Чтение онлайн

— Уже встряхнулся…

— Вечером садись в машину, сними с бордюра хорошую телку и ляг на дно, эдак дня на три. Подними свою Кундалини! Почувствуй энергию Муладхары!

Шейх когда-то занимался йогой…

— На метро езжу, — сказал Олег. — Люблю подземку…

— Пора жить под солнцем, — Конырев уткнул палец в охранника. — Сейчас поедешь на Тушинский рынок, купишь «девятку». На станции установишь сигнализацию — у него гаража нет, и поставишь во дворе, где сегодня ночевали. Ключи и документы свезешь ему сюда.

— Сегодня подарков не принимаю! — пробурчал Зимогор. — Пожертвуй на церковь.

— В подарок я тебе «мерса» бы подогнал… Сейчас очень тебе важно будет чувствовать себя вольным и независимым. Я тебе даю подпорку. Машина, она ведь как лошадь, делает мужчину подвижным, боевым и свободным.

Когда сидели ночью в квартире, он был совершенно иной — большой, самоуверенный, словно Бога за бороду ухватил.

— Ты меня заинтриговал этой Манораей, — вдруг добавил он. — На кой ляд вашему заказчику бурить там скважину? Деньги в Министерстве обороны лишние?

— Сейчас об этом не спрашивают. Плати и получай товар.

— Ладно, сегодня и это выясню! — пообещал Шейх и уехал.

Кабинет у Ивана Крутого оставался прежний, со времен его царствования, и со всеми приемными, комнатами отдыха и подсобками мог бы вместить банк средней руки, но хозяин еще держался на плаву и никак не хотел сдавать в наем своих палат, надеясь что государство вернет былую мощь и снова потребуется специальное геологоуправление.

Аквилонов своих в обиду никому не давал и, бывало, строптивых местных начальников наказывал незаслуженно жестоко. Но почему-то выслушав отчет по командировке, для начала сухой и официальный, не возмутился произволом горно-алтайских князьков — стал всего лишь озабоченным и слегка рассеянным.

— Вот, почитай, что Ангелы пишут, — Иван Крутой подал бумаги. — Черт-те что творится, уму непостижимо.

В рекомендациях, выданных особистом, говорилось, что разведки Соединенных Штатов, Англии, Германии, Израиля, Пакистана, Саудовской Аравии и даже Чечни всерьез заинтересованы районом Горного Алтая под названием Манорайская впадина и планируют выведение на орбиту специального спутника, который бы постоянно висел над этой территорией. А прикрывались тем, что якобы у России здесь расположена не учтенная международными договорами база стратегических ядерных ракет и полк бомбардировщиков новейшего образца. Далее Ангел рекомендовал все работы в Манорайской впадине проводить с соблюдением режима секретности, по дополнительной смете предъявить заказчику осуществление камуфляжных мероприятий над районом, выделение установки радиолокационных помех и охрану территории силами МВД. А так же во время проведения работ исключить всякие контакты с местным населением.

— Нет, ты подумай, мы должны, как партизаны, прятаться на собственной земле? — тоскливо проговорил Иван Крутой. — Просто уже сердце не выдерживает, как нас опустили…

Он что-то недоговаривал, поскольку ввести в такое состояние Аквилонова подобными рекомендациями было не просто. Сразу же сообразив, что такое рынок, он развил бурную предпринимательскую деятельность и в своих многочисленных помещениях, разбросанных по Москве, где раньше были конторы партий, лаборатории и камералки, начал открывать магазины, салоны и выставки-продажи изделий из полудрагоценных камней. И вот когда открыл ювелирный магазин и элитный салон модной одежды, ему забила стрелку какая-то братва, о чем Ангел вовремя и сообщил.

— Братва?! — заорал семидесятилетний Иван Грозный, доставая из сейфа маузер. — Какая такая братва?! Бывшие зеки, что ли? Это те, которые у меня канавы кайлили в Карелии и на Амуре? Это те, которые воду кепками черпали из шурфов?

И поехал на встречу вдвоем со своим водителем. Через пару часов вернулся, разрядил маузер и вызвал главбуха.

