Сокровище
Шрифт:
Долли налила себе чаю, снова устроилась на стуле и отпила глоток.
– Удивительно, что кто-то платит столько денег за старую, заросшую плесенью картину.
Эмми не стала и пытаться объяснить ценность портрета или художника. Она давно уже поняла, что воспитание, данное ей матерью, одновременно и преимущество, и недостаток в глазах обитателей трущоб.
– Ты уверена, что маркиз сегодня же не обнаружит подделку и не побежит тебя искать?
– А почему, ты думаешь, мы выбрали для этого дела дом Нортов?- спросила в ответ Эмми.- Все знают, что маркиз ненавидит Лондон и терпеть не может Сезон. Он не останется надолго, так как большую часть времени живёт за границей или в поместье. А когда он в городе, то слишком занят своими обязанностями, чтобы рассматривать картины в галерее.- Эмми вздрогнула, подумав одновременно о красоте маркиза и о том, как ей нужны деньги.
– Что не так, дорогуша?
– Этого мало, Долли. Франта на будущий год надо отправлять в школу… в Итон, или в Харроу. Для младших достаточно гувернантки. А ему на будущий год будет одиннадцать. Я больше не могу с этим ждать.
– Я вообще не понимаю, зачем его туда отправлять.
Эмми потёрла переносицу и зажмурила глаза. От волнения у неё разболелась голова.
– Всё очень просто,- сказала она. Связи и друзья, заведенные в школе, помогут ему войти в Свет. Без них Франт не сможет ни приобрести достойную профессию, ни достойно жениться.
Долли наклонилась к ней и мягко проговорила.
– И поэтому ты живёшь двойной жизнью - здесь и с детьми. Чтобы они стали респектабельными людьми?
– Без респектабельности и образования они быстро окажутся в трущобах, да в сточных канавах.
– Как ты,- сказала Долли.
Эмми сглотнула.
– Как я.
Некоторое время они сидели молча, а потом Эмми начала барабанить пальцами по ручке кресла. Долли подняла одну бровь.
– Что ты затеваешь?
– Мне нужно много денег и быстро.- Эмми перестала стучать и прикусила зубами кончик ногтя.- Хмммм… Сегодняшнее дело оказалось таким лёгким… Думаю, я вернусь туда и попробую ещё раз. Там повсюду собирают пыль горы серебра.
Долли так сильно замотала головой, что кудряшки выбились из причёски.
– Не смей! Это слишком опасно!
– Вовсе нет.
– Да что с тобой? Дорогая, у тебя странный огонь в глазах.
– Глупости. Никакой опасности нет, и вообще, Норт заслуживает хорошего урока. И я как раз подхожу на роль учителя.
– Если ты не будешь смотреть в оба и контролировать себя, ты попадёшься.- Долли внимательно оглядела Эмми.- Этот Норт засел у тебя в голове. На тебя это непохоже.
– Вэлин Норт - избалованный, грубый, нахальный эгоист.
– А еще он симпатичный, как я слыхала.
– Может быть,- ответила Эмми.- Но он это знает. Мне было отвратительно видеть, как он разыгрывает из себя благородного лорда и разворачивается к девушке спиной просто потому, что ему лень найти для неё немножечко терпения. Он думает, что ему положено всё лучшее в этой жизни и что он может спокойно топтать чужие чувства.
– Ты то же самое твердила про старого мистера Чипа. Эмоции мешают тебе думать. Оставь Норта в покое, дорогая, иначе ты кончишь в Ньюгейте, или еще где похуже.
– Только не я,- заявила Эмми, подливая себе чая.- Я добуду необходимые деньги и одновременно унижу этого ужасного Вэлина Норта. Ему не помешает избавиться от грубости и от чрезмерной наглости. Я не сделаю ему ничего плохого, только лично прослежу за тем, чтобы он научился скромности и обходительности.
Долли смотрела на подругу с подозрением.
– Почему это тебе неймётся снова увидеть этого хлыща, если он и впрямь такой жлоб?
– Мне не неймется!- воскликнула Эмми.
– Вокруг куча других парней с ценными вещами, которые можно украсть.
– Я уже знаю подход к этому.
– Никогда не ходи красть в одно и то же место, это правило!- сказала Долли.
– Но не закон же!
Долли вскочила, снова мотая головой.- Это паршивая идея.
– Не беспокойся,- ответила Эмми с улыбкой.- Это будет даже забавно.
Глава 2
Эмми плохо спала ночью и на утро чувствовала себя совершенно разбитой. Этот проклятый маркиз вторгся в её сны. И во сне с ним знакомили её, а не говорливую леди Миллисент.
Во сне он в своей обычной манере так сверлил её мрачным взглядом, будто готов был оторвать ей голову. То есть, вёл себя точно так же, как с бедняжкой Миллисент. Но во сне, стоило ей в ответ пошире распахнуть глаза, как вся мрачность слетала с него, как туман, уносимый ветром.
Внезапно лицо Вэлина Норта теряло всю суровость безжалостного воина. Без мрачной гримасы оно оказалось почти идеально красивым. С высоким лбом, который подчёркивала чёрная волна длинных, откинутых назад волос. У любого другого мужчины подобная строгая причёска подчеркнула и выпятила бы все недостатки, но не у Вэлина, с его прямым носом и изящно очерченным ртом. Но больше всего внимание Эмми привлекли его глаза. Именно они заставили кровь стучать у неё в висках. Взгляд его светло-серых, глубоко посаженных глаз, казалось, провоцировал, пронзал её насквозь, вопрошал, заполнял её, сминая всякое сопротивление.
Во сне Эмми выдерживала этот взгляд бесконечно долго, а потом маркиз протянул к ней руку. И как только он коснулся её, она проснулась.
– Святое милосердие!
– пробормотала она.
– Я сошла с ума.
Девушка сидела в своей изысканно-обшарпанной гостиной за маленьким столиком, в пятый раз перепроверяя счета. Отложив в сторону карандаш, Эмми вздохнула и прижала ладони к закрытым глазам. Она злилась на себя за то, что всё время отвлекается.
В это утро её мысли постоянно убегали от дел к этому сну, к Вэлину Норту. Ей становилось всё неуютнее и неуютнее. За всю историю своих похождений и мошенничеств, она ни разу не встречала мужчину, который бы не пропадал из её мыслей в ту же секунду, как пропадал с её глаз. Похоже, Долли была права со своими предостережениями.
Она попыталась сосредоточиться. Вчерашние выводы были абсолютно верны. Ей совершенно необходимо больше денег на Франта, Черенка и Фиби.
Стук в дверь прервал её беспокойные мысли. Вошёл Чревис, изготовитель фальшивок. Чревис был одет, как служащий, в чёрный костюм. Когда он не говорил о делах, он мог до бесконечности распространяться о своих хронических заболеваниях. Чревис занялся подделками именно потому, что работа, требующая более серьезных физических нагрузок, плохо сказалась бы на его здоровье. Он носил очки с бутылочно-зелеными стёклами и очень гордился своей роскошной седой шевелюрой.
Входя, Чревис одной рукой поправлял на переносице очки, а другой сжимал плоскую деревянную коробку.
– Миссис Эппл, могу я побеспокоить вас просьбой подержать у себя вашу коробку, пока я отсутствую?
– Что случилось?
– Эмми встала и взяла коробку у него из рук.
– Этим утром я страдаю от Головных Болей. Это совершенно ужасно, я должен сходить в аптеку за порошками от мигрени, а потом вынужден буду лечь в постель.
Чревис ещё страдал от Болей в Ногах и от Болей в Спине, которые бесконечно сменяли друг друга.