую себя чуточку сильнее.

– И то и другое. Арон. Я не могу сделать это с ним. Это не честно.

– Тогда расстанься с ним.

– Но ты все еще с Надин, - быстро напоминаю я.

– Я сделаю то же самое. Послушай, Стеф, если ты хоть что-то ко мне почувствовала, хоть малейшее трепетание между ног, ты не должна быть с ним. Ты же знаешь, что между вами все кончено.

Мне требуется мгновение, чтобы перестать думать о том, как развратно он произнес слово «трепетание», и знаю, что он прав. Я не должна быть с Ароном, если у меня есть чувства к Линдену. Может, я изначально не должна была с ним встречаться. Но я думала, что это нормально. Если не можешь быть с кем-то, кого ты любишь, то люби того, с кем ты сейчас. Разве не так поется в той песне? Разве не это значит повзрослеть, понять, что пора остепениться и что ты не всегда можешь получать то, что хочешь? Черт возьми, почему все упирается в песни семидесятых?

– Стефани?
– кричит Пенни.

Я смотрю на Линдена, чувствуя как меня окунули обратно в реальность.

– Где Надин?
– спрашиваю я, внезапно заволновавшись, что она вылетит из-за угла и задушит меня своим конским хвостом.

– Она пошла спать, - говорит он, его взгляд направлен в сторону коттеджа. Хруст гравия становится все ближе, и через секунду появляется Пенни, огибая капот машины.

– Оу, - произносит она удивленно, глядя на нас обоих с высоко поднятыми бровями.