— Если к тебе придут люди и принесут деньги — прими и оприходуй. Что и откуда — не спрашивай, найди сам, как провести по документам. Только налоговой не показывай, ну их на хрен, дармоедов. Пусть братву облагают.

Сейчас он и не унывал особенно, и не испытывал привычного задора, будто бы укатали сивку крутые горки.

— У меня тоже есть свои соображения по Манорайской котловине, — проговорил Зимогор, возвращая бумаги. — И очень серьезные.

— Да, кстати, — спохватился Аквилонов. — Как самочувствие? Топограф такое тут рассказывал… Порешал вопрос с местной властью?

— Порешал, — ушел от лишних разговоров Олег.

— Выкладывай свои соображения!

— Исполнение этого заказа сопряжено с непреодолимыми обстоятельствами, — издалека и мягко начал Зимогор. — Иван Васильевич, мы хлестанемся мордой в грязь и больше не встанем. Есть все предпосылки.

Аквилонов согнул шею, набычился, заговорил тихим басом, ничего хорошего не предвещающим:

— Вы что, сговорились все? Хлестанемся, уделаемся!.. Репер забил?

— Забил… И хотел бы знать, Иван Васильевич, с какой целью заказчику потребовалась эта золотая скважина?

Аквилонов хмыкнул, оглядел главного геолога.

— Вроде бы раньше ты был умнее. И дурацких вопросов не задавал.

— Глупею.

Он остановился возле огромной геологической карты СССР, нашел Горный Алтай, сказал недовольно.

— Сам не знаю… Опорная скважина… Тебе-то зачем лишняя головная боль? Меньше знаешь — крепче спишь. Срочно готовь геологическое обоснование и вперед. Срок до семнадцати часов, напряги свой отдел.

— Обоснование давно готово, — запротестовал он. — Вы же его подписали!..

— Еще одно делай!

— Ничего не понимаю! Иван Васильевич!..

— Сейчас поймешь! — ткнул в карту. — Вся геология здесь — чистая липа.

— Работать в Манорайской впадине нам не дадут! — нажал Зимогор. — Вы можете меня выслушать? Я убежден!..

— Мне наплевать на твои убеждения! — зарычал Иван Крутой и стал отпирать сейф.

Показалось, сейчас достанет маузер. Но достал тощую папку, бросил ее на стол перед главным геологом, сунул журнал выдачи документов.

— Расписывайся и топай!

— Что это? — спросил Зимогор: обычно все секретные материалы выдавали через особый отдел.

— Разберешься, ты специалист! Да смотри, чтоб Ангел не увидел. Понял меня?.. Все, пошел вон, ты меня утомил.

С того момента как Аквилонов определил Зимогора в наследники, ни разу больше не повышал голоса, относился по-отечески, даже иногда балагурил, зазывал выпить чаю, обсуждал кандидатуры принимаемых в экспедицию специалистов, дескать, тебе с ними работать; тут же как с цепи сорвался. Олег ожидал определенной реакции, но не такой резкой — не дал ни одного аргумента привести, не выслушал, не расспросил: такое чувство, будто уже знал, что произошло в Горно-Алтайске.

Врученная им папка с секретными материалами нового света не проливала на проблему Манораи, ибо содержалась там строго дозированная информация, подготовленная кем-то и совсем недавно (печать компьютерная), но даже она полностью меняла представление о геологической структуре района. Потому Иван Крутой и заставил готовить новое обоснование. С подобными «двойными бухгалтериями» сталкиваться приходилось не раз: по территории бывшего СССР геология десятков районов была засекречена и умышленно искажена для общего пользования. Ничего особенного, такое даже в Африке проделывают. Приложенная геологическая карта впадины и трех куцых разрезов хоть и абстрактно, однако же вполне прилично отображала область древних разломов и вулканической деятельности, ну и метров до пятнадцати аллювиальных отложений — то есть рыхлятины, на которой живут люди, растут лес, трава, картошка. Полезных ископаемых, кроме песка, щебня, глины и небольших залежей пемзы, никаких. В общем, таких пустых недр на земле предостаточно.