Чтение онлайн

Джеймс берет меня под локоть и медленно ведет вперед. Словно я забыла, как ходить.

– Линден, - говорит Брэм, подходя к кровати и вглядываясь в лицо своего брата.
– У тебя гости, брат.

Голова Линдена поворачивается, его глаза слабо мерцают, он с трудом дышит.

– Правда?
– шепчет Линден. Он все еще не поднял голову и не открыл до конца глаза.

Брэм смотрит на меня с надеждой.

Прочистив горло, я подхожу ближе. Я беру Линдена за руку, но не знаю, что сказать. Но, оказывается, мне ничего не нужно говорить. Он медленно и осторожно поворачивает голову и открывает глаза, чтобы посмотреть на меня. Его прекрасные глаза рождают настоящий вихрь чувств в моем сердце.

– Стеф?
– шепчет он и хмурится.
– Ты настоящая?

Я улыбаюсь. Наверное, самой печальной улыбкой, на которую я способна.
– Да. Я приехала, как только узнала. Мы оба приехали.
– Я отодвигаюсь, чтобы он мог увидеть Джеймса, стоящего рядом со мной.

– Эй, приятель, - тихо говорит Джеймс.

Линден хмурится еще сильнее. Очевидно, что мы оба были последними, кого он ожидал увидеть.
– Привет.

– Ладно, я оставлю вас, ребята, - говорит Брэм, направляясь к выходу из палаты.

Джеймс направляется за ним следом.
– Я тоже пойду. Вернусь позже. Вам нужно побыть наедине.

Ситуация становится еще более неловкой. Я смотрю им в след, когда они оба исчезают в коридоре.

Я судорожно сглатываю и поворачиваюсь к Линдену со стеклянным взглядом. Моя рука все еще лежит на его. Он обхватывает мои пальцы и, поморщившись, слегка сжимает. Я чувствую себя как дома.

– Я до сих пор думаю, что это сон.

– Нет, - тихо говорю я. – Это не сон. Джеймс рассказал мне, что произошло. Мы прилетели ночным рейсом. Ты выглядишь... что случилось?

Линден по-прежнему смотрит на меня, но из-за лекарств он выглядит сонным, я вижу, как он пытается вспомнить.
– Был сбой, мне сказали, что произошло короткое замыкание, но я не уверен. – Он облизывает губы, медленно выдыхая.
– К счастью, никого не было на борту. Я должен был взять пассажиров на экскурсию. Я сейчас работаю в туристической компании, и это был новый вертолет. Я взял его просто, чтобы посмотреть, как он работает. Я помню свет, исходящий от здания аэропорта. Помню, как начал падать. Я помню... едва оторвавшись от земли. Может, футов тридцать. Тогда это показалось мне так высоко. Я знал, что падаю, но... Я на самом деле не помню аварию. Я проснулся здесь. Видел новости. Куча пылающих обломков. Я действительно не знаю, как мне удалось выжить. Мне повезло.

Я была в ужасе. Он снова сжимает мою руку и говорит, - Не могу поверить, что ты здесь.

– Поверь, ковбой.

Он улыбается, но тут же закрывает глаза, напрягаясь от боли.

– Тебе дать отдохнуть?
– спрашиваю я.

– Нет, - быстро говорит он, продолжая держать глаза закрытыми.
– Просто кружится голова. У меня сотрясение мозга и лекарства... сказочные препараты ... но все время словно под водой.
– Он открывает глаза и смотрит на меня.
– Пожалуйста, не уходи. Расскажи мне. Расскажи, как ты.
– Он делает глубокий вздох.
– Черт, я так скучал по тебе, Стеф.

У меня снова на глазах появляются слезы. Я не хочу сломаться.
– Я тоже скучала по тебе. Это было... это было трудно. Без тебя не очень-то весело.

– Мне очень жаль, - говорит он.
– Правда. Я... Я поступил неправильно. Это неправильно. Я...
– он делает паузу и резко выдыхает, сжимая челюсти.
– Черт. Как же больно. Больно каждый божий день".

