Чтение онлайн

Алекс была уже у себя в номере, когда он, постучав в дверь, сказал:

– Это я.

Она отперла дверь.

– Что все это значило?

– Она решила, что раз мы вместе завтракаем, то, значит, и ночь провели вместе.

– О господи!
– прошептала Алекс.
– Вот уж действительно у людей здесь очень богатое воображение. Уходите-ка лучше, а то снова что-нибудь подумают.

– А вас это задевает? Мне, например, все равно.

– А мне нет.

Алекс бросила смущенный взгляд на неубранную постель. Обычно горничная являлась, когда она еще принимала душ. Сегодня же, как назло, задерживается. Алекс боялась, что постель выдаст ее тайну. В комнате пахло Ридом. Его запах тончайшим слоем обволакивал все вокруг. Она опасалась, что Джуниор тоже это почувствует.

Бережным движением он снял с нее темные очки и легонько коснулся темных подглазий.

– Плохо спали?

"Мягко сказано", - подумалось ей.

– Лучше уж я сама вам расскажу. Ведь рано или поздно вы все равно узнаете. Вчера я побывала у Норы Гейл. От удивления он раскрыл рот.

– Вот это да!

– Мне нужно было поговорить с ней. Похоже, она и есть алиби Рида, он был с ней в ту ночь, когда убили Селину. Короче, пока я разговаривала с ней, там выстрелом из револьвера ранили человека. Было много крови, кого-то арестовали.

Джуниор недоверчиво рассмеялся.

– Вы шутите.

– Если бы, - хмуро заметила она.
– Получается, что я, представитель прокуратуры штата, оказалась замешанной в перестрелке двух ковбоев в борделе, И вдруг ее словно прорвало. Вместо того, чтобы заплакать, она начала хохотать. И никак не могла остановиться. Она смеялась, пока у нее не заболели бока и слезы не покатились по щекам.

– Господи, это же невероятно. Если только Грег Харпер узнает об этом, он...

– Пат Частейн ему не скажет. У него есть девочка в...

– Я знаю, - перебила она.
– Мне Рид сказал. Он приехал на вызов и выдворил меня оттуда. Похоже, он думает, что ему все сойдет с рук.
– Она пренебрежительно передернула плечами, про себя надеясь, что ее притворство не слишком заметно.

– Приятно слышать ваш смех, - улыбаясь, заметил Джуниор.
– Мне бы хотелось остаться и еще больше развеселить вас.

Он положил руки ей на ягодицы и стал поглаживать их. Алекс оттолкнула его.

– Если вам так хочется кого-нибудь развеселить, то нужно было поехать со Стейси. Вот уж кому это не помешало бы. Он виновато отвел глаза.

– Чтобы ее осчастливить, особых стараний не требуется.

– Потому что она по-прежнему вас любит.

– Я ее недостоин.

– Для нее это не имеет значения. Она вам все, что угодно, простит. Да уже простила.

– Простит убийство? Вы об этом говорите?

– Нет, о вашей любви к другой - к Седине.

– Ну зачем сейчас об этом, Алекс, - прошептал Джуниор и наклонился, чтобы поцеловать ее. Она увернулась от его губ.

– Нет, Джуниор.

– Почему нет?

– Сами знаете почему.

– Я все еще только приятель?

– Друг.

– Почему только друг?

– У меня настоящее все время путается с прошлым. Ваши слова о том, что вы хотели бы стать моим отцом, подавили во мне всякие романтические порывы.

– Глядя на вас сейчас, я вижу совсем не ту кроху в колыбели, а волнующую меня женщину. Я хочу вас обнять, хочу любить вас, но отнюдь не как отец.

– Нет, - она непреклонно покачала головой.
– Ничего у нас не выйдет, Джуниор. Просто не складывается, и все тут.

Эти же слова нужно было сказать Риду. Почему она не сказала? А потому что она притворщица, вот почему. И еще потому, что одни и те же правила не всегда можно применить в схожих ситуациях, даже если и хочется. И потому, что сердцу не прикажешь. Они с Сединой в этом схожи.

– Мы никогда не будем любовниками. Он беззлобно улыбнулся и сказал:

– Я упрямый. Когда это расследование закончится, я постараюсь, чтобы вы посмотрели на меня по-новому. Мы сделаем вид, что встретились впервые, и вы влюбитесь в меня до потери сознания, "Что ж, пусть тешит свое самолюбие", подумала Алекс. Она знала, что этому не бывать никогда, как не могло этого быть между ним и Сединой.

И в обоих случаях причиной был Рид Ламберт.

Глава 37

Секретарша Ангуса провела Алекс к нему в кабинет, размещавшийся в штаб-квартире концерна "Минтон Энтерпрайзес". Концерн скромно занимал несколько комнат в большом, специально построенном под конторы здании; с одной стороны соседом компании было заведение зубного врача, а с другой - помещение занимали два совладельца юридической фирмы. Ангус вышел из-за стола навстречу Алекс.

– Спасибо, что зашли, Алекс.

– Я рада, что вы позвонили. Я и сама собиралась поговорить с вами.

– Хотите выпить?

– Нет, спасибо.

– Давно виделись с Джуниором?

– Сегодня утром вместе пили кофе.

Ангус был доволен. Его нотация, очевидно, подействовала. Джуниору, как обычно, нужна была нахлобучка, чтобы он начал поворачиваться.

– О моем деле потолкуем потом, - сказал Ангус.
– Так о чем вы хотели поговорить со мной?

– О том самом вечере, Ангус, когда умерла моя мать. Широкая улыбка исчезла с его лица.

– Садитесь.
– Он подвел ее к небольшой, обитой тканью кушетке.
– Что вы хотите знать?

– Когда сегодня утром я разговаривала с Джуниором, он подтвердил то, что мне было уже известно: в тот вечер он сделал Седине предложение. Мне также известно, что вы и миссис Минтон были против этого брака.

– Верно, Алекс, мы были против. Мне неприятно говорить вам об этом. И не хочется плохо отзываться о вашей матери, они ведь с Джуниором дружили, да и я обожал ее.

– Но не хотели, чтобы она стала его женой.

– Нет.
– Он наклонился вперед и погрозил ей пальцем.
– Не из снобизма, не думайте. Вовсе нет. Возможно, классовые и экономические различия повлияли на мнение Сары-Джо, но уж никак не на мое. Тогда я вообще был против того, чтобы Джуниор женился. В его-то возрасте!

– Почему же считанные недели спустя вы благословили его женитьбу на Стейси Уоллес?

"С ней держи ухо востро", - подумал Ангус.

– К тому времени ситуация изменилась, - с невинным видом заявил он. Джуниор был страшно потрясен смертью Седины. А Стейси готова была целовать землю, по которой он ступал. Я решил, что она станет ему хорошей женой. Какое-то время так и было. Я не жалею, что благословил этот брак.

– К тому же дочь судьи была гораздо более подходящей партией для сына Ангуса Минтона. Его голубые глаза потемнели.