Чтение онлайн

– Я хотел бы извиниться за неуместный разговор. Мне, правда, не хотелось огорчать ваше настроение. Тем более, что у Питера сегодня именины. Просто Николас своим рассказом навёл меня на одну полузабытую историю. Это было давно. В ту пору мы проживали в одном небольшом поселении под названием Менелот. Городом его трудно назвать, но и сравнивать с обычной деревеней тоже, пожалуй, неуместно. Не успели мы обосноваться, как соседи стали предостерегать нас от похода в горы. Оказалось, что все жители этого поселения панически боялись какой-то чёрной колдуньи, как они её сами называли. Эта старуха проживала в скалистой пещере, где когда-то горняки добывали руду. Рудник тот был давно заброшен, но со слов охотников, по ночам там проходили самые настоящие ведьмины шабаши. После каждого такого гульбища в Менелоте случались падёж скота и неурожай. Кто-то умирал от непонятной болезни или, как говорили в людях, порчи. До сих пор мирно живущие соседи начинали беспричинно ссориться и чинить друг другу козни. К примеру, у одного местного фермера пропала овца, а позже он обнаружил её шкуру у своего же соседа. Фермер опознал шкуру по клейму, которым он метил всё стадо. И хотя сосед клялся, что не воровал овцу, это стало началом их непримиримой вражды. Поговаривали, что ведьма травила своим зельем бочки с вином и люди делались от такого вина дурными: обвиняли друг друга во всевозможных злодействах, тайных умыслах, грозились поджогами, дрались. Чтобы прекратить богомерзкие деяния чёрной колдуньи, жители, наконец, решили изгнать её из своих краёв. Вооружившись вилами, топорами и горящими факелами, они толпой отправились в горы к той самой пещере, где поселилась проклятая ведьма. План у них был такой: сперва выкурить злодейку факелами из её жилища, а затем, побив камнями и палками, погнать прочь со своих земель. Но с самого начала всё пошло не так, потому что факелы в пещере не горели. Затем изнутри повалил густой сизый туман, который накрыл с головой перепуганных охотников на ведьму, и они от страха не знали, куда деться. А когда туман отступил, оказалось, что пещера та пуста. Больше в тех краях никто никакой колдуньи не встречал.

– Вот-вот! – воскликнул победоносно Николас. – Разве я не о том же рассказывал?! А не было ли с ней чёрного кота?

– Это и было самым зловещим событием в том походе на ведьму. Когда из пещеры повалил густой туман, раздался душераздирающий визг, как если бы коту отдавили хвост. Все увидели в облаке тумана огромную, хвостатую тень на четырёх лапах. Кто-то признавался позже, что сумел разглядеть и два сверкающих глаза. Тень изогнулась, как будто готовясь к прыжку, и испустила жуткий вопль. – Мартин обвёл быстрым взглядом лица приятелей, застывшие в тревожном ожидании развязки. В следующее мгновение он резко развернулся всем туловищем и, растопырив перед собой пальцы, словно когтистые кошачьи лапы, выдал громкое и протяжное:

– Мя-я-у-у!

Питер от неожиданности повалился на спину, а Беата в испуге вцепилась пальцами в плечо Николасу, который дёрнулся так, что из его туго набитых карманов посыпались конфеты. Оправившись от такой неожиданной встряски, первой разлилась своим заразительным смехом Беата. Побледневший Питер сконфужено растянул рот в подобии улыбки, а Николас, сохраняя невозмутимый вид, принялся собирать с примятой соломы сладости, изъятые им с праздничного стола.

– Это старая шутка, – с неловкой улыбкой на лице произнёс Мартин, понимая, что не всем она пришлась по вкусу. – Главное в ней – увлечь рассказом тех, кого хочешь разыграть, а потом застичь врасплох.

– Так ты всё выдумал про кота? – спросила его Беата.

– Да. Но только про кота, – ответил Мартин. – Всё остальное – это чистая правда. После того, как туман растаял, один смельчак обвязался верёвкой и отважился войти в пещеру. Факельный огонь на этот раз горел в полную силу. Он обыскал каждый уголок пещеры, но кроме столовых предметов и лежанки ничего не нашёл. С тех самых пор эта история так и осталась полуправдой – полувыдумкой. Может, охотникам привиделось, а может и в самом деле была злая колдунья. Теперь никто точно не скажет…

Повозка медленно катилась по просёлочной дороге, жалобно поскрипывая несмазанной осью.

– Ось скрипит, – заметил Николас.

– Отец снова станет ругаться, – сказал Мартин, не оборачиваясь. – Где бы дёгтю раздобыть?