– Может тебе нужно еще болеутоляющих?
– спрашиваю я, ища кнопку вызова медсестры.

– Нет, - говорит он, и его глаза вновь сверкают, он явно проснулся.
– Нет. Я говорю не об этой боли. Я говорю о той боли, что я причинил нам обоим, когда уехал. В моей жизни была любовь, а я от неё отказался, словно она ничего не стоила, тогда, когда она стоила всего. Я разбил свое гребаное сердце и разбил твое. Каждый день я чувствую внутри себя эту трещину, и не важно, сколько прошло времени, она ни черта не заживает. Дни проходят, но лучше не становится, Стеф... Мальвинка... Мне так чертовски жаль. Я разрушил все, что у нас было.
– Он закрывает глаза и кивает.
– Я этого заслуживаю.

– Не говори так, - отвечаю я.
– Серьезно, прекрати. Да, мы все облажались, но никто не заслуживает того, чтобы попасть в аварию на вертолете. Никто не заслуживает этого, особенно ты. Люди делают ошибки, я делаю их. Мы просто были не теми, кем я надеялась будем.

– Нет, не были. Мы были лучше.
– Он улыбается.
– Вместе мы были лучше. Вот почему теперь так больно.

Раздается стук в дверь, и я поворачиваюсь, увидев стоящего в дверях Джеймса. Уже второй раз за последние двадцать четыре часа мне хочется его пнуть.

– Извини, - говорит он, и это звучит довольно жалко.
– Медсестра сказала мне, что часы посещения вот-вот закончатся. Я просто хотел сказать ему несколько слов.

Я киваю, но Линден сжимает мою руку еще крепче.
– Пожалуйста, не уходи, - говорит он хрипло, пытаясь удержать меня.
– Ты нужна мне.

Он на самом деле так думает? Или он просто пребывает в наркотическом блаженстве, или стал чрезмерно эмоционален, потому что столкнулся со смертью лицом к лицу? Я забыла, что теперь он живет здесь. Я все время забываю, насколько все изменилось.

– Все будет хорошо, - говорю я ему. Нехотя отпустив его руку, я ухожу, чтобы Джеймс мог заключить свое перемирие. Я предупреждающе стреляю в него взглядом, когда прохожу мимо. Не знаю, что Джеймс собирается сказать, но если он попросту вывалит все на Линдена, как он сделал это со мной в самолете, то я не уверена, что Линдену хватит сил с этим справиться.

Джеймс кивает, понимая. Я оглядываюсь назад, чтобы увидеть Линдена, смотрящего мне в след с еще большей тоской, чем раньше. Я выхожу в холл и в нескольких метрах от меня замечаю Брэма вместе с каким-то довольно ухоженным мужчиной в возрасте.

– Вы должно быть Стефани?
– говорит мужчина с чересчур изысканным шотландским акцентом и протягивает мне руку.
– Я отец Линдена.

– О, здравствуйте, - говорю я ему, радуясь шансу наконец увидеть эту знаменитую персону. Его отец высокий, красивый, с тщательно уложенными волосами и блестящими глазами. Я точно могу сказать, от кого его сыновья унаследовали свой взгляд. Я пожимаю ему руку со всей твердостью, на которую способна, желая произвести впечатление.
– Рада, наконец, встретиться с вами.

– Да, - говорит он. – Я тоже рад, наконец, встретиться с вами, знаменитая Стефани Робсон.

Я фыркнула. Не очень-то женственно.
– Знаменитая?

Он обменивается взглядом с Брэмом.
– Линден много рассказывал о тебе все эти годы.

– Он что?
– Линден вообще редко разговаривал с родителями.

– Да. Он всегда так или иначе упоминал о вас. И с тех пор, как он переехал сюда, ну... он часто вспоминал о вас. Приятно наконец сопоставить такое прекрасное лицо с таким милым именем.