Чтение онлайн

Я не могла услышать, как он ругается, но знала, что он это делает, и вероятнее всего дуется, и я засмеялась, поскольку набрала полную скорость на прямом участке. Мы с Мэттом гоняли бесчисленное количество раз, когда были детьми, и он обучил меня, как проезжать повороты, без заносов.

Я оглянулась через плечо после пятого поворота, тормозя, прежде чем повернуть, а затем ускоряясь.

— Дерьмо. — Рем был на хвосте.

Я отклонилась с трассы, когда он попытался достать меня, и наши карты столкнулись. Мы посмотрели друг на друга, и я стала играть грязно … ну, я люблю выигрывать… так что да, я сняла руку с руля, облизала палец, затем пробежалась им вокруг моего соска.

У него отвисла челюсть, глаза так и пялились, а затем он врезался прямо в гору шин. Я смеялась до изнеможения весь следующий круг, когда проезжала мимо него, Рем далеко за мной. Однако к финишному кругу он снова был позади меня, и в этот раз, когда он приблизился ко мне на трассе, он даже не взглянул на меня.

Приближался крутой поворот, и я замедлилась.

Так же, как и он.

Мой карт отскочил от шин на внутренней стороне трека, когда я старалась удержаться во главе, и меня занесло, когда я выходила из поворота.

Это дало Рему достаточно шансов обойти меня справа, когда мы сбавили скорость, выходя на прямую. Двигатели заработали на полную мощность, и я была уверена, что ни один из нас не сбавит темп на финишном повороте. И я либо сделаю это, либо проиграю, а я не из тех, кто проигрывает.

Внезапно, Рем притормозил и остался позади меня. Я посмотрела через плечо.

Ошибка.

Он подъехал с внутренней стороны и столкнул меня на внешний угол, забирая себе огромное преимущество, когда мы ускорились на прямом участке.

Он ждал меня, когда я заглушила свой карт, и несмотря на проигрыш, я все еще улыбалась. Рем вылез из карта и бросил свой шлем дежурному, затем бросился ко мне и расстегнул ремешок под моим подбородком. Он снял его, бросил в карт, затем обвил руками мою талию, и я упала в его объятия.

— Отличная гонка, Киткат. Но не было и шанса, что я могу сдаться, — он наклонил голову и заклеймил мой рот. Именно заклеймил. Не было другой возможности объяснить, на что это было похоже. Когда Рем целует меня, он берет, а я распадаюсь на части. Возможно, в этом то и была проблема. С Ремом я чувствую, будто теряю свою силу. Я становлюсь его.

В моем животе запорхало множество маленьких бабочек, и мои колени ослабли, когда его губы слились с моими, язык ощущался бархатной нежностью.

— Эй, приятель, — сказал дежурный.

Рем прикусил мою нижнюю губу, и мое тело затрясло. Он сжал мои ягодицы, затем отпрянул, но не позволил мне отойти, потому что схватил меня за руку. Рем потянулся в карман джинсов, вытащил немного налички и впихнул в руку дежурному.

Я посмотрела на молодого парня, и он подмигнул мне, засовывая деньги в свой карман, а затем пошел прочь. Рем проводил меня к своей машине, потому что моя голова была заполнена воспоминаниями о моих гонках с Мэттом и отцом. Я на самом деле была маленькая и возможно пропустила это, но я не могу вспомнить ни единого раза, когда бы отец давал чаевые дежурному. Так же, как и Мэтт, в те несколько раз, что мы катались.

Рем выехал с парковки, шины заносило по гравию. Он выглядел довольным собой. Слишком довольным.

— Ты дал парню чаевые?

Рука Рема перестала барабанить по рулю.

— Ага. Хороший парень.

Тишина. Он включил звук и заиграл «Avicii». Я снова выключила.

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем ты дал чаевые этому парню, но никакому другому?

— Потому что он пригнал нам карты, детка.

Я видела, как его щека дернулась, и как напряглись губы. Но в этом не было злости; он пытался сдержать улыбку.

— Козел! — Толкнула его в плечо. — Ты жульничал. Ты заплатил ему за быстрый карт, — закричала я. — Ты подлый ублюдок, — дерьмо, он полностью переиграл меня. Я должна была знать, что с обычным он даже не был бы способен догнать меня, когда мы только начали и еще после, когда он врезался картом. У них лимит скорости — у всех, кроме прокачанного карта дежурного. — Дерьмо.

Рем ухмыльнулся и потер плечо там, где я его ударила.

— Это не жульничество, Киткат. Все ради шанса обладать этими губками.

— Ммм, — промямлила я, все же внутри летая в облаках от того, что у Рема теперь неограниченный доступ к моим губам, и мне это нравится.

Я включила музыку и начала подпевать. Ладно, мне было весело. Я не могла вспомнить, чтобы смеялась так сильно, когда увидела Рема, врезавшегося в шины. Взгляд на его лице за мгновение до столкновения… бесценен.

— Над чем ты усмехаешься?

— Я не усмехаюсь. Только мужчины усмехаются.

— Чепуха. Ты усмехаешься. Видел это множество раз, хотя недостаточно часто.

— Ох, и когда, например?

— В первый раз, когда увидел тебя со сцены. В ночь, когда Эмили похитили.

— Что? — я видела его буквально двадцать секунд, когда он зашел на сцену, и я пялилась, а не ухмылялась.

— Детка, я видел тебя. Ты стояла со своим пивом и смотрела прямо на меня вся такая стервозная и высокомерная. Ты была одета в то ужасно короткое, чуть закрывающее попу черное платье, которое показывало каждый чертов изгиб твоего тела. И ты это знала. Ты знала, что я видел тебя, и ты ухмылялась.

Дерьмо.

— Ладно. Возможно, я слегка улыбнулась тебе.

— Ты хотела меня. И если бы не произошло то дерьмо с Эмили и Логаном, ты была бы вся моя.

— Пфф, — посмеялась я. — Может быть, я и флиртую, и у меня нет комплексов, чтобы показать свое тело, но могу сказать тебе прямо сейчас, самое большее, на что ты мог бы рассчитывать — это купить мне выпить.

Рем припарковался перед коттеджем и поставил машину на ручник.

— Так над чем ты ухмылялась?

Я думала, мы прошли эту тему.

— Просто над твоим лицом.

Он посмотрел в зеркало заднего вида, и я засмеялась.

— Нет. Над твоим лицом, когда ты врезался.

— Ты думаешь, это было забавно, да? — он выкинул свой бумажник и телефон на приборную панель, затем отстегнул ремень безопасности и ни слова не сказав, вылез из машины. Обошел вокруг и открыл мою дверь.

Я улыбалась, пока отстегивала свой ремень. Улыбка умерла достаточно быстро, когда он потянулся внутрь, схватил меня и закинул на свое плечо.