– Может, есть на мельнице. Надо будет поискать, – посоветовал Питер. – Если, конечно, не растащили.

– Да кому он нужен, – бросил Николас через плечо. – В городе этого добра навалом. В артели, где работает мой отец, занимаются выгонкой дёгтя.

– А вот и мельница, – указала рукой Беата на винтокрылый ветряк, показавшийся вдали, из-за холма.

Мартин, подхлестнув вожжой осоловелого Титана, прибавил повозке ходу. Дорога к мельнице за лето поросла травой и, хотя выглядела заброшенной, тем не менее сохраняла гладкость и заметную прямизну. Поэтому пассажиры не ощущали тряски, какая обычно случается на просёлочных, ухабистых дорогах с разъезженной колеёй. Дно двухколёсной арбы было присыпано изрядным слоем душистого сена. Беата сжала в кулак пучок соломы и поднесла его к лицу.

– Как чудесно пахнет. Что это, клевер? – сказала она, пытаясь угадать название травы.
– Главное, чтобы этот запах Марго не учуяла, – проговорил Николас, ковыряясь тонкой тростинкой в зубах. – Иначе эта прожора схрумкает всё до последней травинки, ещё и доски обглодает. Морда у неё чувствительная.

– Кто такая Марго? – полюбопытствовал Мартин.

– Д-а-а! Тебе ещё долго учиться премудрости выживания в нашенских краях, – выразил сочувствие Николас своему новому знакомому. – Марго – это рогатое чудовище с тупой физиономией и противным характером, которое может подстерегать тебя, где угодно. Бойся, если вдруг она настигнет тебя в чистом поле и скрыться от этой заразы будет некуда.

– Кажется, я понимаю, о ком идёт речь, – догадался Мартин, припоминая историю встречи с Беатой на пути в Каймангрот.

Повозка въехала в узкий прогал, с обеих сторон ограждённый живой изгородью из высокого сорняка, заслоняющего обзор и, миновав его, выкатила на просторную лужайку, посреди которой высилась башня заброшенной мельницы. Возничий натянул поводья, и Титан покорно замер на месте. Ребята один за другим повыскакивали из повозки и принялись разминать затёкшие от поездки ноги. Мартин, присев на корточки, осмотрел «прихромавшую» ось. Питер и Беата решили обойти мельницу вокруг. Старое, но на вид ещё крепкое сооружение представляло из себя цилиндрическую башню с конусообразной крышей, выложенную из камня и вымазанную побелённой снаружи глиной. Наверху, в сторону широко простирающейся равнины, то есть, наиболее ветренную, к стене крепился сколоченный из досок ветряк, у которого имелось четыре перпендикулярных, размашистых крыла. С них свисали обрывки телячьей кожи. Мельница, судя по всему, молола зерно ещё для первых поселенцев.

– Ну что, сперва разыщем дёготь? – деловито предложил Николас.

– Смазка, конечно, понадобится, – изучив ось, заключил Мартин, – а вообще, нужен серьёзный ремонт. Втулка на колесе разбита и, похоже, без кузнеца тут не обойтись. – Опробовав обод на прочность, он поднялся на ноги, отряхнул колени и сказал. – Как-то мы прибыли на постой в одну придорожную гостиницу – не помню, как называлась – и за ужином постоялец этой гостиницы рассказал нам презабавную историю. Молочник, чья ферма находилась по соседству, решил починить колесо от своей телеги, но для этого нужно было отнести его в деревню, а дорога туда лежала через лес.

– Очередная страшилка? – с усмешкой перебил его Николас. – Ты же видел, меня на это не купишь.

– Нет, я верно рассказываю со слов постояльца. Так вот, в той деревушке проживал коваль, один на всю округу. Что, поделаешь, хоть и далековато, а идти надо. Бывало, что в лесу на одиноких путников нападали волки, поэтому жители той деревни поодиночке бродить по лесу опасались. А если уж случалось по какой надобности, то непременно вооружались топором или волкобойкой.

– Какой ещё волкобойкой? – заинтересовался Николас.

– Это такая плеть, у которой на конце несколько хвостов и на каждом их них подвешены небольшие железные грузила. Так что, если со всего размаху хлестануть ею напавшего на тебя волка, то можно запросто его пристукнуть. Или, по крайней мере, отбить ему охоту преследования. Так вот… Взвалил молочник колесо себе на спину и потащил его в соседнюю деревню в кузню. Та лесная дорога петляла зигзагами, огибая овраги и оползни. Иногда фермер останавливался, чтобы передохнуть, сбрасывал со спины колесо, разминал руки, плечи и двигался дальше. Он уже оставил позади добрую половину пути, как вдруг почувствовал неясную тревогу.