Чтение онлайн

Ворота приоткрылись, и из них показалась девушка и тут же спряталась, а ещё через какое-то время выглянула высокая женщина с проседью в тёмных волосах, убранных в красивую причёску.

– А, Дажо. Заходи. С чем на этот раз? Булавки? Брошь?

Скупщица зашла в ворота, рукой подзывая Аяну. Та последовала за ней и огляделась.

Дорожки просторного двора были замощены серым камнем со склонов горы, на которых раскинулся городок, а между дорожек - высажены ухоженные подстриженные растения. Аяна заметила в одном из углов двора небольшой пруд, и рядом с ним – беседку, увитую каким-то ползучим растением. Ничего себе... Красивый двор.

Дом был не хуже. Двухэтажное здание с открытой галереей по периметру было таким же ухоженным, окна – застеклёнными, а все деревянные балки и колонны покрывала светлая краска.

– Ты хочешь продать что-то? – спросила у Аяны женщина, открывшая им дверь.

– Да. Платье.

– Покажи, – указала женщина на стол в беседке.

Шнурок снова скользнул, и снова холст развернулся, открывая содержимое.

Женщина подошла и одним осторожным, плавным движением вынула из свёртка кафтан Аяны.

Седа блеснула, как штормовое море зловеще сверкает в случайном луче, просочившемся через тучи. Белые птицы на подоле подпрыгнули, дёрнув красными перьями на головах.

Лицо женщины ничего не выражало. Потом она плавно повернулась к Аяне.

– Мы обсудим это. Но сначала ты расскажешь мне, откуда это у тебя.

– Мне подарили ткань. Моя сестра сшила это.

– Твоя сестра? – брови женщины совершили крохотное, мимолётное движение, которое Аяна не заметила бы, если бы не вглядывалась напряжённо в её лицо.

– Да.

Женщина приблизила к себе кафтан, потом вывернула его наизнанку и поднесла к глазам, осматривая швы.

– Твоя сестра давно работает с седой?

– Мы не знали, что это такое, пока нам не подарили ткань.

– Ты тоже шьёшь? – спросила женщина, поворачиваясь к Аяне и аккуратно складывая кафтан.

– Да. Но я больше вышиваю. И тку. Вот это мы ткали дома, – показала она на воротник своей рубашки.

– Прелестно, – сказала женщина, садясь за стол и лёгким жестом показывая Аяне сделать то же самое. – Ру! – внезапно негромко сказала она. – Принеси нам ачте!

– Сейчас, госпожа. – Откуда-то вынырнула невысокая девушка, изящно присела перед женщиной и так же незаметно исчезла.

Аяна сидела и молчала, ожидая, что ещё скажет женщина. У неё ныла спина, и каждое мгновение её решимость продать подарок Конды и работу Нэни всё таяла. Она хотела спросить, сколько денег готова предложить женщина за кафтан, но не решалась, потому что лицо той не выражало никакой заинтересованности в разговоре, так что просто сидела и гадала, что же будет дальше.

Ру принесла им маленькие прозрачные стаканчики с ачте. В том же молчании женщина мягко подняла свой стаканчик и стала смотреть, как в золотистом настое кружатся два кусочка листьев.

Аяна вздохнула и поёрзала на скамье. Дажо сидела и тоже рассматривала свой ачте. Напиток на вид был как тот, что они пили в постоялых дворах, и она недоуменно отхлебнула маленький глоток.

Этот ачте был совсем другим. Аяна поднесла нос к стаканчику. Ускользающий аромат цветущей яблони на дороге к общим полям, цветущие луга озёрных земель. Ничего себе...

– Меня зовут госпожа Кано, – сказала вдруг женщина, пристально наблюдая за Аяной. – Ты не продашь это здесь. Твоё платье слишком дорого. Ты можешь отдать его за бесценок, то вряд ли ты этого хочешь.

– Мне нужны деньги, чтобы вернуться домой, – сказала Аяна.

Кано снова замолчала. Аяна тяжело поднялась, вздохнув и держась рукой за поясницу.

– Ладно, – сказала она. – Спасибо. Я тогда пойду.

Кано мягко повела рукой в воздухе.

– Там, откуда ты родом, все так торопятся? – спросила она негромко. – Сядь. Мы не всё обсудили.

Она отпила ещё ачте, помолчала, и снова посмотрела на напиток.

Аяне казалось, будто Кано специально издевается над ней. Она стиснула зубы. Дыши, говорила олем Ати. Дыши.

Она тоже взяла стаканчик и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.

– Ты можешь показать мне вышивку? – спросила Кано.

Аяна пододвинула к себе холст, приподняла рубашки и штаны из седы, сложенные на нём, и вынула свернутый холст полотенца с вышивкой.

– Вот моя вышивка.

Кано взяла у неё вышивку и разложила на ладони. Она подносила её к глазам и отдаляла, и выражение её лица не менялось.

– Прелестно, – сказала она. – Ты когда-нибудь вышивала седой?

– Нет, – сказала Аяна. – Но мой муж поранился, и я сделала несколько швов у него на брови ниткой седы, если это считается.

Она ожидала, что Кано или Дажо хоть как-то откликнутся на шутку, но они молчали.

– Ру, отведи девушку в мастерскую, – вдруг негромко сказала Кано, и Ру возникла, как из воздуха.

Аяна собрала свой свёрток и перевязала шнурком.

– Госпожа Кано, так что по поводу платья? – начала было она, но Кано сделала другой мимолётный жест кистью, останавливая её.

– Я дам тебе седу. Вышьешь два коротких стебля по рисунку, который я тебе дам. Если справишься – будешь работать у меня. Одна из моих вышивальщиц вышла замуж в другой город.

Кано встала, прямая и строгая, и плавно ушла по дорожке в дом. Ру лёгким жестом пригласила Аяну за собой.

Аяна шла за ней в недоумении. Ей, похоже, удалось найти место, где её могли взять на работу, но всё было слишком странно. Она повторила жест, которым Кано прервала её, и состроила противное лицо. Эта женщина раздражала её своим бесстрастной физиономией и своей чопорностью.

– Сюда, госпожа. – Ру показала на раздвижную дверь, ведущую из сада прямо в дом. – Проходи.

Мастерская была маленькая, но светлая и очень чистая. На маленьком столике под приоткрытым окном курилась палочка благовоний, и запах был едва ощутимым, но приятным. Ру показала на один из стульев, и Аяна с удовольствием оперлась на спинку, вытягивая ноги.

Ру покосилась на неё, но ничего не сказала. Она достала деревянный короб с мотками ниток, и Аяна вытянула шею ей навстречу, вглядываясь в блестящие мотки седы.

– Тебе нужно вышить два стебля, – сказала Ру, протягивая Аяне рисунок. – Вот ткань. Нитки возьми по своему вкусу.

– Какого размера вышивка, – спросила Аяна, поднимая глаза на Ру. – и для чего это предполагается?

Ру пожала плечами и вышла из комнаты, оставив Аяну в одиночестве.

Она выдохнула, надувая щёки, и удручённо покачала головой. Конда что-то говорил о том, как во дворце странно себя ведут люди, но тут был не дворец, а странности уже порядком её раздражали.